|

Фашист ли доктор Дугин?

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (9 votes, average: 0.78 out of 7)
Loading ... Loading ...

Метки: ,

Из замшелой могилы восстанет сияющий Гиммлер

и туманом глазниц обоймет Абсолютный Рассвет”.

Александр Дугин

Дэвид Дюк и Александр Дугин. Дюк – известный американский расист и бывший Великий Маг Ку-Клукс-Клана

Эти строки были прочитаны поэтессой Татьяной Щербиной в телепередаче «К барьеру!» на канале НТВ 12 апреля 2007, во время дебатов между писателем Виктором Ерофеевым и доктором политических наук Александром Дугиным. Строки взяты из стихотворения «Нежданный никем Аватара», написанного в 1994 г. неким «Александром Штернбергом» и опубликованного на сайте «Арктогея» (http://my.arcto.ru/public/stihi1.htm), посвященном творчеству Дугина. Щербина прочитала стих, стараясь доказать близость идей Дугина к фашизму, на что тот ответил, что он не есть автор этих строк.

Действительно ли «Александр Штернберг», как на своем сайте «Антикомпромат» утверждает Владимир Прибыловский, псевдоним Дугина или нет – эти стихотворные строки сходны с политическими заявлениями сегодняшнего лидера Международного „Евразийского движения”, которые он делал под своим именем в тот же период девяностых, и которые были опубликованы в его собственных издательствах „Арктогея” (Северная страна) и, позднее, „Евразия”.

Первая и, возможно, самая важная программная статья Дугина „Великая война континентов” была написана в промежутке между февралем 1991 г. и январем 1992 г., впервые опубликована в ведущем национал-патриотическом еженедельнике „День” в 1992 г. и перепечатана в 1993 и 2005 гг. в двух изданиях книги „Конспирология”. В этой статье Дугин представляет свою теорию заговора в развитии человечества согласно которой ход мировой истории со времен античности определялся борьбой двух тайных орденов „атлантистов” и „евразийцев”, которые уже столетиями находятся в состоянии „оккультной пунической войны”. Внутри „евразийского” лагеря, главным современным идеологом которого сам себя представляет Дугин, в первой половине ХХ столетия существовали „красные” и „белые евразийцы”, причем последние в Европе были близки немецкому национализму: „…мы находим представителей этого [евразийского] Ордена в Абвере [нацистская контрразведка], а позже в иностранных секторах СС и СД [Sicherheitsdienst: служба безопасности, подразделение СС] (особенно СД, чей шеф Гейдрих был сам убежденным евразийцем, отчего он и пал жертвой интриги атлантиста Канариса).” Абсурдная статья также утверждает, что КГБ являлся агентурой «атлантистов» (т.е., видимо, США). Статья заканчивается словами: „Уже бьет решающий Час Евразии… Уже близится к последней точке ВЕЛИКАЯ ВОЙНА КОНТИНЕНТОВ”.

Другая программная статья Дугина „Левый национализм” 1992 г. представляет собой пространную апологию русского фашизма. В ней „неоевразиец” уверяет читателя: „Фашизм – это Третий Путь [...]. Фашизм не имеет ничего общего с крайним национализмом, с неким национал-радикализмом на грани шовинизма и расовой ненависти. Хотя расистский и даже шовинистический аспект присутствовал в германском национал-социализме, отнюдь не он определял сущность идеологии. Итальянский фашизм, к примеру, не имел никакого расистского или антисемитского элемента, утверждая в центре своей доктрины „этатизм”, ценность государства.” Далее Дугин пишет, что „эксцессы этой идеологии в Германии – дело исключительно немцев и их национальной специфики”, тогда как „русский фашизм – [...] это сочетание естественного национального консерватизма и страстного желания истинных перемен.”

Несмотря на то, что в этой статье и других своих публикациях, Дугин дистанцируется от нацизма, формулировки некоторых из его, по крайней мере, ранних текстов близки идеям НСДАП. Здесь имеются ввиду даже не разные дугинские попытки найти конструктивные течения в нацизме, когда он, например, утверждает что „Ваффен-СС, и особенно научный сектор этой организации ‘Аненербе’, ‘Наследие Предков’” являлись „в рамках национал-социалистического режима [...] интеллектуальным оазисом” (Консервативная Революция. М.: Арктогея 1994. С. 24-25). Дугин иногда попросту копировал терминологию и стилистику нацистской идеологии. В написанной в 1990 и вышедшей в 1993 году книге „Гиперборейская теория” Дугин, к примеру, пишет: „Этой книгой мы кладем начало ‘ариософии’ в русско-язычном контексте. Как бы трагично низок ни был сегодня интеллектуально-духовно статус нашей нации, благодаря жестокому террору анти-нордических элементов ‘сверху’ в последнее десятилетие и многовековому генетическому растворению в расовом бассейне гондванических народов, автохтонов по отношению к славянам-ариям, пришедшим на ‘неарийский’ палео-азиатский субстрат, т.е. благодаря разложению ‘снизу’ – там, где есть хотя бы капля арийской крови (которая, кстати, может прийти и не через славян, а через тюркские, кавказские и, естественно, европейские народы), есть шанс расового пробуждение, ‘воскрешение арийского примордиального сознания’”.

Следует отметить, что Дугин, напоминая чем-то модифицированный метафизический расизм Альфреда Розенберга или Юлиуса Эволы, уточняет, что „арий, в сущности, определяется не столько биологией, сколько той метафизической миссией, отражением которой во ‘плоти’ является сама его биология. Арийская раса Субъекта – это раса нордических воинов-священников.” Но все же, противопоставленный арийцу „человек-зверь – это не только не-человек (как обычные звери), это анти-человек. [...] Если сущность Человека-Объекта, конечно же, нечеловечна, то есть объективна или анти-субъектна, его внешние признаки имитируют человеческий тип в его основных чертах. Человеко-зверь имитирует мысль и слово.” С некоторыми изменениями эти строки могли бы вполне пройти как официальные заявления ряда ведущих идеологов того режима, который господствовал в Германии с 1933 по 1945 гг.

Более того, несмотря осуждение немецкого фашизма во многих своих заявлениях, в других статьях Дугин признавал в завуалированной форме, что Третий Рейх выполняет образцово-показательную функцию для его собственных идейных построений. В первом номере своего журнала „Элементы: евразийское обозрение” 1992 г. и в своем сборнике статей „Консервативная Революция” 1994 г. он признает себя сторонником вышеупомянутого „Третьего Пути” и заявляет: „Итальянский фашизм в его ранние периоды, а также во время существования Итальянской Социальной Республики на севере Италии (Республика Сало) [созданной Вермахтом], почти целиком основывался на принципах Консервативной Революции. Но наиболее полным и тотальным воплощением (хотя надо признать, что и не самым ортодоксальным) Третьего Пути был германский национал-социализм.” В другой программной статье „Метафизика национал-большевизма”, впервые опубликованной на русском языке в 1996 году в тех же „Элементах”, Дугин утверждает: „По ту сторону ‘правых’ и ‘левых’, единая и неделимая Революция, в диалектической триаде – ‘Третий Рим – Третий Райх – Третий Интернационал’” (Тамплиеры пролетариата. Национал-большевизм и инициация. М.: Арктогея 1997. С. 26, курсив в оригинале).

То, что эти заявления имели и практическое значение для его политической деятельности, иллюстрирует, например, участие Дугина в попытке создать объединенный фронт некоторых московских экстремистских группировок под названием „Революционная Оппозиция” в июне 1994 г. Среди подписантов декларации этого, в конечном счете, несостоявшегося объединения был, помимо Дугина и других радикалов, уже тогда небезызвестный Александр Баркашов, лидер пресловутого Русского Национального Единства – организации, которая имела свастику и римский салют среди своих символов, тем самым откровенно имитируя нацистское движение. В том же году Дугин объявил в упомянутой статье «Левый национализм», что „баркашовцы продемонстрировали на деле свою преданность русской нации и [в октябре 1993 г.] с оружием в руках доказали на чьей стороне русский национал-социализм в критический, переломный момент”.

Вопреки таким, казалось бы, однозначным откровениям, Дугин, неоднократно, как, например, в интервью от 1996 г., переведенном на английский язык, категорически отрицал, что он „фашист”. Это само по себе не удивительно, принимая во внимание негативную коннотацию понятия „фашизм” в России и в послевоенном мире вообще. Однако поразительно, что Дугин в том же интервью признавался, что ему „нравится” ранний итальянский фашизм, и что он не стыдится „об этом сказать вслух”. Он добавляет, что он находит ранний немецкий национал-социализм „интересным”. Дугин определяет себя в этом интервью, как и во многих других высказываниях, как „консервативного революционера” и „национал-большевика”.

В статье „Фашизм – безграничный и красный”, опубликованной в 1997 году в интернет-версии его книги „Тамплиеры пролетариата”, Дугин предсказывает возникновение в России „подлинного, настоящего, радикально революционного и последовательного, фашистского фашизма” . При этом он уточняет, что было бы „совершенно неправомочно называть фашизм ‘крайне правой’ идеологией. Это явление гораздо точнее характеризуется парадоксальной формулой ‘Консервативная Революция’” – то есть тем самым термином, с помощью которого Дугин неоднократно определял собственную идеологию и программу своего „неоевразийского” движения.

Несмотря на то, что Дугин в связи со своим вхождением в политический истеблишмент с 1998 года избегает подобных недвусмысленных профашистских заявлений, до сих пор можно найти процитированные здесь и подобные им высказывания на интернет-сайтах Дугина. На некоторых авторов, которые были временно связаны с Третьим Рейхом, но неизвестны в этом качестве или незнаемы вообще в России, как например, немецкий юрист Карл Шмитт, бельгийский „национал-большевик” Жан Тириар или фризский оккултист Герман Вирт, Дугин ссылается до сих пор открыто и с одобрением. В 2006 году он упомянул как примеры для подражания двух некогда важных функционеров НСДАП Отто и Грегора Штрассеров. Дугин представил братья Штрассеры как „антигитлеровское направление левых националистов, которые были за союз с Россией и против Гитлера” (http://www.km.ru/conference/index.asp?data=01.03.2006%2011:00:00). Нужно, однако, добавить, что Штрассеры играли значительную роль в создании нацистского движения в 1920-х годах и были приверженцами Гитлера до их исключения из НСДАП в 1930-м и 1932-м гг. соответственно. В их кружке „левых” нацистов вырос Йозеф Геббельс, который начал свою карьеру в НСДАП как личный секретарь Грегора Штрассера (и однажды провозгласил Ленина „национальным освободителем” России). Идеи и образы Штрассеров сегодня играют немаловажную роль для „национал-революционного” направления в немецком неонацизме. То, что это недавнее интервью Дугина может считаться адекватным изложением его сегодняшних взглядов подтверждается тем, что оно было полностью воспроизведено на официальном сайте его Международного „Евразийского движения”.

Все это могло бы считаться мелкими подробностями. Однако, в Высшем Совете дугинского Междунардного «Евразийского движения» числятся Министр культуры РФ Александр Соколов, вице-спикер Совета Федерации РФ Александр Торшин, советник Президента РФ Асламбек Аслаханов и другие российские общественные фигуры, как и различные дипломаты, журналисты, ученые из СНГ и несколько маргинальных публицистов из дальнего зарубежья. Ряд других известных российских представителей формально или неформально были временно или до сих пор связаны с Дугиным, включая бывшего спикера Госдумы Геннадия Селезнева, популярного политического комментатора Михаила Леонтьева или влиятельного политического технолога Глеба Павловского. Хотелось бы услышать мнение этих уважаемых деятелей на предмет того, что они думают по поводу «оккультной пунической войны», «славян-ариев», «убежденного евразийца» Рейнхарда Гейдриха, «интеллектуального оазиса» в Ваффен-СС и других «интересных» аспектах развития нацизма.

Андреас Умланд – редактор книжной серий «Советская и постсоветская политика и общество»
(Перевод с немецкого: Елена Сивуда)
Forum-msk

Leave a Reply