Чем вызван политический кризис в бывшей Югославии

Крупнейшие акции протеста в Албании продолжили череду антиправительственных выступлений в странах Западных Балкан. Противоречия внутри элит угрожают экономическому росту и провоцируют нестабильность в регионе, использовать которую пытается Россия, говорят эксперты
Албанский излом

В субботу, 13 мая, в албанской столице Тиране несколько тысяч человек вышли на митинг оппозиции за отставку правительства премьера Эди Рама и против коррупции в высших эшелонах власти. Митинг стал крупнейшим за три месяца протестов, одним из главных организаторов митинга выступила оппозиционная Демократическая партия (DP).

Политический кризис в Албании разгорелся в феврале 2017 года, когда правительство отвергло предложения DP о внедрении электронного голосования на предстоящих 18 июня парламентских выборах, ссылаясь на недостаток времени. Партия объявила, что будет бойкотировать выборы, и начала серию акций протеста. Сейчас DP — правоцентристская партия, одна из двух крупнейших сил в стране — обладает 35% мандатов в однопалатном парламенте.

Ситуация в стране была нестабильной все последние годы. Албания уже долгое время имела проблемы с наркотрафиком, но в 2016 году был поставлен своего рода рекорд: полиция обнаружила 5,2 тыс. полей выращивания конопли и ликвидировала 2,5 млн саженцев. Из 9 тыс. полицейских страны только в прошлом году 40 человек были обвинены в крышевании наркодельцов. В мае 2016 года греческая полиция устроила облаву на наркокартель и арестовала «балканского Эскобара» Клеменда Балили, после чего депутаты DP заявили, что его прикрывал министр внутренних дел Албании Саимир Тахири. Тот отрицал свою вовлеченность, но в марте 2017 года ушел в отставку на фоне демонстраций.

Пороховая бочка: коррупция и элиты

Албания не единственная страна Западных Балкан, переживающая кризис. Регион состоит из шести государств, не входящих в Евросоюз, но имеющих с ним тесные политико-экономические связи. Помимо Албании это бывшие части социалистической Югославии: Босния и Герцеговина, Сербия, Черногория, Македония и частично признанное Косово. Политический кризис принимает различные формы в зависимости от национальных особенностей: межнациональное противостояние в Македонии или чисто политический протест, как в Сербии, говорит старший научный сотрудник Института славяноведения РАН Петр Искендеров.

Несмотря на полуторавековую историю конфликтов, самой относительно спокойной страной региона сейчас является Босния. Хотя в декабре 2016 года президент Республики Сербской (сербская часть Боснии) Милорад Додик пообещал провести в 2017 году референдум о независимости республики, пока его инициатива продолжения не получила, а его намерение не вызвало акций протеста.

В соседней Сербии с начала апреля идут манифестации противников избрания президентом нынешнего премьер-министра Александра Вучича. Он победил на выборах 2 апреля, получив 56% голосов, инаугурация должна пройти 31 мая. Демонстранты обвиняют Вучича в коррупции, введении цензуры, попытках установить в стране монопольное правление его Сербской прогрессивной партии. К началу мая, отмечает Balkan Insight, протестное движение сократилось с десятков тысяч до нескольких сотен митингующих и разделилось на противников политической и экономической политики властей.

В Македонии протестуют против итогов парламентских выборов, состоявшихся досрочно в декабре 2016 года. Политическая нестабильность в стране продолжается с мая 2015 года, когда начались манифестации против кабинета министров Николы Груевского из консервативной партии «Внутренняя македонская революционная организация» (ВМРО): недовольство протестующих, как следует из их лозунгов, вызывали преследования оппозиции и коррупция. В январе 2016 года Груевский ушел в отставку и объявил досрочные выборы. Выборы состоялись только в декабре, по их итогам в парламенте сформировались практически равные по численности фракции ВМРО и оппозиционного «Социал-демократического союза».

После нескольких месяцев переговоров правящую коалицию сформировали социалисты, что вывело на улицы сторонников ВМРО. Недовольство консерваторов вызывает то, что социалисты и союзные им партии поддерживают интеграцию этнических албанцев (25% населения) в политическое руководство страны. Когда 27 апреля спикером парламента Македонии был избран албанец Талат Джафери, толпа митингующих ворвалась в здание парламента и принялась избивать депутатов. Всего тогда пострадали 77 человек.

«Македония — это бурлящий межэтнический котел, который в любой момент может взорвать все Балканы», — пояснил РБК Искендеров. По его словам, ситуация в стране осложняется не только противостоянием между македонцами и албанцами, но и территориальными претензиями со стороны Сербии, Болгарии и Греции.

Внешняя политика подвела

Если в других странах недовольство населения вызывают события внутренней политики, то кризис в Черногории спровоцировало вступление страны в НАТО. Правительство Черногории в четверг, 11 мая, заявило о завершении процесса ратификации протокола о вступлении страны в альянс. Официальная церемония принятия может состояться уже на саммите лидеров стран НАТО 25 мая. Парламент Черногории принял документ 28 апреля, однако ведущая оппозиционная фракция — Демократический фронт — бойкотировала голосование, организовав акцию протеста. В октябре в Черногории была совершена попытка переворота, якобы инспирированного Москвой с целью не допустить принятия страны в НАТО. В причастности к организации переворота черногорская прокуратура обвинила российские государственные органы и националистов. Российские официальные лица причастность отрицают.

Кризис власти 10 мая начался в Косово (независимость которого Россия не признает), что стало следствием двухлетнего спора о границе с соседней Черногорией. Согласованная властями двух стран линия демаркации лишает Косово нескольких десятков квадратных километров, а финальное установление границ является основным условием со стороны ЕС по предоставлению косоварам безвизового режима. Против предложенного варианта демаркации выступила не только оппозиция, но и часть правящей коалиции, в парламенте был поставлен вопрос о доверии правительству: 78 из 120 депутатов выразили правительству недоверие. Премьер-министр Иса Мустафа распустил парламент, а правительство ушло в отставку. Досрочные выборы должны состояться 11 июня.

В ожидании экономических перемен

«Речь идет о конфликтах между традиционными элитами и мобильной, экономически активной частью общества, которая чувствует себя невостребованной и испытывает серьезные проблемы в самореализации и обеспечении необходимого уровня жизни» — так в целом характеризует ситуацию на западе Балканского полуострова Петр Искендеров. После прошедшей по полуострову череды войн, в условиях экономической отсталости скудный перечень источников финансовых поступлений контролируется крупнейшими игроками среди политических элит, а также организованной преступности, объясняет он.


Внутриполитические риски действительно способны «затуманить экономические перспективы» шести стран, гласит региональный отчет Всемирного банка за весну 2017 года. «Политическая напряженность в среднесрочной перспективе сохранится. Макроэкономические последствия этой неопределенности — снижение интереса инвесторов и опасения, что реформы будут свернуты в чьих-то корыстных интересах», — пишут эксперты Всемирного банка. Однако специалисты банка указывают, что проводимые в странах реформы оказывают положительное воздействие на экономику стран региона.

Например, совокупный рост ВВП шести стран увеличился в 2016 году с 2,2 до 2,8% в год, причем темпы будут нарастать и впредь — до 3,2% в 2017 году и 3,6% в 2018 году. Инфляция держится в пределах целевых 2%, дефицит бюджета сокращается с 4% ВВП в 2013 году до 2% в 2016 году. Социальные (безработица, бедность) и торговые (внешний баланс) показатели по-прежнему слабые, но стабильно улучшаются. Средний уровень безработицы в странах — 19,5%

Череда политических кризисов имеет в своей основе скорее внутреннюю природу, соглашается аналитик Школы славянских и восточноевропейских исследований Университетского колледжа Лондона (UCL) Эрик Горди. «Например, в Сербии мотивацией политической оппозиции стала борьба с авторитарными властями, которые двигаются в сторону создания однопартийной системы. В Македонии одним из факторов противостояния стало нежелание консерваторов из ВМРО передавать власть после проигрыша выборов», — заявил РБК Горди.

Старшие братья наблюдают

Несмотря на сравнительно слабые торговые отношения, Западные Балканы традиционно представляют интерес для российской дипломатии: из 102 комментариев МИД России, обнародованных с начала года, десять прямо связаны с политическим кризисом на Западных Балканах. Основная их часть связана с ситуацией в Македонии и Черногории, один комментарий касался Косово.

В Македонии российский МИД призывает к внутринациональному диалогу и требует не допустить внешнего воздействия на конфликт, обвиняя Запад в поддержке «великоалбанских настроений». В Черногории Москва призывает провести общенациональный референдум о присоединении к НАТО, за что выступает и оппозиционный «Демократический фронт».

20 апреля, за неделю до голосования в парламенте Черногории по вступлению в НАТО, МИД России заявил о росте негативного отношения к россиянам «с подачи правящей коалиции Черногории». В Российском союзе туриндустрии отметили, что негатива к российским гражданам не фиксируют, однако в тот же день Ростуризм выпустил официальную рекомендацию для направляющихся в Черногорию россиян «учитывать обстановку в стране и возможные риски».

Москва вынуждена реагировать на обвинения в организации переворота в Черногории и на присоединение страны к антироссийским санкциям, объясняет эксперт ассоциации «Центр исследований экономического и социокультурного развития стран СНГ, Центральной и Восточной Европы» Артем Куреев.

Немногочисленным экономическим проектам России в регионе жизненно важна политическая стабильность, отсюда и такое пристальное внимание Москвы к происходящему в республиках бывшей Югославии, уверен Искендеров. «Все экономические проекты, которые Россия предлагает Балканам, носят транснациональный характер», — пояснил эксперт. Поэтому, продолжает Искендеров, периодически вспыхивающая нестабильность в Черногории, Македонии или на юге Сербии подрывает подобные проекты, требующие в первую очередь региональной стабильности.

В то же время роль России в балканских кризисах Эрик Горди из UCL считает периферийной. «Нет никаких доказательств того, что Россия вызывает конфликты, хотя похоже, что существует политика использования конфликтов по мере их развития и поиска выгоды от дипломатической слабости ЕС», — уверен эксперт. Однако долгосрочных политико-экономических целей, кроме как помешать Брюсселю консолидировать Балканы в своей сфере влияния, у Москвы нет, уверен Горди.

Причина кризисов, по мнению Куреева, кроется, скорее, в том, что Евросоюз, взявший на себя ответственность за развитие региона, не имеет рычагов давления на местные политические элиты этих стран: «Брюссель обращает внимание на формальности вроде демократических выборов, свободы инвестиций и лояльности. Все эти пункты в общем и целом соблюдены, и поводов для вмешательства нет».

В марте глава европейской дипломатии Федерика Могерини совершила турне по всем шести странам Западных Балкан, в ходе которого отметила, что политические распри в них часто превалировали над стремлением служить интересам людей.

Баланс России и Европы на Балканах

Основным торговым партнером России в регионе является Сербия, товарооборот с которой составил в 2016 году $1,7 млрд (по данным ФТС). Основными категориями российского экспорта были нефте- и газопродукты (35% в 2016 году), удобрения (10%) и медь (7%).

С Боснией и Герцеговиной товарооборот в 2016 году составил $134 млн, с Албанией — $81 млн, с Черногорией — $28 млн. Основные статьи российского экспорта в эти страны — также поставки нефте- и газопродуктов.

По количеству принятых российских туристов лидирует Черногория: в 2016 году страну посетили 282,8 тыс. россиян, в 2015-м — 251,7 тыс.

По данным Еврокомиссии, именно ЕС является основным торговым партнером шести стран Западных Балкан. Причем ценность их друг для друга неравная: по данным на 2016 год Евросоюз занимает 76% в торговле этих государств, тогда как на них самих приходится 1,3% внешнеторгового оборота ЕС.

Оборот торговли стабильно растет: в 2014 году он составил €38,5 млрд, затем €40,7 млрд, а в 2016 году — уже €43,7 млрд (свыше $45 млрд). Поскольку экспорт и импорт растут схожими темпами, разница торгового баланса в эти годы сохраняется на уровне чуть более €8 млрд — не в пользу балканских стран.

При участии Галины Казакуловой, РБК

Лекториум он-лайн

Павел Зарифуллин - Философия святых Мощей



Вам также может понравиться

Добавить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать данные HTML теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>