Художник-самоед Тыко Вылко

Осенью 1910 года, как-то утром пришли ко мне два незнакомых человека: один высокий, блондин, свежий, энергичный, живой, другой низенький, коренастый, с лицом монгольского типа. Это были: начальник новоземельской экспедиции, обошедшей летом 1910 года северный остров Новой Земли, Владимир Александрович Русанов (*), другой самоед Тыко Вылка. Тыко – языческое имя Вылки, его христианское имя Илья.

Тыко Вылка приехал в Москву учиться живописи. Он никогда не видел города, и вся его прежняя жизнь проходила среди северных ледяных пустынь Новой Земли.

Пока мы разговариваем с Русановым, обсуждаем план жизни и обучения Тыко Вылки в Москве, он самым благовоспитанным образом пьет чай; его манера держать себя совсем не показывает, что это дикарь. Одет он в пиджак, от него пахнет новыми сапогами, и только когда он ходит, то стучит по полу ногами, как лошадь на театральной сцене. Ему приходилось в своей жизни больше ходить по камням, по снегу, по ледникам, чем по полу.

— Он читает книгу природы, – говорить мне Русанов – так же, как мы с вами читаем книги и газеты; в экспедищях он незаменим как помощник и проводник; это “живая карта Новой Земли”. Человек он смелый, отважный, решительный, отличный охотник – бьет гуся пулей на лету.

Было решено, что он будет учиться живописи у меня и у А.Е.Архипова, и кроме того решили мы с Русановым до-стать Вылке учителей русского языка, географии, топографической съемки и арифметики – конечно бесплатных.

Вечером этого дня я уехал на заседание, Вылка остался ночевать у меня в мастерской на диване. 3аседание кончилось рано, я возвращался домой. Подъезжая к своему переулку, я увидел на дворе, против того дома, где я жил, пожар. Пожар уже кончался, ярко догорал дровяной сарай.

В моей мастерской на диване, свернувшись калачиком, лежал Тыко Вылка. Он не спал. Рядом с диваном лежали его вещи, связанная предусмотрительно в узелок. на тот случай, если бы дом, где он был, загорелся. На улице играли сигнальные рожки пожарных, гремели проезжающие пожарные трубы, и вся мастерская была освещена зловещим красным заревом пожара.

— Ну, что? Страшно? – спрашиваю я Вылку.
— Страшно! У нас на Новой Земле этого не бывает!
Вылка живет в Москве. Он быстро освоился с трамваями. Ездит на уроки и много работает. Московская жизнь его очень интересует.
— Сто такое? Селовек (человек) с меском (мешком) ходить по улице, глядит на окна и крисит (кричит)? Сто такое? – спрашивает меня Вылка как-то утром.
— Это татарин продает и покупает старое платье.
— Сегодня опять на улице купец кричал, – говорит мне на другой день Вылка, – и на другой улице тоже кричал.

Рядом с впечатленьями от новой, загадочной, любопытной для него московской жизни живут у Вылки в душе впечатления родины. Иногда он, видимо, скучает, тогда он рисует избу своего отца, рисует снеговые горы за избой, красный кирпич, сложенный у крыльца, отца и брата.

Мне слышны в соседней с моей мастерской комнате, где работает Вылка, странные, тягучие, печальные звуки – это Вылка, за работой поет самоедские песни: песнь войны, песнь охоты, песнь смерти; эти необычные звуки переносят своей своеобразной тягучестью в далекие снеговые пустыни, в бесконечные полярные ночи, эти звуки тоски прекрасны и музыкальны.

Он откуда-то достал маленькую металлическую дудку и старается наигрывать на ней свои самоедские мотивы.

Он страстный любитель музыки и с величайшим удовольствием ходить в оперу и на концерты. Драматического театра он не признает. В Архангельске Вылка видел “Дядю Ваню”; пьеса ему не понравилась, единственное место в пьесе, на которое он обратил внимание – это стрельба, стрельба ему понравилась.

Проходит зима… Вылка совершенно освоился с московской жизнью. Он усердно занимается живописью, науками. Учителя им довольны. Он прошел четыре правила арифметики, познакомился с географией, изучает русский язык, топографическую съемку, набивку чучел.

Ему страстно хочется походить на европейца, он сшил себе модный пиджак, носит высокие крахмальные воротнички, пестрый галстук, завел себе плащ.

Художник Архипов подарил ему котелок, в руках у Вылки тросточка. В этом наряде Вылка по воскресеньям важно гуляет по Сухаревской площади и рассматривает старинные вещи.

Он часто ходит в Третьяковскую галерею и теперь ему все больше и больше нравятся те картины, которых он раньше не понимал. Он купил себе игрушечный пистолет и пробкой стреляет мух у себя в комнате, этим он удовлетворяет свой охотничий инстинкт. Мух он раньше называл птичками, ибо на самоедском языке слова “муха” нет, потому что нет мух на Новой Земле. И только тут, в Москве, он узнал, что есть насекомые, которые называются мухами.

Пришла весна. Пора ехать в Архангельск, а потом дальше, на Новую Землю. Курс ученья Вылки в этом году окончен. Ему не хочется уезжать из Москвы.

— Люди хорошие здесь в Москве – говорить он мне, очень хорошие, добрые! Ты мне как отец был, заботился, и хозяйка, где я жил в комнате, заботилась, и учителя заботились и учительницы заботились. К Москве теперь привык, все здесь знаю, как на Новой Земле. Театр люблю, музыку люблю, кинематограф люблю.

Вылка несомненно талантливый человек. Он не только талантливый художник, он талантлив вообще. У него хороший музыкальный слух и память. Он знает массу самоедских сказок. Интересуется механикой. Умеет управлять бензинным мотором на лодке и знает его механизм. Очень интересуется электричеством и раз, когда никого не было в комнате, развинтил горящую электрическую лампочку. Он знает жизнь птиц и зверей на Новой Земле, и знает это не из книг, а по собственным наблюдениям; он интересуется ботаникой, в экспедициях познакомился с геологией и знает названия камней. За экспедицию 1910 г. Вылка получил золотую медаль. (Обход кругом северной части Новой Земли). Летом 1911 года И. Вылка в экспедиции В.А.Русанова обошел кругом южную часть Новой Земли.
Он чуток и наблюдателен и всегда сумеет тонко подметить свойства и характер того человека, с которым имеет дело, и часто наблюдая его, это дитя природы, я видел, что он помалкивает, замечает и мотает кой-что себе на ус. В его определениях нашей жизни было всегда много юмора и наблюдательности. Как-то Вылка был в магазине “Мюр и Мерилиз”

— Понравился тебе магазин?
— Птичий базар! – отвечает Вылка, при чем его монгольской глазок иронически прищуривается. Птичьим базаром в полярных странах называгот скалы, где гнездятся тысячи птиц и шум от голосов этих птиц слышен за семь верст.
— У вас в одном трамвай больше народу, чем у нас в целом становище, – говорит Вылка, когда его спрашивают о густоте населения Новой Земли.

Какая судьба ждет этого талантливого человека? Возможно ли совместить такие две крайности, как европейский склад жизни, со всеми ее знаниями, удовольствиями, ядом волнений и впечатлений с жизнью в далеких полярных пустынях, где ночь тянется три месяца при свете северных сияний, где иногда дует “сток” при 50-тиградусном морозе и камни летят по воздуху от ветра, где тюлени выходят на берег послушать, если кто поет песню на берегу, так любят они музыку, и по ночам перекликаются во тьме человеческими голосами; человеческими голосами кричат и плачут, когда их убивают самоеды-охотники; где природа цельная, гармоническая и не тронутая, как в первые дни мироздания; где маленькая горсть людей отрезана от всего мира в течение 9 месяцев; где почти нет инфекционных болезней; где люди, благодаря чистому полярному воздуху, живут долго-долго на белом свете.
Архангельский губернатор, Иван Васильевич Сосновский, принял живое и горячее участие в судьбе Вылки; благодаря ему Вылка мог учиться в Москве целую зиму 1910- 1911 года, не зная материальных забот.

Зиму 1911-1912 года Илья Вылка провел на Новой Земле, он был должен использовать те знания, которые получил в Москве. Он должен был заниматься живописью, собрать зоологические и ботанические коллекции, а потом опять вернуться в Москву и снова продолжать свое образование. Но его жизнь сложилась иначе. Осенью 1911 года по возвращении Вылки из Москвы на Новую Землю, я получил от него письмо следующего содержания: “Его Высокородию Василий Васильевич. Дорогой мой приятель! Ты учил меня, очень помню тебя. Жил с тобой, жил дружно. Желаю тебе быть здоровым, когда-нибудь еще приеду к вам в Москву. Я ездил по Карскому морю, по Ледовитому океану. Когда я пришел на Новую Землю, мне показалось скучно. Туман, холодно. Плывут снега в горах. Отец, братья все живы. Один двоюродный брат застрелился – попал патрон на огонь и убил его. Жена, дети остались – были все девушки и мать”.

Женился он на вдове потому, что решительно некому было кормить вдову и ее шестерых детей. Теперь он занят звериными промыслами, но успевает заниматься живописью, что видно из присланных им в Москву работ. Он прислал осенью 1912 года Зоологическому музею Императорского Московскаго Университета коллекцию убитых им птиц на Новой Земле, а также прислал в Москву собранный там гербарий.

В одном из своих писем он сообщает мне, что зимой делится своими знаниями с самоедами. “Теперь я очень много понял” – пишет он. “Так как образованный – зимой много рассказываю о всем земном шаре, все рассказываю про Москву, как живут культурные люди”.

А ему самому теперь многого недостает в его теперешней жизни. Как-то уходил в сентябре последний пароход с Новой Земли и до июля следующего года прерывалось сообщение со всем миром, с пароходом уезжали русские, знакомые Вылки. Глаза Вылки были полны слез и последние его слова были: “Эту зиму Вылка не пойдет слушать музыку в опере”.

Василий Переплетчиков.

Читать далее...

Лакцы и проблемы переселения

Из-за кризиса и коррупции операция по переселению лакцев может оказаться под угрозой

В связи с последними событиями в Дагестане – торможением судебных процессов, возросшими социальными нагрузками на бюджет республики на фоне обостряющегося кризиса, ростом безработицы – под угрозой может оказаться одна из перспективных операций по ненасильственному переселению народа.

Переселение лакцев из Новолакского района республики Дагестан считается одной из наиболее успешных работ над ошибками в национальной политике, осуществляемой в сталинский период. Мероприятие должно было стать примером ненасильственного переселения более 3500 хозяйств с численностью свыше 12 тысяч человек, который послужил бы моделью для урегулирования другого опасного конфликта на Северном Кавказе – осетино-ингушского – сложившегося по похожей схеме. Бывший президент Дагестана Муху Алиев также неоднократно заявлял о важности этого процесса, призывая силовые органы не оказывать на лакцев давления.

Несмотря на все принятые меры, в нынешнем году к политическим проблемам добавились еще и финансовые. За последние 2-3 года предложения руководства республики нашли понимание у федерального центра. На решение проблемы в 2008 году по программе было выделено 650 млн. руб. Аналогичная сумма должна была быть выделена в текущем году, однако в условиях удорожания строительства недвижимости ее может быть недостаточно. Ситуация усугубляется еще и тем, что большинство молодежи предпочитает ехать в Махачкалу на заработки и ПМЖ, что срывает планы руководства республики сохранить за Дагестаном статус единственного субъекта федерации, где безработица официально уменьшается.

Предыстория

«Новолакская проблема» берет свое начало в феврале 1944 года, когда был образован Ауховский район Дагестана. Образование района обосновывалось наличием компактного проживания на территории Дагестана одной из ветвей чеченского этноса, т.н. чеченцев-ауховцев (аккинцев). Аккинцы также проживали на территории Хасавюртовского района и Гудермесского района соседней Чеченской республики, однако число этих жителей было не столь значительным.

Спустя две недели было принято решение переселить аккинцев в Казахстан, а уже в марте 1944 года Ауховский район был упразднен и территория поделена между Казбековским районом Дагестана (южная часть Ауховского района) и образованным на месте оставшейся территории Новолакским районом. Освобожденные от чеченцев-ауховцев земли Новолакского района были заселены лакцами, а земли Хасавюртовского района аварцами.

После того как решением XX съезда КПСС и указом Президиума верховного совета СССР от 9 января 1957 начался процесс конституционно-правовой реабилитации репрессированных народов Северного Кавказа, чеченцы, сосланные в Среднюю Азию, начали возвращаться на свою историческую родину. Это породило проблему размещения аккинцев, так как земли их исторического проживания были уже заняты другими этносами.

В конечном счете, властями Дагестанской АССР было принято решение оставить аварцев и лакцев проживать на занятых ими территориях аккинцев, а самих аккинцев селить на территории Хасавюртовского района на землях, вплотную примыкающих к прежнему месту жительства.

До начала 80-х годов такой порядок вещей устраивал аккинцев, однако позднее в среде аккинцев начало набирать силу движение за возвращение на исконные территории, началось систематическое пикетирование правительственных зданий, а с 1991 года и прямое насилие над проживающими в Новолакском районе лакцами. В ответ на насилие со стороны чеченцев сложилось Лакское народное движение, одной из целей которого стала консолидации лакского протеста против того, что власть республики закрывает глаза на «кровавую драму», развернувшуюся в Новолакском районе.

Переселение

Принятый в Доме Советов РСФСР закон “О реабилитации репрессированных народов” от 26 апреля 1991 года положил начало программе переселения лакцев. С этого момента переселенные на места прежнего проживания чеченцев-ауховцев лакцы стали считаться временно проживающими, а сами чеченцы-ауховцы должны были вернуться на свою историческую родину. В дальнейшем планировалось восстановить Ауховский район Дагестана и заселить его коренным населением.

Ситуация в Новолакском, Казбековском и Хасавюртовском районах, и без того крайне тяжелая в условиях смены режима, осложнилась и столкновениями на этнической почве. Особо кровопролитными были столкновения после 1994 года, когда началась Чеченская кампания и достать оружие, фактически валявшееся в Чечне под ногами, для чеченцев-ауховцев особой проблем уже не представляло.

Вместе с тем власти Дагестана в этой сложной обстановке начали строительство нескольких поселений на территории Новолакского, Казбековского и Кумторкалинского районов республики. В условиях эскалации насилия лакцы согласились на 8,5 тысяч гектаров солончака (что трое меньше ранее занимаемой площади чернозема в Новолакском районе).

После того как насилие начало спадать к 1997 году, чеченцы-ауховцы избрали тактику точечного террора. В частности в июле 2004 года в Махачкале был убит глава Новолакского района Арсен Хайдаков. В июле 2007 года в Хасавюрте было совершено покушение на следующего главу района Тамерлана Омаева. Позже, 3 мая неизвестные преступники бросили гранату в дом главы администрации Новолакского района Дагестана Магомедгаджи Айдиева в селе Шушия Кумторкалинского района республики, до этого 15 сентября 2008 года был обстрелян автомобиль, принадлежащий Айдиеву.

Не теряла своей остроты и бытовая неприязнь. Каждые несколько месяцев происходили стычки подростков, плавно переходящие в массовые драки на границах расселения лакцев, аварцев и чеченцев. Есть и значительный список погибших в этих столкновениях.

Кризисъ

В 2007 году наметились позитивные сдвиги в решении «ауховской проблемы». Правительство Дагестана поставило вопрос о необходимости решения проблемы в короткие сроки перед руководством ЮФО и Правительством РФ. Власти пошли на встречу и готовились выделить в ближайшие годы более 3 млрд. руб., а из республиканского бюджета – более 500 млн. рублей.

Вскоре 25 декабря 2008 года на сессии Народного Собрания был принят в окончательном чтении бюджет Республики Дагестан на 2009. Считалось что это первый бездефицитный бюджет республики объемом 54 млд. 590 млн. рублей, однако в связи с кризисом пришлось пересмотреть финансирование некоторых программ. В частности, пересмотрены в сторону уменьшения материальные затраты и ряд инвестиционных проектов. Сокращаются также расходы и на переселение лакцев.

Основная идея заключалась в создании широкой инфраструктуры в новых местах поселения лакцев, способной обеспечить достаточный уровень жизни и таким образом удержать лакцев на новом месте жительства. Но такие проекты требуют большого объема инвестирования, который региональный бюджет уже может не потянуть. Так что вполне возможно, что открытая 23 мая 2009 года муниципальная районная больница в селении Новолакское (бывший Новострой) – один из последних подобных проектов в ближайшее время. Об этом косвенно свидетельствует и размах мероприятия, посвященного открытию больницы, и личное участие президента республики Муху Алиева.

Омрачает прогнозы и статистика по коррупции, усилившейся после начала финансового кризиса. В 2007 году М. Алиев в своем послании Народному Собранию Дагестана обращал внимание на «массовые злоупотребления со стороны руководителей муниципальных образований Новолакского района». И о том, что «выявлено 514 хозяйств, необоснованно включенных в списки переселенцев, установлены факты значительного завышения объемов работ, утвержденных программой переселения, незаконного выделения сотен гектаров». Более того, уже на тот момент были заведены десятки уголовных дел по фактам хищений и злоупотреблений на фоне обострившейся проблемы лакского населения. Но проблема эта не решена о сих пор, а новых дополнительных средств федеральный и региональный бюджеты выделить уже не могут.

Виталий Трофимов-Трофимов,
Координатор Международного Движения по защите прав народов
.

Читать далее...

Нам надо перевести Евразийское наследие на современный политический язык

Евразийский Клуб Санкт-Петербурга взял интервью у Координатора Движения по защите прав народов Виталия Трофимова-Трофимова

Евразийский Клуб (ЕК) – Виталий, я знаю, что ваше нынешнее пребывание в Санкт-Петербурге связано с научной работой в области этноконфликтологии, теме, которая представляет безусловный интерес для всех евразийцев, да и для всего российского общества в целом. Поэтому в нашем интервью я хотел бы уделить этому особое внимание.

Как давно вы занимаетесь изучением этнических конфликтов? Какие научные наработки актуальны сейчас в этой области?

Виталий Трофимов – Трофимов (ВТ) – Добрый день, да, в этот раз я приехал в Санкт-Петербург с целью подготовить предложения по созданию в России системы раннего оповещения этноконфликтов, хотя я бываю в этом замечательном городе довольно часто. Я бы не сказал что это научная работа. Скорее пакет практических предложений и принципов, которые рано или поздно придется принять российскому руководству, если оно не хочет сжатия России до этнически однородной территории. Лучше, конечно, «рано», чем «поздно», до того как Россия столкнется с тем, что политтехнологи Запада называют деколонизацией.

Российский опыт не только урегулирования, но и формирования подобных конфликтов уникален и своеобразен. Например, этнополитическими конфликтами занимается Бергхофский центр в Европе. Они исповедуют принцип трансформации конфликта, а не его урегулирования, то есть не разрешения статуса объекта конфликта и его принадлежности, а изменение идентичности и коллективного подхода к проблемному объекту. У нас это работает не всегда, судя по тому насколько эффективны рекомендации этого центра применительно к ситуации на Кавказе.

Последнее время появляется много интересных работ, призванных рассмотреть отдельные аспекты этнополитических конфликтов. Например, М.Б. Хомякова (при финансовой поддержки молодых докторов наук Президента РФ), о противоположных источниках толерантности и групповых идентичностей, о госполитике в области идентичности. Другие темы для научного исследования, которые особо актуальны в России – структуралистские, этноэлитологические – сейчас только-только начали появляться, и к ним сейчас наблюдаю большой интерес.

ЕК – Каким образом этнические конфликты повлияли на распад СССР?

ВТ – Кстати, этнические конфликты не так сильно повлияли на развал Союза как социально-политические. Ни в коем случае, конечно, нельзя говорит, что они совсем не повлияли, но во многом они вторичны. В некоторых случаях они были реакцией на уже имеющийся социально-экономический и политико-догматический коллапс, в некоторых случаях влачились в хвосте имеющихся уже на тот момент проблем государственного развития.

Этническая идентичность – одна из базовых идентичностей в любом обществе. Когда другие идентичности – государственные, гражданские, религиозные, региональные, профессиональные – неустойчивы, тогда большинство обращается к этническим идентичностям. Это требование безопасности. Люди не могут не выражать себя через групповые идентичности, что бы ни говорили либеральные глобалисты. Вот когда надэтнические проекты схлопываются, тогда мы и видим всплески ксенофобии, погромы и прочие следствия деформированной этники в обществах, эту этноидентичность подрастерявших. Поэтому и этноконфликты не происходят сами по себе, этничность не является объектом конфликта. Объект конфликта всегда иной – статус группы, финансирование, автономия.

ЕК – Продолжают ли последствия этих конфликтов оказывать влияние на современную политическую ситуацию в СНГ?

ВТ – Конфликты эти, конечно же, продолжают существовать на постсоветском пространстве. Местами они даже имеют тенденцию к эскалации. В основном, это потому что практически ни одно государство из бывших союзных республик не сформулировало свой государственный проект, свою метаидею. Даже, казалось бы, ориентированные на Европу лидеры в Прибалтике в эту Европу так полностью и не вписались.

Отсюда, как я и говорил, базовая этническая идентичность: во всех республиках были вспышки крайней русофобии и попытки через нее себя выразить как этнос и нацию.

ЕК – Какие из этнических конфликтов на пространстве СНГ вы бы выделили как особо опасные и значимые для всего евразийского континента?

ВТ – Я бы разделил всю совокупность таких конфликтов на две группы: на те, что затрагивают архитектуру региональной и глобальной безопасности, и те, которые чреваты массовыми многочисленными и продолжительными по расстояниям миграциями.

К первым я бы отнес Нагорный Карабах, Приднестровье, лингвоцид на Украине, апартеид в Прибалтике, Абхазию, Крым. Конфликты в этих точках провоцируют вмешательство крупных держав, приводят к милитаризации регионов и неадекватному урегулированию в интересах тех или иных сторон. Ко вторым такие конфликты как Кашмир. Если там начнется очередная эскалация конфликта, миграционные потоки пойдут на север, страны Средней Азии коллапсируют, а последствия будет разгребать уже наше Оренбуржье. А это, оцените, более чем в 2500 километрах!

ЕК – Существует мнение, что процесс распада Российской Империи начавшийся с отделения первого внешнего полумесяца государств – Польша, Прибалтика, Финляндия, Бессарабия, продолжается и закончится распадом Российской Федерации, насколько вероятно такое развитие событий с точки зрения этноконфликтологии?

ВТ – Западная политологическая мысль разработала теорию колониализма. Колонии – это такие территории, которые захватывает метрополия, удерживает, экономически эксплуатирует, а потом дарит независимость. При этом весь международный процесс XX века у них идет под знаком деколонизации, т.е. отказа от колоний, отказа от балласта. Некоторые особо умные, настаивают, что и Россия – колониальная держава. В ней, дескать, есть порабощенные народы, которых хлебом не корми, дай свободы от Москвы.

На самом деле у континентальных империй нет колоний, есть только провинции, пользующиеся с момента присоединения такими же правами, как и всюду по империи. Эльзас и Лотарингию, длительное время спорные провинции между Германией и Францией, ни у кого язык не повернется назвать «колониями». У России такие «неколонии» повсюду. Социалисты это плохо понимали, поэтому еще велись какое-то время на деколонизацию, отпустили указанные вами территории. У современных же этноконфликтов в России совсем другие причины. Все видят, во что превратилось независимое Косово – штатное наркогосударство, характерное скорее не Европе, а Индокитаю или Южной Азии. Мало кто действительно хочет независимости, скорее претендуют на автономию, самостоятельную кадровую политику, дополнительную поддержку федерального бюджета. Во всяком случае, на Кавказе по большей части именно такое наполнение термина «право наций на самоопределение».

ЕК – Какова ваша оценка этнической политики проводимой в Советской Союзе и нынешней России? Что из опыта прошлого можно было бы взять на вооружение нашим государственным деятелям в области национальной политики?

ВТ – Мне больше импонирует т.н. «нацполитика» раннего советского периода. Были, конечно, и проколы, например, этносы объявлялись нациями (хотя предпосылок к тому никаких не было кроме идеологического «права наций на самоопределение»). Но вот с точки зрения имперской традиции политики в отношении этносов были весьма сильные ходы. Например, прописка позволяла добиться компактного неразмываемого проживания этнических меньшинств, но любой советский человек из «нацменов» мог получить кредит мобильности, если получал образование, специальность, участвовал в партийной и политической жизни страны, приносил пользу.

Вот еще интересный пример: советское руководство, до того как увлеклось конструктивизмом в этнополитике в 50-60-х, чутко реагировало на запросы меньшинств. На Кавказе, например, для большинства этнических групп были разработаны алфавиты на основе арабской графики. Потом в 1924 и 1936 в два приема их все перевели на кириллицу. Результат кириллизации кавказских языков – растекание и растаскивание этнической территории по всей протяженности России от Сибири до Кондопоги с соответствующими последствиями. Сейчас, конечно, надо смотреть. Не все эти методы при всей их изящности применимы сейчас, особенно в эпоху инновационной мобилизации, но, тем не менее, этот опыт нельзя предавать забвению.

ЕК – Какое значение имеет теория евразийства для профилактики и урегулирования этнических конфликтов? Возможно ли применение евразийской теории для разрешения конкретных этнических конфликтов?

ВТ – Теория евразийства до сих пор неоценена, хотя именно сейчас она имеет значительный потенциал для развития. В Европе ей отказывают в научности, ссылаясь на некоторый «мистицизм» и поэтический слог евразийцев.

Но давайте посмотрим. Либерально-евроатлантистская парадигма вырастила теорию либеральной толерантности. Любой подросток на улице скажет чего стоит эта толерантность применительно к нашей стране. Значит, надо возвращаться к нашим теориям, российским, и евразийской в том числе. Мы почему-то молчим о евразийской (нелиберальной) толерантности, хотя и такая есть. Более того, Леонтьев, Трубецкой и другие эту теорию разрабатывали. Они, правда, не говорили об этом прямо и конкретно, но ведь «союз Леса и Степи» – это прямое указание на фундамент такой толерантности. Они, кстати, и про геополитику ничего не говорили прямо, термин не упоминали, но ведь труды евразийцев пропитаны геополитикой!

Очень многое из того, что сейчас волнует европейские политологические школы, есть и у евразийцев. Они уже тогда об этом задумывались. Нам бы для начала правильно расшифровать евразийское наследие, перевести его на современный политологический язык. Это важная задача для евразийцев. Я думаю, мы найдем очень современные идеи когда оценим таким образом евразийские труды.

ЕК – Могли бы вы привести примеры из истории, возможно, не только нашей страны, благополучного разрешения этнических конфликтов, снятия напряженности в отношениях между этносами, членами одного государства?

ВТ – Если говорить о нашей стране, это, конечно, Тува и Башкирия. Но тут больше своевременное урегулирование на ранних этапах конфликта. В Татарстане конфликт с повестки дня не снят, есть очень сильные настроения среди молодежи. Чеченский этноконфликт решен неудачно, да и сейчас местная элита предпочитает использовать этноцентрический национализм против исламистов. По-моему, это все равно что тушить пламя бензином. Такая политика еще даст о себе знать ближайшие 20 лет.

На постсоветском пространстве удачно, на мой взгляд, разрешены этнотерриториальные конфликты в Каракалпакии, на Аландских островах, в Дакоте. Впрочем, в рамках концепции государства-нации подобные конфликты решать крайне трудно и положительных примеров не так уж и много.

ЕК – Не секрет, что зачастую эскалация этнической напряженности используется мировыми центрами для проведения в жизнь своих внешнеполитических планов, какова роль внешнего фактора в этнических конфликтах? Насколько опасным может оказаться разыгрывание “этнической” карты?

ВТ – Безусловно, любой этноконфликт всегда привлекает внимание мировых геополитических игроков. Состоялось бы Косово, если бы эта территория не представляла идеальную площадку для переброски НАТОвской бронетехники от Средиземного моря к Черному? Или стоял бы сейчас вопрос Западной Сахары, если бы там не было нефти, так необходимой и в Европе и за океаном? Очень даже неизвестно. Это все открытые вопросы.

Насчет того, насколько это может быть опасным. Большие державы страдают экономическим эгоизмом: они никогда не позволят только что признанным государствам продавать у себя свои товары. Даже какую-то мелочь вроде поправки Тобина ввести у себя практически для них нереально. А раз национальные рынки встали, такое политическое новообразование вынуждено: 1) поощрять теневой рынок (включая оружие, наркоту, торговлю людьми, пиратство); 2) поощрять миграцию, наемничество и другие формы выезда особо недовольной части населения; 3) предоставлять международному криминалу и террористам недобросовестные услуги. Сейчас таких стран-изгоев десятки, к середине века будет почти сотня.

ЕК – Не могли бы вкратце осветить для наших читателей позицию Движения по защите прав народов по отношению к этническим конфликтам?

ВТ – Движение по защите прав народов проповедует приоритет групповых прав над личными. Человеку жизненно необходимо испытывать групповую общность и выражаться, развиваться, реализовываться через нее как личность. Когда государство берет курс на размывание групповых идентичностей, в ней растет число самоубийств. Для движения сохранение, развитие, работа над осознанием прав группы (этнической, региональной, религиозной) фундаментально.

Выражаются эти права по-разному. Это дискуссионный вопрос. С правом на национально-культурную автономию все вроде понятно (хотя есть злостные нарушители прав народов на такую автономию – США, Франция). А вот имеет ли народ право на ирреденту? Или, вот вы знаете, что права человека не подразумевают права на неприкосновенность захоронений? С точки зрения прав народов вопрос захоронения предков не менее важен как право на землю! Кстати, право на землю, на общение на собственном языке. Это се неотчуждаемые права народов.

Когда возможность жить на своей земле по своим законам будет закреплена в международных документах, посвященных правам народов, мы сможем решить большую часть этноконфликтов. Я более чем уверен.

Спасибо.

ЕК – Спасибо Вам за интересное интервью!

Евразийский Клуб СПб.

Читать далее...

Прибрежная проповедь на Берсеневской набережной

Итак, это случилось.
В четверг, 10 февраля, в Московском Центре Льва Гумилёва, Павел Крюков, провидец грандиозной картины грядущего прихода в мир Атмосферной цивилизации, выступил с первой частью доклада, прозвучавшим скорее как проповедь, как Евангелие – как Благая Весть.
Мир, находящийся в преддверии глобального катаклизма, грядущего хаоса, экономической и экологической катастрофы, получил благую весть о том, что выход существует. В борьбу двух древних систем – Талассократии с Теллурократией, в борьбу цивилизации Воды с цивилизацией Земли вступает третья сила – Аэрократия ли Атмократия, цивилизация Воздуха.

Как известно, любой новый жизненный уклад поднимается, развивается вокруг нового способа получения энергии, вокруг нового энергетического источника.
Атмосферная цивилизация не исключение – другое дело, что новый источник энергии является даже не хорошо забытым старым, – он по сей день питает энергосистемы многих стран мира. Другое дело, что изымать этим способом энергию из окружающей среды предлагается не на земле, строя гидроэлектростанции, а в атмосфере.

Но мы забегаем вперёд – контуры Атмосферной цивилизации будут очерчены в предстоящей второй части доклада, в первой же части Павел Викторович Крюков говорил о том, что согласно его выкладкам, новый способ существования человечества – Атмосферная цивилизация возникнет в обозримом будущем – в 2060 году.
Аргументы таковы: если построить график, на котором по оси абсцисс будет отложено время, а по оси ординат – количество упоминаемых в исторических источниках событий, мы получим график, показанный на рис.1.

atmcivil

По абсциссе вверху отложено линейное, исторической время, внизу – нелинейное время, названное автором структурной сложностью. Имеется в виду следующее – плотность исторических событий на линейной шкале времени распределяется неравномерно – и можно выделить периоды времени, когда эта плотность существенно возрастает. Эти всплески активности распределены по шкале времени неравномерно. Шкала нелинейного времени – это временная шкала, на которой эти всплески исторической активности человечества эквидистантны – равномерно размещены вдоль (нелинейной) временной шкалы, – периоды затишья между всплесками исторических событий на нелинейной шкале одинаковы.
Для чего вводится нелинейная временная шкала? Для того, чтобы продемонстрировать рис. 2.

atmcivil1

На рис. 2 мы видим так называемый режим с обострением – гиперболу, точки которой есть всплески исторических событий. Гипербола асимптотически приближается к значению Т0, равному 2060 год н.э.
Мы видим, что через 49 лет нас ждёт нечто небывалое.
Проще говоря, Конец Света.
Конец Света, который наступит на земле, но не в небесах, – там, куда поднимутся споры грядущей Атмосферной цивилизации.

Кто-то может сказать, что все эти графики и размышления о конце света – чушь. Но открываем книгу Александра Никонова «Кризисы в истории цивилизации» – и видим там те же графики – Рис.3

atmcivil2

Рис.3 Динамика численности населения мира (в миллионах человек, с 40000 г. до н.э. – по 1970 г.); корреляция между эмпирическими оценками и гиперболической моделью.

В подписи к рис.3 речь идёт о гиперболической модели Хейнца фон Фестера, который, цитирую Никонова, «вывел формулу человечества. Несложную формулу, которой подчиняется система под названием Земная Цивилизация.
Она выглядит просто:

Nt = Co / (to – t),

где Nt — численность населения в миллионах в год t;
Сo и to – константы, они равны, соответственно, 215000 и 2026,87.
Если теперь вместо t мы подставим искомый год, то пу¬тем нехитрых вычислений получим результат. Ну, например, нас интересует, сколько народу жило на Земле в год рожде¬ния Иисуса Христа. Подставляем вместо t нолик и получа¬ем результат — 106,07 миллиона человек. Проверьте, кстати, на калькуляторе, я не ошибся?..»

Обратите внимание, на рис.3 – всё тот же режим с обострением, и год, в который кривая устремляется в бесконечность, равен 2027 год н.э. Что практически точно соответствует предсказанному Крюковым 2060 году. Расхождение можно отнести за счёт того отмеченного всё тем же Никоновым факта, что в последние годы кривая роста населения начала отставать от формулы, выведенной Хейнцем фон Фестером.
Кстати говоря, в книге Никонова приводятся и другие графики, содержащие гиперболу – это графики роста городского населения и его, населения, грамотности.

Вообще говоря, совпадение графиков, нарисованных Крюковым и Хейнцем фон Фестером не случайно. По-моему, довольно очевидна зависимость – чем больше на земле проживает людей, тем чаще случаются исторически значимые события.
Доклад свой Крюков завершил так – родиной Атмосферной цивилизации станет Москва. Аргументы таковы – для того, чтобы выкинуть в атмосферу споры нового уклада, необходима сверхконцентрация усилий миллионов людей. Где, в какой стране мира люди концентрируются в её столице, постепенно покидая не только деревни, но и малые и средние города? Эта страна – Россия.
Родина Атмосферной цивилизации, Атмократии. Грядущей Русской Аэрокрвтии.

Магомедов Магомед.

Читать далее...

В современной Туве православие соседствует с шаманизмом и буддизмом

Если выйти из ворот Свято-Троицкой церкви Кызыла и спуститься по улице вниз, в сторону Енисея, то вскоре окажешься на пороге «избушки» старейшего шамана Тувы. Улица, по которой можно за десять минут совершить путь от шаманизма до православия и обратно, называется Комсомольская. Знакомая картина, не правда ли? Боги, ценности, идеалы – все смешалось в сознании современного человека…

Кам знает все

Старейший шаман Монгуш Кенин-Лопсан – человек удивительный. Одно только перечисление его титулов способно повергнуть в изумление жителя Европейской России. Доктор исторических наук, заслуженный работник культуры, награжденный Орденом Дружбы народов и медалью «За заслуги перед Отечеством», член Союза писателей России, обладатель звания «Живое сокровище шаманизма», верховный и пожизненный президент тувинских шаманов… На крылечке его «избушки» ждут приёма посетители. Лица серьёзны, в них – озабоченность и робость. Женщины и мужчины, молодые и старые, жаждущие узнать своё будущее, чающие исцеления от болезни, ищущие ответа на всевозможные вопросы. Ехать ли завтра в Абакан? Увольняться ли с работы? Жениться или не жениться, а если жениться, то в какой месяц и день? Брать ли кредит? Как назвать ребёнка? Как исцелить мужа от запоя?

Не лишне заметить: «избушка» – это одно из зданий Национального музея Республики Тува, в котором Монгуш Борахович Кенин-Лопсан — старший научный сотрудник.

Настоящий учёный. Настоящий поэт. И настоящий шаман – потомственный, одержимый, могущественный. Такое сочетание качеств, пожалуй, только в Туве и возможно.

Что такое шаманизм в современной Туве? Культурная традиция, уходящая корнями в глубокую древность. И непременная составляющая повседневной жизни. Кто такой шаман (кам)? Человек, обладающий способностью входить в сферы бытия, недоступные остальным людям.

Что делает шаман? Вступает в контакт с духами, населяющими небесный, земной, подземный миры. Может уговорить их, может привлечь их, может побороться с ними и прогнать их. Для этого есть три способа действий: лечение, гадание, камлание. Лечение включает в себя элементы традиционной народной медицины. Гадания осуществляются на камушках, на костях, на бараньей лопатке. Камлание – сильное действие с пением, пляской, битьём в бубен, требующее полной самоотдачи и вхождения в транс, который может закончиться обмороком или даже смертью.

Кто приходит к шаману? В основном тувинцы, но и русские тоже нередко. Образование, пол и возраст значения не имеют. Среди тувинцев я не знаю человека, который хоть изредка не обращался бы к шаманам, не признавал бы их действенной силы.

Когда приходят к шаману? В любой неблагоприятной или непонятной жизненной ситуации. У моего знакомого умер отец. Смерть близкого человека – обязательный повод позвать шамана. Кам сказал: «Ты рождён в год чёрной собаки, тебе нельзя в этом году ходить на поминки, а то умрёшь». Надо заметить, что поминки у тувинцев продолжаются много дней и в них обязательно участвуют все родственники, даже самые дальние. Отсутствие сына покойного – случай вопиющий. Но никто не осудил его, потому что ему так сказал шаман.

Ходили слухи, что главе правительства республики Тува еженедельно камлала скончавшаяся в ноябре прошлого года шаманка Ай-Чурек, которая была широко известна как в Туве, так и за её пределами. Что уж говорить о начальниках меньшего ранга.

На границе миров

Тува — это страна, в которой сочетается несочетаемое. Расположена она в географическом центре Азии, между горными хребтами Саян и Танну-Ола, на границе России и Монголии. Это – граница миров: царства Владимира Красно Солнышко и царства Чингисхана. В состав государства Российского Тува вошла позже всех, в 1944 году, и до сих пор остаётся одним из самых труднодоступных и изолированных регионов нашего государства. Поэтому здесь лучше, чем где-либо на пространстве бывшей Российской империи и СССР, сохранились тысячелетние устои кочевнического образа жизни, элементы древних духовно-культурных традиций Центральной Азии. В течение двух столетий Тува находилась под властью Китайско-маньчжурской империи Цинь и испытала немалое воздействие со стороны нашего юго-восточного соседа. Вследствие своей труднодоступности, она стала на какое-то время целью переселенческого движения русских старообрядцев.

В результате, современная Тува – зона контакта и взаимодействия четырёх типов религиозных умонастроений, менталитетов, духовных практик. Если просто сказать – четырёх вер. В соответствии со старинной центрально-азиатской традицией, эти четыре веры можно обозначить четырьмя цветами.

«Чёрная вера» (не вкладываем ничего негативного в слово «чёрный») – шаманизм. Наследие древних духовно-культурных традиций.

«Жёлтая вера» – ламаизм, тибетско-монгольский буддизм, активно насаждавшийся во времена Циньского владычества.

«Белая вера» – православие, принесённое сюда русскими поселенцами в конце XIX – начале XX века.

Старообрядчество, которое мы, исходя из его непокорного властям, протестного характера, назовём «красной верой».

Старообоядцы ещё столетие назад отвоевали себе небольшой плацдарм, который стабильно удерживают до сих пор. Живут компактно в нескольких деревнях поближе к верховьям Большого и Малого Енисеев. Добраться туда и сейчас непросто. Они не чуждаются мира и «мирских», но стараются с ними не смешиваться. Их отличительные черты – бороды у мужчин, платочки и длинные платья у женщин. Их духовная жизнь скрыта от посторонних глаз. С представителями всех прочих вер у них отношения отчуждённо-ровные.

«Жёлтая вера», казалось, искоренённая в советское время, делает сейчас в Туве большие успехи. Открываются новые ламаистские молельни – хурээ, растёт число монахов-лам, построено множество субурганов – мест поклонения духам и божествам.

«Чёрная вера», вобравшая в себя элементы древнеиранского митраизма, древнетюркского тенгрианства, древнетибетской религии Бон, множества архаичных местных культов – самое массовое и, в то же время, самое элитарное явление духовной жизни Центра Азии. Её истинными адептами и хранителями можно считать только самих шаманов, передающих тайное знание от учителя к ученику, из века в век. Их на всю Туву – несколько десятков. Или сотен. Точных цифр нет, потому что нет определённого критерия: кто шаман, а кто не шаман. В республике действует шесть шаманских обществ. Но есть и шаманы-одиночки. Вернее, всякий шаман по определению одиночка, так что членство в обществе – только способ облегчить и упорядочить шаманский заработок. (Первое, что видит посетитель, входящий по скрипучим ступеням на крылечко дома шаманского общества, – прейскурант. Гадание – столько-то, камлание на месте – столько-то…). Именно шаманизм привлекает к себе практически всё тувинское, а отчасти и русское население Тувы. И является основой религиозного сознания тувинцев.

«Белое» меньшинство

Православие – пока ещё самое слабоукоренённое растение на духовной почве Тувы. В республике, население которой превышает триста тысяч жителей, действуют всего три православных храма, служат четыре священника. Причём на весь Кызыл (столица Тувы), в котором живёт около половины населения республики, существует один-единственный приход, одна церковь – Троицкая. Маленькая, старенькая, деревянная. Характерно, что большинство её прихожан даже не знают, что она Троицкая. Просто Церковь – и всё. «Вы где живёте?» – «На горе, у церкви». Строится, правда, новый большой храм, даже купол его позолотили. Но строится он уже лет десять, и конца работам пока не видно.

Православные – в основном русские. Сказать, сколько их, очень трудно. С одной стороны, для русских, являющихся в Туве национальным меньшинством (около 15 % населения республики), православие – символ единения и знак этнической самоидентификации. С другой стороны, основная масса русских религиозно необучена, дезориентирована, лишена традиций. Поэтому в самом «русском» населённом пункте Тувы, Туране, приходской храм едва сводит концы с концами. Его настоятель, молодой, бедно одетый батюшка, ездит на крохотной старенькой «Оке», да и то не столько ездит, сколько чинит эту ржавую рухлядь.

Православных представителей коренной нации очень мало. Распространению православия среди тувинцев препятствуют два фактора. Первый – родовая, клановая сплочённость тувинцев. Каждый тувинец – родственник бесчисленных родственников, член родового клана. Сотни тувинцев носят, например, фамилию Оюн, и все они – потенциальная родня. Не менее распространена фамилия Салчак, а клан Салчаков состоит в родстве с Оюнами… Причём род – это не только гены. Гены как раз не очень важны, ибо тувинцы никогда не делали различия между родными детьми и приёмными, законными и внебрачными. Род – это в первую очередь обычаи, традиции, родовые праздники, культы, духи предков. Где духи, там находят своё место и шаманские обряды. Принятие православия сопряжено с разрывом родовых связей, что для большинства тувинцев немыслимо.

Второй фактор – не очень-то ласковое отношение к новообращённым со стороны части прихожан. Тут, увы, действует простой критерий: разрез глаз и ширина скул. Одна тувинка, вполне обрусевшая, жаловалась мне, что в церкви её обижают приходские бабушки. Мол, что ты, узкоглазая, сюда явилась? Иди-ка к своим шаманам. Моя собеседница, наверно, сгустила краски, но, зная приходскую публику, можно ей отчасти поверить.

Всем духам по серьгам

Проявления православной нетерпимости особенно болезненно воспринимаются тувинцами потому, что им самим религиозная нетерпимость несвойственна. Как раз наоборот: тувинец склонен бояться и уважать любые сверхъестественные силы, ведомые и неведомые. Если где-нибудь в современном мире можно было бы поставить упомянутый апостолом Павлом алтарь «Неведомому богу», так это в Туве.

На дорогах Тувы, на перевалах, нередко стоят буддийские субурганы. И обязательно – сооружение из жердей и камней, именуемое ова, обиталище шаманских духов. Тувинцы, да, впрочем, и многие русские, останавливаясь на перевалах, непременно кладут конфету или бутерброд у субургана, бросают пару монет на ова, а также брызгают водки на все стороны – чтобы ни ламаистские божества, ни шаманские духи не обиделись.

Моя знакомая тувинка, профессорская дочь, на вопрос о вероисповедании отвечает: «Я буддистка». Между тем, регулярно ходит к шаманам и очень уважает православное духовенство. На похоронах её мужа были и шаман, и лама, а батюшки не было только потому, что покойный никакого отношения не имел к Православной Церкви.

Мой друг-тувинец, приехав на полгода в Петербург, очень скоро стал поздравлять своих питерских знакомых с православными праздниками. Причём не раз случалось так, что питерские знакомые, православные, но загруженные делами, узнавали именно от него, что сегодня Татьянин день или Сретенье. Я поинтересовался: ты же к шаманам ходишь, почему отмечаешь православные праздники? Смысл ответа был примерно таков: я на православной земле нахожусь, значит, должен чтить тех духов, которые здесь властвуют. Тем более что верховный дух, которого вы чтите, – кажется, всемогущий.

Русские, долго живущие в Туве, проникаются теми же умонастроениями.

Собственно говоря, это никакая не веротерпимость, а готовность – немного детская, наивная – чтить всякое проявление великой силы, управляющей миром. Шаманизм предчувствует Единого Бога. Одно из наименований самого великого духа в алгышах (песнопениях) тувинских шаманов – Корбусту. Это слово, по всей вероятности, происходит от имени древнеиранского бога-творца Хормузда, и на русский язык переводится как Всевышний. То, что делает шаман, он делает не против Бога, а… Как бы это сказать? Не ведая Бога, но предчувствуя Его. Шаман пляшет и бьёт в бубен на пороге Храма.

Анджей Иконников-Галицкий, АРИ «Благовест-инфо» .

Читать далее...

Пространство мифа

Мы употребляем термин “миф”, и в психологической практике он может обозначать, по филологической привычке, “жанр”, и, чаще всего, это некое мифовещество, ткань мифа, уровень мифологического бытия, возвышающегося над обыденностью.

В разных цивилизациях представления о мифологической сущности связывались с существованием элементов (образов, символов) высшего, божественного бытия. Это “ме” древних шумеров, принципиально значимые для человеческой культуры принципы и понятия. “Эйдосы” Платона, идеи или “печати”, иерархически организованная реальность высшего мира. Руны древних германцев и скандинавов – магические знаки, которые воплощают основные принципы человеческого существования.

Представление о мифе как определенном пласте символического бытия нам удобнее всего выразить с помощью следующей схемы:

Схема № 1. “Миф и реальность”

Существует обыденная реальность, ясно подтверждаемая эмпирическим опытом и некоторыми объективными свидетельствами. В результате ее небуквального осознавания, как следствия когнитивного развития человека, возникает ее абстрактное представление, в мире идей, понятий или символов.

Однако отношение к мифу, как к отдельной сущности воспринимаемого бытия произошло лишь в эпоху секуляризации сознания, при снижении роли религии и повышении роли рациональных объяснений в жизни общества. В результате, в эпоху Просвещения (XVIII) и Рационализма (XIX век) представление о мифе как о сакрально значимом культурном явлении было нивелировано. Он стал восприниматься как “выдумка, заблуждение или ложь”, и это его значение до сих пор актуально, хотя и не единственно. Такое осознание мифа, принятое в виде постулата, само являлось производной от научного мифологического мышления того времени, от веры в истину, познаваемой эмпирическим или иным естественно-научным путем.

Соответственно, с этим “постулатом веры” спорили философы, искусствоведы и поэты – романтики: Ф. Шеллинг, И.-И. Винкельман, И.-В. Гете, принявшие иную идеологическую систему мировосприятия. Они воспринимали миф как самостоятельный дискурс. Миф был для них своеобразной поэзией, отличной от прозаической истины, представленной в образном сравнении аллегорий. О мифе следовало судить как о поэтическом продукте, имеющем самостоятельную ценность и целостность. Миф, по Ф. Шеллингу, требует не анатомического разложения, а синтетического понимания. Более того, он выдвигает идею о первичности мифа для истории народа: не история творит миф, а миф – историю.

Схема № 2 “Философический спор”

Здесь в схематической форме мы видим, как по-разному могла отражалась объективная реальность, данная эмпирическим опытом (1 и 2), философам – материалистам, рационалистам и эмпирикам (1а) и поэтам – романтикам (2а).

В каждую эпоху возникают современные ей мифологические представления о человеке и его месте в мире: к современной мифологии такого рода можно отнести представления об одиночестве или соседстве человечества во Вселенной, о влиянии человеческой цивилизации на климат и месть матери-Земли, уже исчерпывающий себя миф о народах – старших и младших братьях, и другие. Макс Вебер говорил об исторической рационализации картины мира, которая приводит к обесцениванию представления о сакральном. Однако распад одной мифологической структуры неизменно ведет к созданию другой (отчетливый пример – революционные мифы России первой трети XX века).

К началу XX века, на волне увлеченности народной традицией и античной филологией, ученые приходят к выводу, что миф это исторически и психически важная метафора. И. Бахофен предпринял попытку увязать отдельные типы и группы мифов с историческими стадиями развития человечества: матриархатом и патриархатом. Эта идея, прямо или опосредовано, повлияла на воззрения З. Фрейда, К.-Г. Юнга и их последователей, как в свете индивидуального, так и коллективного развития человечества. Одной из до сих пор сохраняющихся тенденция является представление о мифах, как о метафорах материнской (женской) или отцовской (мужской) власти в культурном или онтогенетическом срезах.

Возникновение и развитие антропологической науки, избавившись от покровов теории Ж.-Ж. Руссо о прекрасном “естественном человеке”, привело к изучению менталитета примитивных народов, сохранившихся к тому времени. Первоначально полагали, что их естественное состояние соответствует архаическому периоду “цивилизованных” народов, позже, однако, ушли от этой гипотезы за отсутствием доказательств. Исследования Л. Леви-Брюля помогли выявить черты примитивного магического или “мифологического” мышления, свойственного архаической стадии развития сознания. Как правило, человеком владеют коллективные представления, свойственные группе. Кроме того, весь окружающий мир обладает одушевленным, мистическим характером, способным совершенно непредсказуемо его проявить (орудия труда могут быть как “живые” и пр.), отчего необходимо постоянное поддержание некоего ритуального равновесия, которое достигается определенными обрядами, ритуалами и табу. В одном из философских фэнтэзи Т. Пратчетта есть определение этого ключевого мифологического миропонимания: если не сотворить нужный ритуал, Солнце не взойдет – вместо него мы увидим всего лишь простой шар горящего газа. Такое превращение буквального в символическое и рождает единство мифа и поэзии.

В соответствии с теорией психологического онтогенеза, повторяющего цивилизационный филогенез или же с теорией К.-Г. Юнга о наиболее древнем слое коллективного бессознательного, архаическом слое индивидуального бессознательного и более развитых слоях сознания и осознания современного человека, человек нашего времени не избавился от пласта магического сознания.

Мифологическое мышление современного человека мы разделяем на осознанное и неосознанное. К первому мы относим поэзию, художественное творчество, научные течения, философию и религию. Ко второму – суеверия, “мифы представлений” (например, “все женщины – плохие водители”), идеологию масс и неврозы. Неосознанное магическое (мифологическое) мышление отличается редукционизмом (от лат. Reductio – сведение, приведение обратно), в данном случае, обращением к прошлому опыту как объяснению причин настоящего вне последовательной причинно-следственной связи. Как правило, это раскрытие некоего “знака”, который имеет конкретную интерпретацию, обычно позитивно или отрицательно заряженную. Например, объяснение неудачного брака тем, что на свадебную машину забыли повязать красную ленточку. В то же время, мифологическое мышление осознанного типа способно раскрывать то или иное явление более многозначно, например “сидеть за углом стола” способно у строителей означать “получить свой угол (жилье)”, а у веселых женщин – наличие “мужика с хорошим углом”, т.е. потенциально приятного мужчины.

Мифологическое мышление более высокого типа и, как правило, осознанное, характеризуется телеологическим компонентом, обуславливающим целесообразность явлений, которая подразумевают разумный смысл, духовный призыв или личностный вызов человеку. Инструментом этого процесса часто оказывается раскрытие символа, отличающегося от знака своей неисчерпаемой многозначностью и особой силой смысла.

Английский антрополог Б. Малиновский, изучая первобытные культуры современных племен, нашел, что миф играет у этих народов функцию кодифицирования правил, их осмысления и упрочения, задает поведенческие ориентиры. Он делает вывод о том, что миф для цивилизации это не литературное произведение, аллегория или вымысел, а правовое основание веры и моральной мудрости. Здесь мы можем сказать, что это же относится и к мифам нашей цивилизации, которые мы воспринимаем на веру и которые обладают определенным смыслом и силой. Коллективными мифами западной культуры в настоящее время являются мифы о демократии как наилучшей форме государственного правления; о конвенциональной аллопатической медицине как о гарантии сохранения здоровья и красоты; о молодости как о лучшем периоде жизни человека; о детях как об ангельских существах; об униженности женщин в патриархатных сообществах. В соответствии с этими объектами веры, признаются демоническими антагонистами: деспотии как формы государственного правления; гомеопатия с ее собственным кодексом болезней и исцеления; зрелость и старость как упадок человеческого существования; непослушные, капризные, агрессивные дети; мужчины – в феминистских мифах.

Другой известный антрополог, М. Элиаде, дал понятие мифологического локуса, времени и пространства, отличного от обычных, где происходит действие мифа. Здесь всегда и неизменно могут разворачиваться одни и те же события, некая циклическая или случайная последовательность развития сюжета. Потому Персефона каждый год бывает похищена Аидом, а потом вновь весной возвращается к матери. Мифологический локус относится к тому, что “свершилось навсегда” или “было и будет всегда и сейчас”. Событиям этого локуса в той или иной степени соответствуют все вторичные, гармоничные или созвучные события из реального мира.

Осознанным подобием событиям мифологического локуса оказываются в первую очередь ритуалы. Они подтверждают особую ритмичность мифа, который может не просто произойти когда-то или происходить время от времени в случайном порядке, но и звучать в строго определенное время. Это в особенной степени относится к сезонным праздникам и ритуалам инициации.

Схема № 3 “Миф и ритуал”

На этой схеме видно, что один и тот же миф, как постулат миропредставления, требует систематического исполнения подтверждающего его ритуала. Также и наоборот: наблюдая повторение того или иного коллективного ритуала, мы можем задаться вопросом о его истинном, а не буквальном символическом и мифологическом насыщении и смысле.

В “Мифе о вечном возвращении” Мирча Элиаде указывает на способность архаического и до-христианского (даже “вне-христианского” вне зависимости от времени) человека в целом воссоздавать свой Космос (упорядоченный мир) из Хаоса (небытия или же полной смешанности и путаницы). Архаическая и языческая мифология вообще всегда циклична: линейное время стало важным лишь при христианстве, где есть акты неповторимые, как например рождение, жертвоприношение и вознесение Иисуса Христа. Потому для архаического, языческого человека становится возможна “починка мира”, которая творилась в критический момент окончания одного годового цикла и начала нового. Коллективное бессознательное, и в наше время, по-прежнему старается повторять этот ритуал: его нет во “взрослых” обрядах встречи Нового года, однако он остался в детских праздниках. Новогоднее представление в большинстве случаев рассказывает нам о “злых силах”, которые мешают встретить Новый год (украли Снегурочку, усыпили Деда Мороза, похитили мешок с подарками и проч.) и об их обуздании, по сути спасении мира . Хороводы вокруг елочки, в сопровождении “большой фигуры” – Деда Мороза, напоминает нам о символике Мирового Древа и нашем существовании в Срединном мире смертных.

Миф и ритуал это всегда создание Космоса из Хаоса, потому миф тесно связан с ритуалом в первобытных культурах. Восстановить порядок можно было только через утверждение мифа в то время и в том месте, когда реальность вновь разрушена прорывом хаоса (например, в критических ситуациях бедствий или в точках разрыва времен в конце одного и начале другого цикла). До сих пор ритуал способен утверждать миф: так происходит с государственными, социальными и военными ритуалами, утверждающими идею определенных социальных правил и взаимоотношений как данность: инаугурация президента, военный парад, поминовение павших воинов, “первая линейка” в школе и др.

Мифологический локус позволяет концентрировать определенный смысл и силу в “мире идей”, достаточные для того, чтобы быть распространенными на мир повседневности. На этом строятся индивидуальные и коллективные представления человека о мире.

Из мифологической материи рождаются и создаются религиозные мифы, сказки, эпос, политическая идеология, социальные представления, национальная идентичность, родовые предания, семейные легенды. И мы можем здесь представить следующие характеристики этого символического первовещества:

Миф буквален; в нем самом нет метафоры. Метафора рождается в переходе из мира символов в мир буквального.

Мифу свойственна величайшая концентрация насыщенности смыслом. Здесь господствует пралогическое мышление и казуальное (причинное) значение любых совмещений.

Миф – корневой сюжет всех многочисленных повторений, как рассказанных, так и проживаемых.

Миф амбивалентен: благодаря своей символической природе он предполагает полярность взглядов и оценок.

Миф создается, а не дается выше. Мифологическая форма творится человеческой культурой.

Миф – это представление о мире, не требующее доказательств, только силы веры и смысла.

Миф транслируется индивидом и обществом вовне. Он может достаточно хорошо описывать окружающий мир и его составляющие по тем или иным признакам; в ином случае, непредставленные в мифе явления будут обозначены как внешний “хаос” в сравнении “упорядоченным космосом” мифа.

Распространенным коллективными мифами являются представления, выраженные в формуле “Мы хорошие, они плохие”: так проявляются националистические представления, религиозная нетерпимость, “война полов”, представления этапа “подросткового бунта”. Цивилизационным мифом западной культуры (как христианской, так и исламской) является представление о своем религиозном знании как “светоче истины” для иных, непросвещенных народов. В последние три века этот мессианский миф видоизменился в идею о научном просвещении и продвижении демократии отсталым народам и государствам.

Общими индивидуальными мифами на настоящий момент мы можем назвать представления о фатализме (все на роду написано, как суждено) и его полярной противоположности – индивидуализме (судьбу человек делает сам). Примечательно, что в индивидуальную полярность эти положения вошли тогда, когда коллективные религиозные представления утратили особый интерес к этому вопросу или разошлись во мнениях. Кроме того, каждый индивидуум несет в себе уникальный компендиум различных мифов, тех или иных аспектов коллективных верований или типических представлений, создающих свою уникальную мифологическую картину мира.

В узком смысле слова “своими мифами” мы можем назвать некие “важные истории” и “значимые образы”, чье существование принципиально для одного человека, его близких, общества, народа, цивилизации. Так извечным символом остается образ Матери, а значимые и связанные с ним истории будут в чем-то совпадать, а в чем-то отличаться в разных культурах и в разных индивидуальных историях. Как различны между собой христианская богоматерь Мария, греческая богиня плодородия Деметра и скандинавская богиня Дикой Охоты Фригг, но все они переживали смерть своих детей и оплакали их. И для многих женщин, их семей, родовых историй этот опыт знаком и значим.

Осознанно избранные мифы (религия, принятая в зрелом возрасте, политические взгляды и др.) могут быть как результатом экзистенциального опыта, так и следованием некоей коллективной тенденции. Экзистенциальный опыт может привести как к вхождению в миф (который способен сам по себе быть резервуаром подобных переживаний множества людей), так и к осознанной и осмысленной убежденности в чем-либо.

Миф всегда для человека реален, или буквально или метафорически, как, например, истории о создании человека богом или о том, как какой-то генерал подарил деду свою шапку. Миф рассказывается всегда, когда есть вера в него и любая история, окрашенная или насыщенная верой, при ее повторении способна стать мифом. Это то, что не требует доказательств, но живет в представлениях, потому в каждую эпоху они свои. Одни мифы истории человечество перестает рассказывать, другие продолжает, а третьи вновь и вновь начинает как будто заново. Для человека и человечества миф это созидающая сила, превращающая хаос впечатлений и разрозненных событий в упорядоченную картину мира.

Но миф – не просто упорядоченная система знаний, а структура значимых явлений и объяснений этого мира. Ритуальные, знаковые изображения любой культуры, вне зависимости от кода изображения (антропоморфные образы, фантастические персонажи, абстрактные узоры) всегда дают нам отрывок мифа, достаточно открытого или зашифрованного многослойностью символов, понятных людям эпохи. Это могут быть божественные статуи или зооморфные рельефы архаичных эпох, аллегории эпохи Просвещения, знаковые узоры персидских ковров или советский агитплакат 1920-х годов. Любая изобразительная “знаковая” система культуры является статичным утверждением ее мифа.

Миф объединяет людей в социум, и потому существуют мифы семейные, национальные, местные, государственные, культурные, человеческие. На уровне семьи миф будет семейной легендой, но иметь именно сакральное, особенное значение (например, история о том, как человек увидел во время войны знак в небе, “серп и молот”, накануне Сталинградской битвы). Это может быть и бытовая история, о спасении девушки незнакомыми людьми, но значимость ее будет велика настолько, что она станет семейным мифом. Не волшебство и сверхъестественный опыт делает историю мифом, а значимость (эмоциональная “сила”) сюжета для рассказчика и слушателей.

Мифами, в общем смысле, будут исторические песни, былины, духовные стихи, легенды, рассказы о нечистой силе, былички и др. Мифологическими будут также знаковые структуры и ритуалы культуры и субкультур. Если при разрушении или недостаточной значимости общекультурного мифологического пласта возникает миф, знак и ритуал узкого сообщества, то оно становится субкультурой. Отсюда мифы, ритуалы и знаки молодежных субкультур, религиозных сект, криминальной субкультуры, профессиональных сообществ.

Мифом в широком смысле слова мы будем считать образ мира (и индивида, по его подобию) и историю мира. Первой функцией мифа остается защита человека, предоставление ему границ познаваемого Космоса (в рамках мифа) посреди непознанного Хаоса. Второй его функцией мы назовем развитие, вызов, испытание, некое требование, которое предоставляет миф человеку, чтобы тот был способен себя осознавать не животным или стихийным существом, а человеком.

Использованная литература:
1. Леви-Брюль Л. Сверхъестественное в первобытном мышлении. – М.: Педагогика Пресс. – 1994.

2. Малиновский Б. Магия, наука, религия. – М.: Рефл-бук. – 1998.

3. Пратчетт Т. Санта-Хрякус. – М.: Эксмо; СПб.: Домино. – 2005.

4. Топоров В.Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ: Исследование в области мифопоэтического: Избранное. – М.: Прогресс-Культура. – 1995.

5. Шеллинг Ф. Сочинения в 2-х т. – т. 2. – М.: Мысль. – 1995.

6. Шинкаренко В.Д. Смысловая структура социокультурного пространства: Миф и сказка. – М.: КомКнига. – 2005.

7. Элиаде М. Космос и история. – М.: Прогресс. – 1987.

8. Юнг К.-Г. Архетипы и символ. – М.: Renaissance. – 1991.

В статье представлен философско-культурологический подход к существованию и природе мифа. Миф представлен как постулат коллективного миропредставления людей некоей общности, не требующее доказательств, только силы веры и смысла. Любая “знаковая” система культуры или субкультуры является утверждением ее мифа.

Галина Бедненко.

Читать далее...

Южный Кавказ и права народов

Сегодня Южный Кавказ представляет собой регион стремительно развивающихся геополитических процессов. Аналитики, представляющие различные школы и течения, иногда с трудом успевают следить за ними. С каждым днем все четче становятся геополитические очертания этого уникального клочка Земли, где десятилетиями отсутствует политическая стабильность и сохраняется напряженность из-за неадекватности проводимой различными правительствами политики, прежде всего, в отношении народов, населяющих эти страны.

На фоне происходящих в глобальном масштабе кардинальных изменений, ущербность политики, проводимой в разных уголках земли, в том числе на Южном Кавказе, и не учитывающей этническое разнообразие конкретной страны, становится все яснее. В то время, когда все больше людей понимают важность права народов на самоопределение, которое может стать решающей основой политической стабильности и экономического роста, в рассматриваемом нами регионе продолжается ущемление прав многих народов, не только лишенных возможности добиваться экономического роста и обеспечивать свое благополучие, но и постепенно теряющих этническую идентичность, т.е. подвергающихся целенаправленной ассимиляции.

Это связано с тем, что в свое время при образовании искусственных государственных образований на Южном Кавказе за основу были взяты не эти народы как субъекты международного права, не были учтены их национальные интересы, а преобладали геостратегические интересы отдельных мировых государств, которые старались обеспечивать свое дальнейшее присутствие в регионе. В итоге некоторые народы, не имеющие никаких общих интересов, общей истории, были объединены в одно государство, власти которого с момента образования начали претворять в жизнь политику уничтожения этих народов, каждый из которых имеет многотысячелетнюю историю и самобытную культуру, является автохтоном Кавказа. Их вклад в мировую цивилизацию иногда намного превосходит вклад тех, что с помощью волшебной палочки в одночасье превратился в так называемые «титульные народы».

Мало того, что при образовании этих «незаконнорожденных детей» не были учтены мнения многих народов, вошедших в состав данных государств по воле извне – никому даже в голову не пришла мысль спросить об этом у них самих. При этом сильные мира сего умышленно оставили без внимания ту истину, что правильное решение национального вопроса в многонациональном государстве является ключом к решению всех остальных вопросов общественно-политической жизни, что без решения этого вопроса нельзя достичь более или менее успешных результатов в других сферах общественной жизни.
Трагедия состоит в том, что в далекие 20-е годы прошлого века это еще можно было понять, так как тогда мир находился в глобальном хаосе и во многом был неуправляем. Но когда те же процессы полностью повторились после развала СССР, когда мир уже давно стал иным, и ценности цивилизации были совсем другие, когда страны Запада взяли на себя обязательства «сделать мир демократичным», то пришлось вспомнить мудрые слова известного русского историка о том, что «история нас ничему не учит, а наказывает за допущенные ошибки». То, что было сделано в самом центре Европы, когда чехи и словаки вполне цивильным путем разделились, и каждый из них провозгласил свое национальное государство, что во многом предопределило политическую стабильность в Европе на много десятилетий вперед, не было сделано на Южном Кавказе. Россия тогда не была в состоянии реально вмешиваться в дела региона. А страны Запада, исходя из своих исключительно геостратегических интересов, стремились укрепить свое присутствие на Южном Кавказе и закрывали глаза на ущемление прав народов в этом регионе, сознательно содействуя сохранению статус-кво, чтобы в дальнейшем использовать этническую карту в целях усиления своего влияния и полного вытеснения России из региона. В этом смысле мы согласны с выводами авторов доклада «Основные тенденции развития военно-политической и военно-стратегической обстановки до 2015 г. Военные угрозы безопасности России»: «Необходимо отметить, что нынешняя ситуация на южных границах Российской Федерации имеет не узкорегиональный характер, а представляет собой целый узел противоречивых проблем широкого международного плана, в том числе и в контексте стратегических отношений Россия – Запад».

Итак, после падения царизма на карте Южного Кавказа было организовано три государства: Азербайджан, Армения и Грузия. С Арменией с самого начала не было никаких проблем в национальном плане, так как она была в основном мононациональной, хотя на ее территории проживали представители некоторых других народов, которые никогда не составляли особой угрозы для судеб этого государства, и никогда не проявляли недовольства в отношении Еревана.

Что касается Грузии, то, хотя на разных этапах истории название этого государства и мелькало на страницах хронологии, к моменту вхождения в состав России у нее не было четких границ. Большевистская власть Москвы, чтобы создать полноценное государство, включило в его состав абхазов, аджарцев, часть армян и тюрков, не говоря уже о мегрелах, сванах и пр. В этом плане уж совсем недопустимым был факт специального разделения на две части осетинского народа, северная часть которого составила автономию в составе РФ, а южная была включена в состав Грузинской ССР.
Похожая ситуация наблюдалась и в Азербайджане, на территории которого к моменту вхождения в состав России (да и до этого момента) не существовало единого государства. Формально все эти территории находились в составе Ирана, но полностью не подчинялись центральным властям, где функционировали различные государственные образования в виде «ханств».

С документов того периода до сих пор не снят гриф секретности, и мы не можем восстановить полную картину происходящих событий, связанных с образованием вышеназванных государств на территории Южного Кавказа. Многие теряются в догадках, каким образом было образовано государство под названием Азербайджан, в состав которого были включены представители свыше 100 народностей, при этом, не спрашивая мнения ни одного из них! Единственным критерием объединения такого количества народов можно считать принадлежность большинства их к Исламу. Но, к сожалению, этот критерий не может быть решающим при создании государств, учитывая опыт хотя бы арабов, которые создали десятки государств, оставаясь при этом мусульманами.

С первого дня образования Азербайджанской ССР как суверенной республики, т.е. с 1935 года, власти начали проводить в отношении нетюркских народов, в том числе талышей агрессивную ассимиляторскую политику. Кроме масштабных репрессивных мероприятий, о которых мы уже рассказывали в предыдущих статьях, тысячи талышей были депортированы из родных краев. Перед второй мировой войной советское правительство, в целях избежание возможных бунтов среди тюркоязычных народов, депортировало некоторые из них в глубину страны. В их число должны были входить и тюрки, проживающие в приграничных с Турцией районах Азербайджана. Вместе этого населения М.Дж. Багиров осуществлял депортацию талышей, разумеется, в целях их ассимиляции. Перед войной единовременно 6 тысяч талышей были переселены в Среднюю Азию и Казахстан. Такая политика была продолжена и после войны. В 1949-1952 годах десятки тысяч талышей из Лерикского района были депортированы в другие районы Азербайджана, где в дальнейшем большинство из них подверглось отуречению.

Такая политика властей Азербайджана с самого начала стала бомбой замедленного действия. В последующие годы периодически, – через каждые десять лет, – вспыхивало недовольство талышского народа (других народов тоже), но каждый раз они были раздавлены мощью советской военной машины.
В 90-х годах прошлого года, когда настал час распада СССР, все эти народы встали на борьбу с целью образования независимых государств. Первыми были армяне Нагорного Карабаха, потом встали абхазы, аджарцы и южные осетины. С гордостью могу констатировать, что мой талышский народ был с ними в одном ряду. Но, увы, талышам не повезло, и они вынуждены продолжать свою борьбу до сегодняшнего дня…

Борьба народов никогда не пропадает даром. Рано или поздно она дает свои плоды. Тем более, когда у руководителей национально-освободительной борьбы хватает терпения ждать своего часа, который рано или поздно непременно наступает. Он наступает не только благодаря борьбе и сплоченности конкретного народа, а, скорее, благодаря изменениям в геополитической обстановке региона.
Как известно, геополитические изменения на Южном Кавказе связаны в первую очередь с позицией России, в прямую сферу влияния которой входит данный регион. После долгой зимней спячки Россия воспрянула, и в августе прошлого года взяла инициативу на Кавказе в свои руки. Мир понял, что Россия способна и готова предпринять любые меры по защите безопасности своей страны и народов этого региона, вплоть до крупномасштабных военных действий.

Для народов Южного Кавказа история внешней политики новейшей России с этого момента делится на два этапа: до- и постцхинвальского. Россия впервые за свою новейшую историю не только принудила Грузию к миру, чем изменила конфигурацию Южного Кавказа с «три» на «три плюс два», но и устами президента Д. Медведева объявила на весь мир, что народы Кавказа могут быть уверены: с этого момента никто не может ущемлять их права. Таким образом, Россия вновь приобрела статус решающего игрока в геополитике Южного Кавказа.

После этих событий Россия развернула в регионе бурную деятельность. В это дело была включена и Турция как один из решающих игроков региональной геополитики. Была выдвинута Платформа по безопасности на Кавказе, где впрямую указано, что проблемы региона должны решаться исключительно без вмешательства извне, т.е. со стороны Запада, и только ведущими государствами региона – Россией и Турцией. В дальнейшем подразумевалось и подключение к этому процессу Ирана. Все это заставило западные страны, в первую очередь, США скорректировать некоторые параметры своей политики как в Европе, так и в регионе. Важно, что США уже перестали публично поддерживать политику Саакашвили, что привело к существенному спаду международной напряженности, возникшей после принуждения Грузии к миру.

Для Турции такой поворот во многом был обусловлен жизненной необходимостью. Дело в том, что, опасаясь усиления исламского фактора, традиционные стратегические партнеры Турции – США и Израиль – вынашивали планы по успокоению этого бурно развивающегося и за краткий период, превратившийся в активного геополитического игрока, государства. Руководство Турции пересмотрело свои отношения с этими государствами.

Некоторые российские аналитики, скорее всего, впадают в заблуждение, когда пишут, что «это факт, что в турецко-израильских отношениях все больше играет роль палестинская проблема, поскольку у Турции в этом вопросе есть свои интересы. С одной стороны, это возможность инвестирования средств в строительство объектов на палестинских территориях». Нельзя быть наивным, сведя государственную политику турецкого государства до уровня узкоэкономических интересов отдельных бизнесменов. Палестина, по всей видимости, играет тут второстепенную роль. Разумеется, у Турции есть свои интересы во всем арабском мире, и они не только экономические. А главная причина ухудшения турецко-израильских отношений, по нашему мнению, – курдская проблема, точнее, стремление Израиля построить курдское государство. Для этого он поддерживает и курдский клан Азербайджана, что создает реальную угрозу для суверенитета Турции. И Израиль, и главный проводник его интересов в мире – США давно обеспокоены усилением ислама в Турции, отказом нынешнего турецкого руководства от кемализма и его нового курса на османизм. Поэтому спецслужбы этих стран в течение последних лет разрабатывают планы по расчленению Турции и построению более послушного курдского государства, которое, по замыслу авторов этих планов, будет новым и еще более активным проводником израильско-американской политики в регионе.

Подписание Турцией в Цюрихе нашумевшего соглашения с Арменией следует рассматривать именно с этих позиций. Эти договоренности, по сути, заложили основу нового этапа в развитии Южного Кавказа, который заключается в создании в обозримом будущем новой конфигурации региона. В этом смысле правы те аналитики, которые считают, что армяно-турецкие протоколы – лишь прелюдия к комплексному переформатированию региональной ситуации, что прогресс в армяно-турецких отношениях стал возможен исключительно по причине ломки статус-кво в регионе в августе прошлого года, и приведет к становлению новой ситуации.

Некоторые аналитики с самого начала турецко-армянского сближения считали, что таким образом Армения хочет уйти от зависимости от России. Мы уже высказали мнение, что, скорее всего, весь этот процесс происходит по благословению России. Присутствие министра иностранных дел России как одного из гарантов во время подписания соглашения в Цюрихе доказало нашу правоту. В результате такого формата подписания соглашения между Турцией и Арменией геополитическая ситуация в регионе изменилась коренным образом.

В нашу задачу не входит описать весь комплекс геополитических процессов, связанных с подписанием вышеназванного соглашения. Можем сказать только то, что дальнейшие события в регионе будут разворачиваться, по всей видимости, между Россией, Турцией и Ираном. США на данном этапе больше волнует проблема Афганистана и поиск более удобных транспортных коридоров для доставки туда военных грузов. В этом смысле ожидаемые геополитические изменения на Южном Кавказе, при удачных договоренностей между Вашингтоном и Москвой, скорее всего, будут выгодными и для США.
Нас, представителей талышского движения, разумеется, в первую очередь интересует судьба Азербайджана, ущербная политика руководства которого логичным образом привела к банкротству всей этой искусственно созданной государственности. Почти все, даже некоторые бакинские, аналитики в один голос признают этот факт и не видят никаких оснований для дальнейшего существования Азербайджана как отдельного государства. В этом смысле примечательны слова С. Тарасова, пишущего: «Так что когда в Баку пытаются винить в прорыве турецко-армянских отношений внешние силы – что нельзя в принципе отрицать – это демонстрация всего лишь умения жить в виртуальном политическом и историческом пространстве, когда примитив во внешней политике оборачивается реальной угрозой потери государственности. Главный смысл этого примитива заключается в том, что после развала СССР все так называемые “упорные усилия” Баку были направлены только на упрочение власти ныне правящей политической элиты, которая наловчилась подменять идеи упрочения государства обычными коммерческими проектами по транспортировке энергоресурсов Каспия на мировой рынок».

Мы в течение долгого времени предупреждали руководство и вес политический истеблишмент Азербайджана о надвигающей опасности, предлагали добиваться крепкого союза всех народов, проживающих на территории страны, и перестать искать «тюркских братьев» за пределами государства. В каком-то смысле нам даже жалко было Азербайджан. В этих целях мы даже были согласны на автономию для своего народа в составе Азербайджана. Но все это время бакинское руководство думало, что награбленные народные миллиарды спасут его от неминуемой гибели. Вот и настал тот час, когда уже никто и ничто не в силах приостановить объективный процесс. Процессы, происходящие в самой стране, поведение представителей алиевского клана, в первую очередь, самого президента доказывает, что они уже поняли это. Согласно информации из близких к клану источников, многие его представители давно уже «сидят на чемоданах», а покровители президента И. Алиева «известной национальности» сопровождают его везде, демонстрируя свою озабоченность, что он в любой момент может окончательно покинуть пределы страны. Ведь не секрет, что в предыдущие годы он делал это неоднократно, и каждый раз его находили где-то в Лондоне, и каждый раз президента приходилось уговаривать вернуться на трон…

На фоне происходящих событий прогнозы и предложения некоторых бакинских аналитиков, все эти годы активно занимавшихся лизоблюдством, поддерживая антинародную и античеловеческую политику властей республики, демонстрируя свою лояльность к руководству с тем, чтобы заработать личные дивиденды, при этом нисколько не думая о судьбах страны, напоминает «лебединую песню». Сама власть сегодня напоминает «одинокий парус», который «белеет» на волнах Каспия в ожидании попутного ветра, чтобы причалить к очередному берегу, что уже вошло у нее в привычку. Но все дело в том, что такого берега в этот раз не будет, потому что впереди небытие!..

Снисходительную улыбку вызывают те, кто по привычке продолжает обвинять нас в том, что, якобы «выполняя поручения иностранных спецслужб», мы стараемся развалить Азербайджан, т.е занимаемся «сепаратизмом». Уже в который раз мы отвечаем, что для того, чтобы развалить или не развалить Азербайджан, он должен быть в наших руках, т.е. под нашей властью. Так как этого нет, нам остается просто констатировать факты из геополитической реальности Южного Кавказа, на карте которого в обозримом будущем вместе нынешних пяти должны появляться еще несколько, в том числе независимое талышское государство. Логика вещей такова, что рано или поздно это должно случиться. Просто незаконная власть незаконнорожденного государства своим слабым интеллектуальным потенциалом, невиданной доселе жаждой награбить как можно больше богатства и неумением управлять страной, игнорируя все законы бытия, ускорила процесс торжества исторической справедливости.

Мы отдаем себе отчет и в том, что это вовсе не простой и не безболезненный процесс, но для нас главное, что он уже пошел. А главным результатом будет то, что Южный Кавказ превратиться в очаг стабильности, так как каждый народ этого неспокойного региона наконец-то получит то, что по праву ему принадлежит.

Сейчас многое на Южном Кавказе зависит именно от позиции и решимости российского руководства. Главное, что нас интересует – сумеет ли алиевский клан и в этот раз обмануть Россию своими лживыми обещаниями с тем, чтобы продлить свое жалкое существование, или нет? Хватит ли у руководства России решительности и мудрости содействовать доведению вполне объективных процессов на Южном Кавказе до логического завершения, или опять будет отдан приказ остановиться на пол пути, как это было сделано год назад в часе езды от Тбилиси? Было бы лучше, чтобы над ответом на этот вопрос размышляли не только руководители страны, но и ведущие аналитики и политики России…

Фахраддин Абосзода.

Читать далее...

Годовщина признания независимости Абхазии и Южной Осетии: что дальше?

Евразийцы-народники обсуждают годовщину признания Абхазии и Южной Осетии

В прямом эфире интернет-телевидения KM TV передача «Круглый стол» и я, ее ведущий, Василий Ваньков. Прошло чуть более года с того момента, как России удалось остановить варварскую агрессию Грузии против мирного населения Южной Осетии. Собственно говоря, очень много изменилось за это время, и самое главное — это признание независимости двух, теперь уже новых, состоявшихся закавказских государств – Южной Осетии и Абхазии. Сейчас тот самый повод, когда можно подвести некоторые предварительные итоги, поразмышлять над тем, что произошло, к каким последствиям привело принятое более года назад решение и подумать о том, каким образом события могут развиваться в дальнейшем. Для того чтобы получить ответы на эти и многие другие вопросы, мы и пригласили в студию двух экспертов, которые компетентны в этой сфере и помогут нам разобраться в происходящем. Итак, у нас в гостях Павел Зарифуллин, координатор международного движения по защите прав народов (Россия – Франция)…

Зарифуллин: Добрый день.

И Амиран Сурманидзе, беженец по политическим мотивам из Грузии, эксперт портала «Права Народов». Здравствуйте, Амиран.

Сурманидзе: Добрый день.

Ваньков: Самый первый общий вопрос, наверное, я адресую его Павлу. Павел, как вы считаете, подтвердила ли история, то прошедшее время, то, что уже мы видим, состоялась правота России, которая приняла решение признать независимость двух этих народов, которые находились, безусловно, под покровительством России в течение длительного исторического периода… И Россия еще раз подтвердила в прошлом году свои обязательства по отношению к ним?

Зарифуллин: Я считаю, что это решение было совершенно оправданным по нескольким причинам. Во-первых, Абхазия и Южная Осетия давно состоялись как государства и еще раньше, когда были различные конференции по примирению в Европе и Америке, там так и писали — «государство де-факто», де-факто Южная Осетия и Абхазия. Сегодня прошел год с момента юридического признания этих двух государств двумя странами, Россией и Никарагуа. Сразу видно, что государства существуют, там функционируют ветви законодательной власти, развивается гражданское общество, развиваются неправительственные организации, идут какие-то экономические реформы, идет восстановление в Цхинвале. Есть, безусловно, свои трудности, потому что независимость — это очень сложное дело, за свободу надо отвечать и платить, от чего-то надо отказываться, потому что когда ты передаешь свой суверенитет кому-то другому, ты приобретаешь и некоторые преференции. Когда ты возвращаешь себе суверенитет, то ты отказываешься от этих некоторых преференций, зато получаешь многое другое – эту свободу духа, на которой настаивали эти народы. Спустя год видно, что эти государства состоялись, они являются субъектами международного права с очень четкой политической волей, с волей народа, с какой-то даже уже формирующейся на глазах особой суверенной культурой этих стран, и можно пожелать только удачи этим двум народам, она совершенно заслужена будет за то, что они пострадали.

Это выстраданные суверенитеты, если можно так выразиться. Амиран, к вам вопрос. За прошедший год мы видим, начался процесс стихийный, когда многие граждане Грузии просят предоставления политического убежища в России. Чем это вызвано, на ваш взгляд?

Сурманидзе: Я сам беженец из Аджарии, после «революции роз» в 2004 году я приехал в Москву, тогда были жесткие гонения за теми людьми, которые там жили и какое-то отношение имели к старой власти. И это все время продолжается и до сих пор, уже 5 лет прошло, как я в России нахожусь, и у меня там родственники остались и друзья. Они мне рассказывают, что все это продолжается, сажают в тюрьмы людей, бизнесменов каких-то…

Проще говоря – уголовное преследование. Насколько я понимаю, тенденция очевидная, режим Саакашвили как бы мстит за какие-то сохранившиеся связи с прежним лидером Аджарии, который сейчас находится в изгнании, с Асланом Абашидзе. Я так понимаю, что вы не исключение, у вас история каким-то образом связана с этим периодом?

Сурманидзе: Да, у меня то же самое было. Я приехал в конце мая, как раз после революции, и там на меня возбудили уголовное дело. И тогда приехали еще около 400 человек, когда это все случилось, это было окружение господина Абашидзе, и до сих пор там некоторые наши друзья сидят в тюрьмах, так что я решил все-таки получить политическое убежище. Я подал документы, и сейчас я занимаюсь этим.

Ожидаете решения российских властей.

Зарифуллин: Интересный факт, что в Грузию переводят тюрьму Гуантанамо.

Сурманидзе: Я сегодня прочитал в газете РБК Daily, собираются, чтобы как-то затянуть американцев, чтобы их какое-то военное присутствие было, я читал статью, что предложили грузинские власти перевести часть каких-то арестантов, заключенных из Гуантанамо.

Саакашвили не гнушается выполнять грязную работу, от которой отказываются все страны мира практически, даже верные сателлиты, такие, как Прибалтика, мы знаем, она сейчас вынуждена отказываться от секретных тюрем ЦРУ, всячески открещиваются от этого позорного факта, так же и Украина. Но Саакашвили, судя по всему, после того как он замарался в прошлогодней авантюре,— ему, наверное, уже никакая грязь не страшна, по большому счету.

Сурманидзе: Наверное, так и получается, ему ничего не остается делать, только идти ва-банк.

Он идет ва-банк и всячески подчеркивает свою верноподданническое рвение перед США в надежде таким образом, наверное, спасти свою жизнь. В нынешней ситуации речь идет об этом уже.

Сурманидзе: Все так и есть, потому что у него там сейчас очень сильная оппозиция, и он всеми методами старается удержаться у власти. Сколько ему, 4 года еще осталось.

Очень сильная оппозиция и слабый рейтинг, даже, наверное, антирейтинг.

Павел Вячеславович, вам вопрос. Перспективы расширения этого круга государств, которые признали независимость Абхазии и Южной Осетии, есть ли какие-то подвижки в этом вопросе? Все мы ожидаем решения Белоруссии, но Александр Григорьевич что-то тянет с этим, и вообще, насколько это важно, на ваш взгляд? Или при участии и содействии такого мощного игрока, как Россия, этот независимый суверенитет может состояться и без дополнительных признаний?

Зарифуллин: Я думаю, что это, безусловно, важно, потому что, например, северный Кипр признала одна Турция, и куда он с этим своим суверенитетом?

Но он существует.

Зарифуллин: Он существует, но никто его не воспринимает, Евросоюз запросто собирается его воссоединить с собой или не собирается и т. д., принимает резолюции без разрешения Турции или того же северного Кипра. Чем больше государств признают Абхазию и Южную Осетию, тем лучше.

Все-таки важно… Тогда какие перспективы?

Зарифуллин: Конечно, важно. Перспективы, на мой взгляд, сейчас малоутешительные. Наше движение по защите прав народов было создано в Париже месяц назад, мы как раз проводили конференцию там по тематике «Южная Осетия год спустя и перспективы признания этой республики». Проводили во Франции, а также в Польше – в Варшаве. И видно по тому, как настраивают общественное мнение, по тому, кто контролирует основные СМИ на Западе… Потому что не секрет, что если бы признала любая из стран Запада, мы же просим Белоруссию, Сомали, все равно США их воспринимают и западное общественное мнение как ось зла, а вслед за ними все их бывшие сателлиты по колониальному миру. И на самом деле, если бы признала хотя бы одна из стран Запада Абхазию и Южную Осетию (вот к чему надо стремиться), тогда этот вопрос был бы решенный фактически. Но как в свое время, когда советскую Россию признала Германия после подписания Рапалльского договора, тогда уже потом пошли признавать остальные все страны, Великобритания, Италия и т. д. То же самое касается и Абхазии, и Южной Осетии. Сейчас общественное мнение Европы, несмотря на то, что оно в принципе неплохо к России относится, в разных странах Европы, и во Франции, и в Германии, и в той же Польше даже. Хотя нам утверждают, что поляки ненавидят русских, сейчас обратная тенденция, она качнулась в другую сторону. Но СМИ держат медиакорпорации основные, американские, ангажированные на политические институты Запада, на Госдеп США, в первую очередь, и на британские политические институты. Они очень жестко курируют наличие журналистов на том или ином мероприятии, освещение статей по этой тематике. Мы столкнулись даже с тем, что, например, нашим представителем на конференции из Абхазии и Южной Осетии просто не дали французские визы во французском посольстве по той простой причине, что у них у одних место рождения стоит Сухум, у других стоит Цхинвал. И это называется права человека в той стране, которую мы всегда воспринимали как флагман вообще суверенитета, прав человека, прав народов, гуманизма, именно Францию. И туда не пускают по причине места рождения. Они даже не хотят слушать какое-то другое мнение. И нам предстоит, и России, и нашим двум братским странам, Абхазии и Южной Осетии, очень большая работа – дипломатическая, правозащитная, – для того чтобы проломить общественное мнение западных стран. А там есть очень большое количество и общественных организаций, и простых людей, которые и к России, и к ситуации на Кавказе относятся по-другому, не как их власть. Но это работа на самом деле огромная.

Что же, я так понимаю, перед той организацией, в которой вы состоите, это одна из тех целей, которые она преследует, и хочется пожелать вам удачи в этой деятельности. Возвращаясь к нашему гостю, наверное, уже из России, получается, но все-таки человек, который прожил всю жизнь в Грузии и знает ситуацию изнутри. Соответственно, у меня такой вопрос. По вашему ощущению, Амиран, насколько Саакашвили готов к тому, чтобы попытаться еще раз взять военный реванш?

Сурманидзе: Я не знаю, но я не удивлюсь, если это произойдет, но это вообще будет катастрофа для Грузии окончательная и для него тоже, потому что никогда у Грузии не хватит столько сил, чтобы победить Россию, например. Это просто будет очередная авантюра, и пострадают, опять-таки, простые люди и граждане Грузии, чего не хотелось бы.

Если Саакашвили находится в здравом уме и твердой памяти, наверное, он мог бы пойти на это только в одном случае, если бы получил какие-то четкие гарантии со стороны Запада, что Запад поддержит его. Но, судя по всему, не приходится на это рассчитывать ему, соответственно, будем полагать, что этот человек все-таки находится в здравом уме. Хотя определенные вопросы на этот счет, безусловно, существуют после прошлогодних событий. Павел, вам еще вопрос, наверное, тот же самый. Мне хотелось бы услышать, в общем-то, политологический анализ ситуации того, что сейчас происходит на Кавказе. Последние достаточно воинственные заявления со стороны Саакашвили и со стороны его кураторов заокеанских по поводу визитов высокопоставленных российских руководителей на территорию Южной Осетии, на ваш взгляд, это все свидетельствует ли о том, что происходит нарастание, эскалация напряженности, что может закончиться очередным каким-то вооруженным конфликтом?

Зарифуллин: Безусловно, потому что вокруг этих двух республик проходят абсолютные геополитические токи, это два центра силы, вокруг которых размениваются огромные геополитические интересы различных стран.

Это разменная монета для Запада, по большому счету, Грузия, Кавказ…

Зарифуллин: Это как два геополитических вулкана на самом деле, это не сказать, что разменная монета. Там рядом проходят важнейшие транспортные коридоры, и в принципе сейчас такой вулкан на Балканах немножко утих, то эти два вулкана, наоборот, продолжают будоражить общественное мнение различных стран мира. Вокруг них проходят – это как солнечное сплетение, там стратегические транспортные коридоры — и север-юг евразийские, и запад- восток, и нефтепроводы и Баку-Джейхан, и газопроводы…

Это удар под дых, по сути дела…

Зарифуллин: Это все проекты Америки, New Silk Road (новый шелковый путь) — знаменитый транспортный проект строительства коммуникаций от Стамбула до Пекина. Не случайно наш президент сегодня в Монголии, он просто в другом краю того же самого транспортного коридора. Вокруг него разыгрываются все основные современные политические интриги, и, безусловно, ничего просто так там не кончится. Ситуация патовая, как с той, так и с другой стороны, и она будет решена каким-то жестким путем сейчас или через годы, и ситуация будет только нагнетаться.

Вопрос Амирану.

Хотелось бы узнать мнение человека, который ощущает эту ситуацию, которая складывается сейчас в Грузии, изнутри, видит ее. На ваш взгляд, насколько возможна реализация сценария дезинтеграции Грузии в случае каких-то очередных авантюр (если режим Саакашвили пойдет на эти авантюры) по этническому, даже субэтническому принципу? В вашей родной Аджарии как простой народ относится к факту такого насильственного, по сути дела, включения в состав Грузии, в восторге ли люди? Сейчас, как мы знаем, экономический кризис – наверняка он не обошел стороной и Аджарию. В общем, как все это складывается, в какую картину?

Сурманидзе: Вы знаете, вначале население восприняло так, что все-таки тяжелые были условия тогда, при Шеварднадзе, десятилетие не было света, безработица, 80% людей без работы были, и они думали, что придет новая власть, и все изменится в лучшую сторону.

Какие-то иллюзии были?

Сурманидзе: Иллюзии были, конечно, не случилось бы это все так, понимаете. Но сейчас там уже все меняется, новая власть уже со своей командой, и можно сказать, они там безобразничают. Постоянно какие-то гонения бизнесменов.

Наверное, это передел частной собственности от людей Абашидзе, скажем так, перераспределение насильственное.

Сурманидзе: Да, и не только Абашидзе, по всей Грузии это происходит, плюс у Саакашвили очень молодая команда, я не знаю, средний возраст министров по 30 лет, понимаете.

Все молодые и агрессивные.

Сурманидзе: И не только внешне, и внутри там происходят такие вещи.

Павел, вопрос, собственно, каково будущее Саакашвили, на ваш взгляд? Сейчас продолжаются эти вялотекущие акции протеста, судя по всему, какой-то окончательной отмашки со стороны Запада не поступает, и ситуация развивается в вялотекущем режиме. Чем она завершится?

Зарифуллин: Последний визит Байдена в Грузию показал, что барин приехал, барин все и рассудил для грузинского истеблишмента. Не секрет, что и оппозиция, и власть грузинские все курируются из одного и того же здания, мы это обсуждали, просто в разные подъезды этого здания все и заходят,— Госдепа США. На самом деле, когда Байден приехал, он как бы утвердил Саакашвили на его троне, на его Тбилисском столе, и он там будет находиться, пока будет устраивать США. США он просто необходим в этой ситуации критически, они видят усиление России, видят, что фактически сейчас Армения, например, все больше дрейфует в сторону России, ее даже называют в Закавказье и в американских секретных и полусекретных различных рапортах регионом РФ, дополнительной базой РФ в Закавказье. И сейчас усиливается политическое присутствие Америки в Грузии и, соответственно, Британии в Азербайджане, они разделили свои роли, два англо-саксонских государства. Британцы курируют клан Ильхама Алиева, американцы курируют напрямую Саакашвили. Все с одной целью — строительство этого транспортного коридора вокруг России и контроль над Кавказом и Каспием как стратегическими центрами Евразии. Именно поэтому Саакашвили будет у власти, будет провоцировать Россию, он как бы для этой роли и создан, его воспитали, обучили, женили, посадили на этот стол и продолжают финансировать и поддерживать. И будут это делать, потому что, согласно американским стратегическим планам, необходимо доказать России, что Украина и Грузия не являются ее сферой влияния. Они об этом так и пишут. Медведев заявил, что все СНГ — это зона российского влияния, а они говорят, что это не так, Грузия и Украина — это уже не ваше, и вы должны привыкнуть к этой мысли. Саакашвили для того и поставлен, чтобы приучать постепенно Россию к этой точке зрения.

Они рассчитывают на то, что российское руководство внезапно заболеет географическим кретинизмом, и считают, что Украина и Грузия находятся слишком далеко от наших границ, чтобы не быть нашей сферой влияния. Так получается?

Зарифуллин: Они рассчитывают, что не мытьем, так катаньем они навяжут эту точку зрения. Это просто как в борьбе, как в боксе, как в спорте – кто кого перебьет, боксинг, кто кого сильнее ударит, кто кого выдавит, тот и прав на самом деле. Это кулачное право, которое является принципиальным, базовой доминантой западной цивилизации. И прежде всего США с момента ее возникновения. И поэтому они считают, что они навяжут постепенно России такую точку зрения, и плохой парень Саакашвили — он на своем месте находится.

Грузинский bad guy.

Зарифуллин: Да-да. Другой бы, кто на его месте, начал бы разводить – и с Россией, с Евросоюзом. А Вашингтону такой такой человек там не нужен, им нужен жесткий боец, бескомпромиссный, который будет до последнего патрона отстреливаться от наступающей русской армии.

Тот же самый вопрос по поводу возможности географически территориальной дезинтеграции Грузии – есть ли предпосылки для этого? Как развиваются события?

Зарифуллин: Этот вопрос более сложный. Мы как-то выступали на одном из «Круглых столов» здесь с нашим коллегой из Грузии Наной Джапаридзе, лидером общества Ираклия II… Кстати, после эфира на вашем канале ее назвали агентом ФСБ, например.

Судя по всему, это кто-то из пользователей на форумах?

Зарифуллин: Нет, в Грузии ее официально объявили агентом ФСБ. Видимо, офицер Ваньков ей выдавал эти погоны какие-то, я не знаю. Мы тогда обсуждали вопрос, что необходимо договариваться с грузинским народом напрямую и не ставить вопрос расчленения Грузии, что надо и им дать какое-то отступное.

Мы не ставим так вопрос. Вопрос в том, как ситуация складывается объективно?

Зарифуллин: Объективно ситуация, безусловно, постепенно будет складываться в эту сторону.

Центробежные настроения возрастают в этнических анклавах. Мы знаем, что на юге Грузии армянское большинство проживает.

Зарифуллин: Мы на портале www.peoples-rights.info регулярно обсуждаем эти вопросы. Были очень интересные тексты по Мегрелии, по развитию мегрельского сепаратизма, по Джавахетии. Другое дело, что Россия, может быть, не так жестко позиционирует этот вопрос, не секрет, что в Абхазии, например, треть населения — это мегрелы, могли бы создать им автономию, которая бы стала привлекательной просто для всех мегрелов другого берега Ингури. Может быть, Россия и не спешит с этим вопросом, итак нас уже обвиняют в каких-то страшных, агрессивных намерениях. Это вопрос открытый по поводу сепаратизма. Что касается Аджарии, я думаю, что здесь вопрос совершенно конкретный, аджарцы в корне отличаются даже от грузин, они другого вероисповедания, они в основном мусульмане.

Это уже не просто этнический, это этно-конфессиональный принцип.

Зарифуллин: Там есть устойчивая традиция суверенного развития. Княжество Абашидзе существует несколько последних сотен лет, и даже при советской власти наши умные советские руководители не пришли к иному выводу, как поставить представителя Абашидзе главой партийной организации.

Традиционные элиты должны возглавлять общество.

Зарифуллин: И я думаю, что Аджария просто следующая. Мегрелия и Джавахетия – безусловно, стоит вопрос о сепаратизме этих территорий, но Аджария — это совершенно готовая для сепаратизма территория, и компетентные органы различных стран оценивают эту ситуацию. Во всяком случае, я знаю, что в последний раз, когда американский посол Тейлор только приехал в Тбилиси, первый визит у него был в Мегрелию, второй — в Аджарию. То есть их американцы воспринимают как очень серьезные сепаратистские вызовы на территории Грузии.

Аджария очень нужна, там же выходы, порт такой, как Батуми. Возможности организации транспортных потоков, наверное, как раз с этой точки зрения Аджария…

Зарифуллин: Я думаю, наш коллега про Аджарию как раз…

Но я другой вопрос хотел бы задать вашему коллеге.

Амиран, как вы считаете, вы уже говорили об общественном мнении в Аджарии, а если взять шире – в Грузии произошел ли какой-то перелом после августовской войны в умонастроениях людей? Есть ли такие признаки, что наконец-то грузины осознают пагубность этой однобокой, одновекторной ориентации на Запад, которая завела Грузию в тупик, что называется, бессмысленный?

Сурманидзе: Вы знаете, там просто очень мощная пропаганда, конечно, властей, и, честно говоря, все грузины переживают, что Грузия потеряла эти территории. Насчет этого, все против абсолютно, что такое случилось, и все, естественно, обвиняют Россию. Я про народ говорю.

Не Саакашвили обвиняют, а Россию…

Сурманидзе: Саакашвили обвиняют в том, что он погорячился, и надо было по-другому, войной никогда не решишь такие вопросы. Все думали, что Россия не вмешается в это дело, естественно, но вот так произошло.

Те грузинские военнослужащие, которые попросили о предоставлении политического убежища в России, как один заявляют, что для них неприятным откровением стало, что Запад открыто не вмешался на стороне Грузии. В отличие от России, которая честно выполнила свои союзнические обязательства, свой долг по отношению к югоосетинскому народу, если говорить про события в августе прошлого года. Есть ли подобные наблюдения с вашей стороны? Россия продемонстрировала союзническую верность, обязательства, в то время как Запад, выражаясь жаргоном, развел и кинул, что называется.

Сурманидзе: Я надеюсь, что Саакашвили потому и начал это все, потому что он думал, что Запад все-таки поддержит его, но они, я не знаю, по какой причине, не поддержали его.

Не захотели, судя по всему, из-за Грузии вступать в открытое…

Зарифуллин: Начинать ядерную войну.

Да, начинать ядерную войну, если простым языком выражаться. И последний вопрос, потому что время уже, к сожалению, завершается. Павел, как вы считаете (развитие событий на ближайшие несколько лет) удастся ли удержать это завоевание, которое было достигнуто в августе прошлого года, развивать независимость этих государств? Какие есть подводные камни на этом пути, на ваш взгляд?

Зарифуллин: Во всяком случае, с появлением двух независимых государств, Абхазии и Южной Осетии, на наших южных границах, России как серьезному геополитическому образованию на пространстве Евразии стало немножко легче. У нас большое количество так называемых союзников, друзей, в том числе в странах СНГ, но почему-то все эти союзники, когда стоит жестко вопрос о важных для России вещах в ООН, в ОБСЕ, на международной арене, – почему-то их нет рядом с нами. В свое время наш император, Александр Миротворец, с горечью говорил, что у России только два союзника — это армия и флот. Сейчас можно сказать, что у нас еще два союзника появилось, Абхазия и Южная Осетия, которые безоговорочно искренне готовы за Россией идти и через огонь, и через воду, и через медные трубы и т. д. Такие союзники на вес золота на самом деле. Утверждают, мы опять кого-то оплачиваем, кого-то тащим за собой, но искренность и реальную братскую, добрососедскую дружбу — ее ничем не купишь. И именно поэтому мы должны подумать о том, что это важно и необходимо, и мы должны все сделать для признания двух наших братских республик. Это первое. Во-вторых, чтобы удержать эти геополитические наши приобретения на наших южных границах, я думаю, надо двигаться дальше. Надо понимать, что через Грузию, Азербайджан и Закавказье проходят действительно важнейшие транспортные коридоры, вокруг нас пытаются обвить «кольцо анаконды» в терминологии английского геополитика Макиндера, что надо создать кольцо лимитрофных государств вокруг России как центра Евразии и навсегда его запечатать от выхода к теплым морям. И наша задача прорвать это кольцо и чтобы народы Грузии, братские для нас народы, и грузины, и мегрелы, и аджарцы жили с нами в добрососедстве, и там была та власть, которая бы устраивала эти народы и своих соседей. Почему говорят, что это только внутреннее дело грузин, мегрельцев, аджарцев? Это не совсем так, это и внутреннее дело их соседей по большой коммунальной квартире под названием Евразия.

Когда соседи начинают внезапно хулиганить, выстреливать из гранатометов и минометов, то это действительно уже наша проблема, а не только внутреннее дело Грузии, находится там у власти адекватный политик или нет.

Зарифуллин: Если у них в семьях еще непорядок, то, может быть, соседям помочь сделать гармоничной жизнь семьи за стеной.

И не мешать жить другим. Я благодарю всех за внимание, напоминаю, что у нас в прямом эфире были Павел Зарифуллин, координатор международного движения по защите прав народов (Россия – Франция), и Амиран Сурманидзе, беженец по политическим мотивам из Грузии, эксперт портала «Права Народов». Я благодарю всех за внимание, до новых встреч в прямом эфире. До свидания..

Читать далее...

Тяжелая этноэкономическая ситуация в Кот-д’Ивуаре

31 октября и 28 ноября 2010 г. в Кот-д’Ивуаре состоялись первые президентские выборы с 2000 г. Ранее они откладывались из-за гражданской войны, охватившей страну с 2002 по 2007 гг. Во второй тур прошли действующий президент Лоран Гбагбо, пользующийся поддержкой на юге страны, и лидер оппозиции — бывший премьер-министр Алассан Уаттара, пользующийся поддержкой населения северной части страны.

2 декабря 2010 г. Независимая избирательная комиссия (НИК) объявила предварительные результаты, согласно которым Алассан Уаттара победил во втором туре, набрав 54% голосов избирателей. Однако президент конституционного совета немедленно объявил данные результаты недействительными, а на следующий день конституционный совет объявил победителем Лорана Гбагбо. После объявления результатов выборов в стране начались беспорядки, были закрыты границы, прекращено вещание иностранных спутниковых телеканалов. И Гбагбо, и Уаттара объявили себя победителями и принесли президентскую присягу. Последующие события привели к политическому кризису в стране. Международное сообщество, включая Организацию Объединённых Наций, Африканский союз, Экономическое сообщество стран Западной Африки (ЭКОВАС), Европейский союз, США и Францию, выразило свою поддержку Уаттаре и призвало Гбагбо оставить должность. 18 декабря Гбабго приказал миротворческим войскам ООН покинуть страну.

Однако ООН отказалась выполнять это требование, а Совет безопасности ООН продлил мандат миссии в Кот-д’Ивуаре до 30 июня 2011 г. Всемирный банк прекратил кредитование страны. На Лорана Гбагбо и его сторонников наложены ограничения по передвижению в рамках международных санкций.

После второго тура президентских выборов негативное отношение Лорана Гбагбо к миротворческим силам ООН усилилось. В связи с этим полагаем, что выполнение задач может встречать противодействие со стороны вооруженных группировок, близких к лоялистским силам (Президенту Гбагбо). Их потенциальными целями могут стать объекты сопровождения миротворческих сил. Заявления Гбагбо свидетельствуют о том, что миротворческий контингент фактически приравнивается им к повстанцам, что повышает вероятность нападений на миротворцев. Потенциальные риски возрастают с учетом высокой доли вероятности появления в стране в период 2007-2010 гг. носимых ЗРК «Оса» или «Стрела» предназначенных для уничтожения воздушных целей на малых и средних высотах.

Однако достоверные данные о таких поставках отсутствуют. Лоялистские силы Лорана Гбагбо используют оплачиваемые молодежные группы численностью от ста до тысячи человек для нападений на колонны Миссии ООН. Это позволяет им пользоваться запретом на применение оружия миротворцами против гражданских лиц. Исходя из опыта операций с применением вертолетов в Сомали в 1993 г. в условиях населенных пунктов и скопления гражданских лиц риски для украинской вертолетной группы возрастают.

Межплеменной конфликт и борьба за контроль рынка какао-бобов

Политический кризис в Кот-д’Ивуаре является следствием межплеменной розни между племенами бэтэ (Béte), представляющими этническое меньшинство в стране и группой дьоюла (Dioula), входящей в народность Манде (Mandе), которая представляет второй по размеру этнический кластер в стране. Большинство представителей бэтэ исповедуют христианство, в то время как дьоюла — ислам. Тем не менее, религиозные различия не являются базисом конфликта. В его основе лежит племенной фактор, усиленный материальной дифференциацией. В колониальный и пост-колониальный период племена дьоюла были дистанцированы от власти. В начале 1980-х годов власти начали прибегать к политическим репрессиям северян. Эти процессы совпали с ростом спроса на какао-бобы на мировом рынке. Южная часть страны, контролируемая племенами бэтэ и бауле, являются мировыми центрами выращивания какао-бобов.

Кот-д’Ивуар по сбору какао-бобов занимает первое место в мире. По прогнозам, урожай в Кот-д’Ивуаре в 2010-2011 году составит около 1,4 млн. тонн, что на 15% больше прошлогоднего показателя (1,19 млн. тонн). По данным ООН, объем производство какао-бобов страны оценивается в 3,8 млрд. долл. Доходы от продажи какао-бобов составляют около 25% от ВВП страны. Ивуарийский экспорт этого сырья занимает 40% мирового рынка. Социально-экономический и политический кризис в стране сформировался к 80-м годам ХХ века. В 1979 году Абиджан стал мировым лидером по производству какао-бобов. В 1980-е годы цены на кофе и какао на мировых рынках упали. В 1982-1983 в стране была засуха и начался экономический спад, который обострил этнические конфликты. Кризис сильнее всего затронул северные районы, ухудшив их материальное положение. Это привело к восстанию северных племен, лишенных рычагов управления страной и доступа к финансовым потокам от экспорта какао-бобов.

После захвата власти в 1995 г. Президент Роберт Гюэй провел закон, подтвердив его легитимность на референдуме 2000 г., о том, что в политических процессах страны не могут участвовать иворийцы, чьи родители не были рождены на территории Кот-д’Ивуара. Данное решение было направлено на дальнейшую политическую изоляцию лидера северян в лице кандидата на пост президента Алассана Уаттара, чьи родители, по заявлениям оппонентов, не были ивуарицами.Однако в 2000 г. в ходе переворота Гюэй был вынужден бежать в Бенин. К власти пришел лидер Ивуарийского народного фронта Лоран Гбагбо — представитель южных племен. 19 сентября 2002г. вследствие восстания солдат, уволенных из армии по подозрению в нелояльности властям, в стране началась гражданская война. Дьоюла перешли на сторону повстанцев севера, в начале партии MPCI (Патриотическое движение Кот-д’Ивуара), а затем ForcesNouvelles (Новой Силы). Повстанцы объединили несколько племен, включая малинке, сенуфо, лоби. К 2007 году повстанцы взяли под контроль около 60% территории страны, и сохранили его вплоть до сегодняшнего дня.

Силы повстанцев получают иностранную поддержку, поскольку представители дьоюла и других северных племен проживают в соседних странах, в частности, в Буркина-Фасо, Мали, Гане и Гвинее Бисау. Правительство Гбагбо установило высокие экспортные пошлины на какао. В то время как ганские фермеры получают 72% от цены продажи своей продукции, фермеры из Кот-д’Ивуара из-за высоких экспортных пошлин и налогов получают 35% от цены продажи. Таким образом, режим Гбагбо рассматривает рынок какао-бобов как один из ключевых источников поступлений в бюджет и финансирования потребностей племенных элит юга. Поступления в казну Кот-д’Ивуара от экспорта какао позволяют Лорану Гбагбо, поддерживать лояльность силовых структур.

Контроль плантаций представителями племенных элит юга, близких к режиму Гбагбо, стал сдерживающим фактором роста недовольства экономической политикой правительства. Полагаем, что последние события в республике свидетельствуют о высоких рисках обострения ситуации. Маловероятно, что Лоран Гбагбо пойдет на уступки. Его режим будет пытаться удерживать власть всеми силами, для чего пока что имеются необходимые ресурсы. Изменить ситуацию может активизация столкновений между участниками конфликта и более активное участие в нем иностранных наемников. Это позволит иностранным сторонам более активно вмешаться в конфликт. Такой сценарий станет возможным в случае провокаций актов насилия в стране. Зарубежное вмешательство в конфликт сегодня усиливается, особенно со стороны соседних государств, в которых доминируют племена, представленные в Кот-д’Ивуаре. Таким образом, по нашим оценкам, дальнейшее развитие ситуации в стране будет в наибольшей степени зависеть от внешнего вмешательства заинтересованных сторон.

Анатолий Баронин, Андрей Колпаков, по материалам Da Vinci AG..

Читать далее...

Венгерское меньшинство в Румынии: состояние дел.

26-27 февраля в городе Орадя (венг. Надьварад) румынской Трансильвании прошел Х съезд партии венгерского этнического меньшинства Демократического союза венгров Румынии (RMDSZ). Это событие значимо, как для политической жизни Румынии, так и для национального движения венгров Трансильвании, которое находится сейчас на подъеме. Съезд избрал нового председателя RMDSZ. Им стал, как и ожидалось всеми, заместитель прежнего председателя Хунор Келемен. Х.Келемен является креатурой бессменного с момента основания партии в 1993 г. ее председателя Белы Марко. Последний, таким образом, успешно исполнял обязанности главы RMDSZ 18 лет. Б.Марко имеет огромный опыт и авторитет в своей партии. Контроль над партийным аппаратом и над средствами массовой информации, подпитываемых субсидиями румынского правительства, обеспечивал прежнему руководству (Марко-Келемен) сохранение позиций в партии и преемственности в ее политике. В настоящее время новый избранный председатель RMDSZ К.Хунор одновременно входит в высший политический круг Румынии, занимая пост министра культуры в тамошнем правительстве.

Хунор Келемен получил на съезде 371 голос проголосовавших за него делегатов из 536 возможных голосов. Его ближайший конкурент Петер Экштейн-Ковач получил 118 голосов. Гергей Олос, представляющий в RMDSZ интересы правящей в Венгрии партии Фидес, получил только 47 голосов.

Съезд занимался и организационными вопросами. Но его решения не имеют большого принципиального значения. Прерогативы председателя партии не ограничены. В структуре управления RMDSZ введен пост помощника председателя — главного секретаря, который занимается исключительно организационными вопросами. А заместитель председателя целиком переключился теперь на вопросы политики.

RMDSZ составляет умеренное крыло в национальном движении венгров Трансильвании. «Умеренность» эта выражается в готовности к политическому сотрудничеству руководства партии с румынскими властями. В условиях развития автономистского и сепаратистского движения венгров в Трансильвании значимы любые подвижки политической позиции этой партии. Еще перед съездом главный политический противник RMDSZ в Трансильвании Ласло Токеш скептически отозвался о возможности политического «обновления» ведущей венгерской политической партии в Румынии. Под «обновлением» этот радикальный венгерский политик понимает отказ от сотрудничества с румынскими властями в Бухаресте. По мнению Л.Токеша, избранный новый председатель партии Хунор Келемен вряд ли способен осуществить что-либо новое и самостоятельное, поскольку является ставленником прежнего председателя партии Белы Марко. Последний, фактически, сохраняет огромное влияние в своей партии.

Поэтому Л.Токеш демонстративно отказался присутствовать на съезде RMDSZ в качестве гостя. Сам Л.Токеш создает новую партию в румынской Трансильвании. Эта партия представляется им не как противник или соперник RMDSZ, а как выразитель «общих интересов» венгерского этнического меньшинства в Румынии. Сама RMDSZ также позиционирует себя выразителем «общих интересов», а не какого-то отдельного сегмента венгерской общины Трансильвании. Так в чем же выражается «общий интерес» венгров Трансильвании? Очевидно, в отношении к самой румынской государственности и румынскому суверенитету в Трансильвании. Критики RMDSZ, венгерские радикалы, представляют эту партию аппаратом, обслуживающим горстку венгерских политиков, оторвавшихся от своего народа и замкнувших свои личные интересы на правительственные сферы Бухареста. Обвинение в «национальном предательстве» подразумевается за риторикой нападок венгерских радикалов на RMDSZ.

Боровшийся за пост председателя RMDSZ Гергей Олос выступал под лозунгом обновления партии во имя «национального единства». Надо понимать: единства с радикалами? Прежнее партийное руководство он критиковал за практику принятия решений в «узком кругу».

Гергей Олос в борьбе за руководство в RMDSZ попытался без особого успеха опереться на областные организации партии в Земле секуев. Местные партийные руководители, работающие на уровне областных и городских муниципалитетов, хотели бы потеснить у кормила старое партийное руководство. Их претензия на особое место в партии основывается на факте того, что 55-60% голосов в свою пользу на выборах RMDSZ собирает в Земле секуев.

Венгерское правительство на Х съезде RMDSZ представлял вице-премьер Жолт Шемьен. От имени венгерского правительства он приветствовал участников съезда. Из венгерских парламентских партий приглашение на съезд получили правительственная Фидес и оппозиционные LMP (зеленые) и социалисты (MSZP). Радикальная венгерская националистическая партия Йоббик демонстративно не была приглашена на съезд RMDSZ. Выступление представителя Фидес на съезде Илдико Галл Палцне вызвало небольшой скандал. Она сразу же заявила, что Фидес не признает политику, проводимую руководством RMDSZ, и что последняя может тогда рассчитывать на поддержку Будапешта, если целиком изменит свою линию. В целом, выступление было неприкрытой демонстрацией силы, основанной на факторе пресловутых двух третей голосов венгерских избирателей. По-видимому, выступление представителя Фидес несколько уменьшило число голосов, поданных за Гергея Оласа, получавшего поддержку из венгерских правительственных кругов. Но принципиального значения для Будапешта это не имело, поскольку итоги голосования по кандидатуре председателя были известны заранее. В итоге оказалась важна позиция, высказанная, кстати, из осторожности не официальным посланцем венгерского правительства Ж.Шемьеном, а представителем правящей в Венгрии партии. Официальный Будапешт так обозначает угрозу умеренным из RMDSZ, но одновременно внешне не портит отношений с румынским правительством.

Не прошло и недели после X съезда RMDSZ в Надьвараде, как новый руководитель этой венгерской партии национального меньшинства Келемен Хунор 2 марта подписал новое соглашение о коалиции с Демократической либеральной партией Румынии (PD-L).

В общеполитической части программа коалиции состоит сейчас из обещания избирателям увеличить размеры пенсий, для пополнения бюджета установить по примеру соседней Венгрии специальный налог на банки и принять новый избирательный закон. Какие-то возможности для поднятия рейтинга правительства дает задуманное привлечение в него «технократов» вместо «политиков». С точки зрения венгерской RMDSZ, в программе важны обещания новой региональной политики в Румынии и принятия закона о национальных меньшинствах.

Проект закона о реорганизации румынских регионов был готов в комиссиях еще осенью 2010 года. Его можно хоть сейчас выносить на рассмотрение румынских парламентариев. «Умеренные» из RMDSZ готовы для начала довольствоваться региональной перестройкой вместо венгерской территориальной автономии. Что касается проекта закона о национальных меньшинствах, то он уже пять лет (с 2005 г.) не сдвигался с мертвой точки в румынском парламенте. Сейчас оказалось, что коалиция собирается перед пленарным голосованием пропустить его всего лишь через одну парламентскую комиссию, а не через три, как планировалось ранее. Конкретно в этой комиссии (по правам человека) соотношение депутатов на стороне правительственной коалиции и PD-L — 8 против 5. Поэтому, по-видимому, закон о национальных меньшинствах может быть внесен на рассмотрение румынских парламентариев еще до окончания текущей сессии. Закон о национальных меньшинствах, в случае его принятия, фактически установит в Румынии нормы культурной автономии. Согласно его требованиям, о чем можно судить по проекту, будут созданы специальные советы национальных меньшинств. Очевидно, что здесь «умеренные» из RMDSZ готовы для начала довольствоваться культурной автономией вместо автономии территориальной в Трансильвании. Это, в целом, выглядит действенным и разумным вместо того, чтобы раскачивать национальный вопрос с непредсказуемыми последствиями, как это делает Л.Токеш и его группа. На этом направлении правительственная коалиция и сама RMDSZ, в частности, попытается сдержать до выборов 2012 г. венгерских радикалов из Трансильвании, представляемых Л.Токешом и его организациями.

Сейчас в системе парламентской власти в Румынии сложилась оригинальная комбинация, известная уже на примере других стран. Это когда небольшая партия, представляющая интересы нескольких процентов избирателей, начинает определять политическую жизнь страны через систему коалиций с крупными партнерами. Известен пример из недавнего прошлого Германии с ХДП/ХДС, СДПГ и СвДП. Совсем из недавнего прошлого Венгрии — с почти уже состоявшейся в этой стране двухпартийной системой из Фидес и Социалистической партии при решающем голосе либеральной крошечной партии Союза свободных демократов.

Похожая ситуация сейчас и в Румынии. С той только оригинальной особенностью, что судьбу правительственной коалиции в стране определяет моноэтническая и региональная националистическая партия венгерского национального меньшинства — RMDSZ. Теперь в Румынии выход венгерской партии из правительственной коалиции означает автоматический правительственный кризис с потерей власти румынскими либералами и с созданием неустойчивой ситуации в стране. В итоге получилось, что PD-L, как выразился один румынский журналист, стала плясать под дуду венгерской RMDSZ.

Выбор союзника и старшего партнера в лагере румынской политики не определяется для RMDSZ каким-либо общим универсальным принципом. При благоприятной ситуации партия венгерского меньшинства не откажется и от политического коалиционного соглашения с лагерем нынешней румынской оппозиции. Политические обозреватели обратили внимание на факт того, что организация RMDSZ области Бихар за два дня до Х съезда заключила соглашение о сотрудничестве до 2016 г. на уровне муниципалитетов с состоящими ныне в оппозиции и входящими в Социально-либеральный альянс (USL) румынскими Социал-демократической партией (PSD), Национально-либеральной партией (PNL) и Консервативной партией (PC). И, хотя венгры заявляют, что речь идет всего лишь о сотрудничестве на муниципальном уровне, всем мало-мальски сведущим в политике в Румынии ясно, что действия бихарской партийной организации RMDSZ являются зондажем румынских оппозиционных политиков на предмет возможных перспектив после выборов 2012 г. Как высказался в одном недавнем интервью Х.Келемен, перефразировав известный афоризм: «У румынского венгерства нет постоянных союзников, только — постоянные интересы. На этом принципе надо основывать политические действия».

Посмотрим на ситуацию со всех сторон. Правительство Венгрии имеет хорошие отношения с управляемой либералами Румынией, поскольку ее правительство не препятствует расшатывать старое румынское национал-коммунистическое наследие в Трансильвании. Причем делается это венграми с размахом и в беспрецедентных для прошлого формах. Это касается, прежде всего, массового предоставления Венгрией своего гражданства трансильванским венграм и создания структур, подотчетных венгерскому правительству на территории края — «демократических пунктов». В итоге градус активности венгерского национального меньшинства в политической и культурной жизни Трансильвании заметно повышается. Вместе с тем, правящая партия в Венгрии Фидес, имея хорошие отношения с румынскими либералами, одновременно имеет очень плохие отношения с венгерской частью румынской правительственной коалиции — с RMDSZ. При своем основании в начале 90-х гг. RMDSZ хорошо вписывался в партнерские отношения с Венгерским демократическим форумом (MDF). И с той и другой стороны были творческие люди, интеллектуалы. Но в настоящее время MDF выпал из обоймы ведущих политических партий Венгрии. Культурный уровень верхушки RMDSZ не соответствует фидесистским реалиям. И потом поднявшаяся Фидес адресно поддерживает венгерских радикалов в Трансильвании. Румынская PD-L для того, чтобы сохраниться у власти в Румынии, вынуждена идти на уступки своему младшему партнеру — венгерской RMDSZ. Пусть уступки эти и небольшие, но они все равно идут на пользу общего венгерского дела в Трансильвании. Более того, для PD-L сохранение в качестве значимого политического игрока своего союзника RMDSZ стало гарантией от дальнейшей радикализации ситуации в крае. При этих обстоятельствах крайней оказывается венгерская RMDSZ. Ей надо как-то в условиях стимулированного кризисом недовольства ее электората и перехвата голосов местными венгерскими радикалами попасть на следующих выборах в румынский парламент. На прошлых выборах RMDSZ получила практически все голоса этнических венгров в Румынии — 6,5%. Планка попадания партии в румынский парламент — 5%. Сейчас у RMDZ по опросам общественного мнения всего 3.5%. В этих условиях правящая коалиция в Румынии заявила о желании модифицировать румынский избирательный закон. Сейчас неясно — пойдут ли румынские либералы на то, чтобы понизить избирательную планку до выгодного для их союзника RMDSZ 3% уровня. Ведь в этом случае в румынский парламент попадут и представители крайне радикальных румынских националистических организаций. Однако очевидно, что существенная часть румынского политического спектра осознает, что присутствие умеренных венгерских политиков из RMDSZ в румынском парламенте и правительстве важнее этой опасности.

Сейчас оно является хорошим средством, препятствующим дальнейшему обострению ситуации в Трансильвании. Политики Фидес, в свою очередь, понимают это и демонстративно оказывают давление на RMDSZ. Теперешнее состояние дел в политике организаций венгерского национального меньшинства в целом устраивает Будапешт. Именно он определяет сейчас судьбу RMDSZ через игру Л.Токеша с созданием новой партии. Новая партия, если дело пойдет, как оно идет сейчас, неминуемо расколет трансильванских венгров на парламентских выборах так, что их политические организации при нынешнем избирательном законе не смогут попасть в румынский парламент. И это обязательно приведет к радикализации политической ситуации в Трансильвании. Поэтому Фидес сохраняет бóльшее поле для маневра в трансильванской игре. Инициатива сейчас принадлежит Будапешту. И, наоборот, из-за социальных проблем, вызванных кризисом, политические возможности румынского правительства сужены. Однако в запасе у Бухареста остается нерастраченный административный ресурс государственного насилия.

Регнум

Читать далее...