Экономический героизм и политика «нулевых проблем» сделали Турцию ведущей региональной державой

Итак, на парламентских выборах 2011 правящая ныне в Турции Партия справедливости и развития (ПСР) вновь одержала победу. ПСР набрала 50% голосов избирателей, что позволяет занять в новом парламенте 326 мест и вновь сформировать третье, начиная с 2002 года однопартийное правительство. Кроме того, это дает в руки лидеру партии и нынешнему премьер-министру страны Реджепу Эрдогану новые возможности для намеченной им конституционной реформы, призванной обеспечить эволюцию страны от парламентской республики к президентской.

Те, кто знаком с новейшей историей и текущими общественно-политическими реалиями Турции понимают, что эта победа не достигнута с помощью каких-либо хитроумных “избирательных технологий”, но является отражением реальных успехов, которых за последнее время достигла Турция, прежде всего в экономической сфере, в том поступательном развитии страны, которое обеспечила политика ПСР.

В 2002 году ПСР получила в наследство страну, находящуюся в состоянии застоя, как политического, так и экономического. Застой усугубляла борьба за власть между штатским и военным сегментами турецкой элиты, и одновременно страшная удаленность этой самой элиты от широких слоев общества, его нужд и чаяний.

Для начала предоставим слово компетентному эксперту, профессору экономики университета Мармара в Стамбуле Ибрагиму Озтюрку: « Понимание того, как Турции удалось перейти от кумовства к экономической динамике, является жизненно важным. Во-первых, правительство Эрдогана признало, что изменения могут привести к большей стабильности, чем инерция, которая неизменно разрушается хаотически, по мере того как происходит экономический спад и разворачивается политическая борьба. Во-вторых, Турция показывает, что внешний якорь, такой как членство в Европейском Союзе или давление со стороны Международного валютного фонда, может быть решающим в инициировании изменений и, следовательно, в повышении благосостояния. Но лучший способ понять, что правительство Эрдогана сделало правильно, заключается в изучении того, что пошло не так в «потерянном десятилетии» 1990-х годов. Это десятилетие характеризовалось низким и неустойчивым ростом, низким ВВП на душу населения около 3400 долларов США, чрезвычайно низкой производительностью, неустойчивым фискальным и финансовым положением в государственном и частном секторах, среднегодовой инфляцией в 70% в течение более двадцати лет, неконкурентоспособностью, которая отражалась в 10% безработице и широко распространенной коррупции.”

Когда в 2003 году было сформировано первое однопартийное правительство ПСР, оно  поддержало, причем с энтузиазмом программу стабилизации страны, основанную на рекомендациях МВФ, которые, правда, в отличие от России начала 90-х применялись с учетом их соответствия турецким реалиям.. Принятие Турцией «дорожной карты» для полного членства в ЕС также дало сильный импульс для реализации болезненных реформ. Исключительно благоприятные экономические условия во всем мире в то время, несомненно, помогли значительно, но реальная заслуга принадлежит правительству, которое прислушалось к своим инстинктам либерализации.

Эта приверженность себя оправдала. С 2002-2007 годов Турция пережила самый длительный период непрерывного экономического роста, который в среднем составил 6-7% в годовом исчислении, в то время как годовая инфляция упала (в настоящее время она составляет 3,9%). Кроме того, экономика оказалась устойчивой во время глобального финансового кризиса, показав быстрое восстановление роста.

В действительности, в 2010 году ежегодный реальный ВВП вырос на 9%. И, несмотря на быстро растущее население Турции, ВВП на душу населения увеличился в три раза с 2002 года, достигнув в 2010 году 10500 долларов США. В результате, Турция, согласно прогнозам, должна сменить свой статус «среднего уровня дохода» и войти в лигу богатых стран к 2012 году.

Неудивительно, что потенциал Турции по привлечению прямых иностранных инвестиций в настоящее время сопоставим с другими быстро растущими странами с формирующейся рыночной экономикой. Но серьезные проблемы остаются. Постоянно растущий дефицит текущего счета (6,8% ВВП в 2010 году) потребует проведения второго раунда реформ. И безработица остается неизменно высокой, хотя и занятость в настоящее время находится на более высоком уровне, чем раньше.

Впервые в своей современной истории Турция не только смогла противостоять серьезному глобальному экономическому кризису, но и отделиться от остальной части Европы, показав сильный рост в 2010 году. Этот экономический героизм, вместе с правительственной внешней политикой «нулевых проблем» помог сделать Турцию ведущей региональной державой.

Достижения Турции представляют пример для изучения успешного экономического развития. Вопрос теперь заключается в том, как Турция будет использовать свою быстро растущую экономическую мощь. Здесь главная проблема в том, насколько стране удастся не уйти в излишнюю политизацию того процесса, который происходит. Ведь не секрет, что в стране существует серьезная оппозиция нынешнему правящему курсу в лице националистическо-секуляристской Народно — Республиканской партии, кстати, получившей в нынешнем парламенте 135 депутатских мест, набрав 26% голосов. Хотя, за время своего правления, ПСР удалось обеспечить правовой механизм, не допускающий волюнтаристское вмешательство в политическую жизнь военных, что было серьезным козырем в руках политических оппонентов ныне правящей партии. К успехам ПСР на этом направлении можно также отнести вытеснение военных из крупного бизнеса, прежде всего из крупных государственных холдингов, притом, что свою политику либеральных экономических реформ и приватизацию правительство Эрдогана строило с опорой на малый и средний бизнес. Да и сама партия НРП отошла от жесткой ориентации на секулярный национализм, восприняла многие принципы правящей партии (в частности лозунги умеренного ислама). Однако, потенциально, политическая полемика незакончена, и оппозиция, потенциально может начать компанию обвинений против ПСР в “исламизме” и “исламизации”. И здесь многое зависит от того, насколько в принципах и деятельности ПСР все-таки определение “турецкий” окажется, может быть, чуть более значимым, чем “мусульманский” и насколько удастся сохранить баланс между курсом на социально-экономическую модернизацию, и, консервативными, по определению ценностями всякой религии, в нашем случае ислама. Пока что ПСР удалось нащупать и реализовать эту “золотую середину”.

Сейчас многие наблюдатели оценивают очередную победу “партии Эрдогана” как закат “кемализма” Турции. Представляется, что это определение отдает максимализмом. Если понимать под “кемализмом” тот политический режим, который сложился в Турции спустя десятилетия после Мустафы Кемаля и эволюционировавшего в сторону застоя, то такая оценка “кемализма’ (причем, именно, в кавычках) в чем-то будет верна. Но, если под главным наследием выдающегося деятеля, основателя Турецкой Республики Мустафы Кемаля Ататюрка понимать создание республики и дееспособной представительной демократии в стране, то ПСР представляется наследником  и творческим продолжателем его деятельности, применительно к новым общественно-историческим реалиям Турции, Европы и мира.

Камилжан Каландаров

Президент фонда «Евразийский диалог»

 

 

Читать далее...

Музыкальный орган Короля Мира

Сакральную географию Евразии невозможно понять вне единства всего континента, развалившегося на ста морях и дышащего как неимоверных размеров кит-рыба, изрыгающего из себя пневматические потоки, сходные с  гудением архангельских труб!

Вслушиваясь в гул могучих мехов под кожей земли, раздуваемых неведомо кем, бросаясь от одной священной горы к другой, словно стрела, летящая на звук — в экспедициях, военных походах, бесконечных манёврах, рисовалась карта. Она менялась, и в итоге оформился то ли атлас, то ли нотная тетрадь, то ли спектр акустических колебаний. Потом карта стала трёхмерной и превратилась в музыкальный орган, размером с континент.

Окрестности горы Бурхан-Халдун, Монголия

Первые гласы раздались в Сербии и далее доносились из каждой увиденной горы, как жестокое напоминание о силах Бытия. Горные хребты оказались регистровыми трубами, звучащими в свойственной только им географической октаве, они произносили гласные звуки, формируя невиданную руническую телеграфную ленту, завалившую стол континента. Оставалось найти сам телеграфный аппарат, пульт органа, его клавиши и педали, запускающие невероятные евразийские колебания. На это могла бы потребоваться целая жизнь, но удалось всё сделать быстрее: яркими мазками, слушая вершины сердцем, скача как татаро-монгольская конница к Последнему морю и обратно! Превратив года в минуты. Итак, Сербия…

Флаг над Косово

Однажды путешественники сидели глубокой ночью в кабачке на территории албанского Косова в Грачанице. Среди них были

Алтай, Николай Рерих

лысый Йордан, Душан Толстый, какая-то Душка и Любица — старый посол. За чёрными окнами уплывало вдаль бесконечное сербское кладбище. На погосте не было деревьев, просто ряды каменных надгробий. Мертвецам было очень интересно, кто там приехал из России, и они как дети подглядывали в форточки и замочные скважины. Сербы большие индивидуалисты. Как напьются, норовят петь каждый своё. Особенно сербские политики. Эти просто не дают слова сказать. Но мертвецы в этот вечер хотели послушать русскую песню. И не «Подмосковные вечера» в исполнении Душана Толстого, а хорошую душевную песню русским же голосом. Это сложно не сделать, выкушав ведро сливовицы. Вот и вёл я прогретыми связками Вертинского о Сталине «Весь седой, как серебряный тополь» и «Артиллеристы – Сталин дал приказ!», о нём же. Живые слушали плохо, а вот мертвецам очень нравилось. Время от времени я слышал их громкие аплодисменты. Или это ветер был? Потом я исполнил песню, которую готовы были слушать даже живые сербы: «Плаванье» Николая Гумилёва, на музыку Николая Якимова:

«Я сегодня опять услышал,
Как тяжелый якорь ползет,
И я видел, как в море вышел
Пятипалубный пароход.
Оттого-то и солнце дышит,
А земля говорит, поет».

Я объяснял долго, в чём смысл: «Это русские отправляются в дальние океаны, за бесконечные

Изумрудная гора, Монголия

окоёмы строить империю, совершать подвиги, переворачивать планету!». Лысый Йордан заметил, что если у русских есть такие песни, то они действительно смогут захватить весь мир. Там и сербам место найдётся. Я ответил, что сейчас русские мало поют подобные песни, одни евразийские энтузиасты поют, один евразиец поёт.
А мертвецы слушали, открыв рты.

Утром, добравшись до сербского анклава Штрпце, мы полезли на вершину Косова – Шар Планину. Эти горы господствуют над регионом. Раньше там был знаменитый лыжный курорт. Сейчас на лыжах и подъёмниках катаются только натовцы – подлинные хозяева Косова. Часть из них оказалась русскими и латгальцами, мобилизованными в латвийскую армию. Они немного дичились нас, но мы их хлопали по плечу и фотографировали. Этим современным власовцам было приятно встретить русского в тысяче вёрст от Русской Равнины. Они предлагали вместе пощёлкаться. Я ответил, что сфотографируюсь с ними только как с сербскими военнопленными. Ребятки краснели, как девушки, им было неудобно, бормотали что-то типа «мы солдаты – мы невиноваты».

По колено в снегу вместе с сербами я лез на вершину, бормоча странную считалку себе под нос:

Если лезть рьяно на Белый Шар,
Чёрное знамя, неся в кулаке:
Материализуется Божий дар,
Мёртвый Милошевич ядерных ракет.

И я увидел всё Косово у себя под ногами.

Нам салютовали орлы византийской империи, и армия шарпланинских ёлок выстроилась малахитовой когортой, ожидая приказа пойти и сожрать деревни шиптаров, натовские батальоны, разметать бессмертными корнями международные правозащитные, финансовые институты и деривативы. Надо только сказать несколько правильных слов на ёлочном языке, озвучить одно предложение. Ели ждут, они давно готовы к войне.

Мы вытащили на вершину евразийский флаг. О, как же нас смачно целуют горы, эти застывшие кристаллики Неба!


Ангелическое Слово горных стрелков

Дайте мне это слово, дайте волшебное честное слово: я остановлю время и дам лесам полную возможность карать и миловать. Слово, летящее в чреве балканских ветров, слово, порхающее на еловых лапках как новогодняя игрушка! Слово-шишка, слово-топор, слово, лежащее между Небом и Адом! Шарпланина дала только одну буковку, гора Сохс – вторую, Говерла – третью, Пик Коммунизма – руну №4. Буквы – этносы, буквы – солдаты, буквы – принцы и буквы – злодеи, буквы – крестьянки и буквы – дурёхи. Совсем осталось немножко – сложить из божественных буковок СЛОВО. Такое же восхитительное и инопланетное как СССР.

А:

Из южных ворот Рокского тоннеля в осетинской горе Сохс 9 августа 2008 года родилась первая буква – ААААА. Она вопила богатырским голосом, как тысячи проснувшихся великанских

тоннель горы Сохс, Южная Осетия

детей. Какое счастье принимать новорождённого, ещё безымянного из чрева матери-горы! 58-ая армия Священной Русской Империи кричала бесконечное красное младенческое «ААААААА!».

АААА — буква, пахнущая свежим пшеничным хлебом, раздаваемым ополченцам перед боем.

Ӕ:

Морозной зимой 2010 евразийцы пробирались дорогами Фландрии через Пикардию на Париж.

гора Монблан, Альпы

Земля, реки промёрзли, озёра покрылись известковым узором. На деревьях висели кристаллические сопли. Мело. Такого русского пейзажа эта земля не видала десятилетия. Зато евразийцы-народники были, как рыбы в воде. С пьяным шофёром, включив наполную чудовищные и яростные завывания туарегов, ехали на Париж, вспоминая маршрут правого фланга кагана людей Аттилы и лихих гусар Александра Благословенного. Но Париж не может быть целью, ведь нас манит Белая, словно звезда гора, издающая  при дуновении хрустальный тонкий звук  «Ӕ — Монблан!»

Э:

Буква Э свалилась с вершины Тянь-Шаня, прилетела как Птица Счастья с пика Коммунизма. Ещё в далёком детстве я дышал её хохотанье над цветущим Русским Туркестаном. 1984. СССР. Время со вкусом пирога с курагой.

Мама стирала бельё в горном ручье, один носок вырвался и поскакал по течению, подпрыгивая на камнях. Я бежал за ним, восклицая: «ЭЭЭЭЭ-й, носок!». Он застрял на маленьком гранитном порожке. А туркестанское горное эхо бесконечно транслировало в медную трубу эту весеннюю детскую букву: «ЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭ!». В детстве я любил эту букву больше всех!  Она, танцуя на ветру, бесконечно рычит, льётся, вибрирует светло-зелёное, голубое и охровое и ласковое, как волны Иссык-Куля «ЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭ!»

Ѣ:

Об особенном аполлоническом значении буквы ѣ («ять») поныне ходят легенды.  ѣ именовали «белой лебедью» русской азбуки. Современник и ровесник Петра I печатник и ученый книжник (именно так его именовали) Фёдор Поликарпов пишет, что ѣ «издает глас [ье] и прочая по своему свойству». Далее он отмечает, что буква была введена для передачи «тончайшего от письмя «[е] произношения» и что она обозначает дифтонг [ие]: «Тако е последи положено, а i под ним мало отделено и связано сицевым образом: ie».

О, тончайшее произношение! О, гласная королева — дворянская буквица ѣ! Твой горный глас можно узреть лишь с орлиной высоты, или с воспетых футуристами самолётов! Я различил распев твоего благородного дифтонга, пролетая в тысяче вёрст над хребтами Алтая. Именно отсюда вышла вся евразийская аристократия: скифы и тюркюты, гунны и монголы. Тебя вышвырнули из русской азбуки те, кто устроил «бѣлой кости» геноцид. Говорят, что буква ѣ вернётся к нам тогда, когда на Бѣлом Лебеде (ни на гласе ли ѣ?) из Бѣловодья прилетит Пресвитер Иоанн.

И – Буква Грядущего Солнца:

Золотая Буква I живёт на самой высокой горе и имя ей — Изумрудное Солнце. Эта буква заливает вены червонной и хризолитовой солнечной кровью, так что голова лопается как орех! Зачем голова горным стрелкам, ведь вместо черепа мы поставим божественную букву из перидотовых метеоритов, вечно висящую в зените!

ИИИИИИИИИИ! Надо только сделать ещё один шаг. Забраться ещё на одну гору. Гору И! Евразийцы могли бы этого и не делать. Они уже застыли ледяными скульптурами русского героизма. О нас будут слагать легенды десятилетия спустя, как о чём-то необычном, невиданном, достойном восхищения!

Но на часах истории закуковала кукушка. Она уже начала отмерять каждому своё. Ну а евразийцам выпал поход за Солнцем Духа, имя которому священная гора Чингисхана Бурхан-халдун в Восточной Монголии – совершенный ивовый холм ИИИИИИИИ. Ивовый остров детей. На красные позвоночники туч и рубиновые хребты Кремля воссядет I. В поход за Русским Солнцем I отправилась Утренняя Звезда, а мы уцепились за её косы

 

на горе Ёрд

Ё:

На восточном Сионе, Ёрд — священная гора якутов и бурят-монголов — гоготала и гудела, как гигантский чёрный шмель гласной IO: «ЁЁЁЁ! ЁЁЁЁЁ! ЁЁЁЁЁ!» Это играли тувинцы, помеченные евразийскими печатями, на гитар-конях из чёрных слюдяных сланцев своих гортаней, извлекая магическое гагатовое «ЁЁЁЁ!». Начинались Ёрдынские игры у горы Ёрд – жужжащей вершине Востока. У ног ЁЁЁЁ трепыхалось пробуждённое кипящее море Байкала: «ЁЁЁЁ!»

О:

замок Бран, Румыния

Гласное О подарила карпатская Говерла – ныне пик Сталина – стратегическая высота, несущая на мельничных крыльях тактику осеннего солнцеворота. Мы поворачиваем время назад (или очень сильно вперёд), осуществляя на Украине гендерную революцию и восстание амазонок. Абсолютный пароль нашего восстания звучит пожирающим ОООООООООООООООО! Мы утопим в евразийском нуле (как в борще) украинскую политическую систему и государственность. Голосуйте за Украину О! Наша панночка — солнечная Баба-Яга – повелительница огненных кобылиц — поднялась из гроба, куда её затолкали люди-скоты. Она взывает к свободному Северу, к Подземной Империи Хунгариш: «Ко мне упыри, ко мне вурдалаки! Ко мне упыри, ко мне вурдалаки!» И мы летим к ней, к нашей Золотой Бабе, чтобы сожрать Хому украинского истеблишмента, этого наглого Хама, посягнувшего на нашу Богиню. ООООООООООО – так жужжат железные лапландские комары. Мы выпьем всю кровь киевских мужчин до последней капли: последняя оранжевая революция ООООООООООООООО!

Ö:

Замок Бран в трансильванских Карпатах, отмеченный жизнью Евразийского Короля Мертвецов, звенит о зеркало неба, не отбрасывая тени! Это особый таинственный звук – скрип двери от жизни к смерти: уже там, ещё здесь Ö Ö Ö Ö! Германцы называют его «умлаут». Этот звук известен славянам по летописям Черниговского княжества. Тогда он появился на смертном одре Древней Руси и звучал, как [уо], а писался как «умлаут. Эта буква – особое сокровище Влада Колосажателя, местночтимого румынского святого. О с короной — это Ö: Белая Роза, произрастающая в Сердце Смерти. Царь во дворце бояр-отравителей сжимает в левой ладони цветы базилика. Емельян Пугачёв, преданный казачьей старшиной. Король Немейского Леса в отчуждении предателей. Благородный Актеон, растерзанный собственными собаками за любовь к концентрированному отражённому свету. Спящая Красавица Ö Ö Ö Ö! Иван-Царевич, зарезанный братьями Ö Ö Ö Ö! За каждым братом заедет Серый Волк с нефритовыми глазами! Это буква стальной стойкости и финальной надежды, буквица навевает дуновение фиалок: «Ö Ö Ö Ö!»

У:

А когда я смотрел с Шар Планины вниз на сербское кладбище, известное в мире как Косово и Метохия, на могилу матери великороссов, на погост византийской цивилизации, из сердца вырывалась только одна буква УУУУУУУУУУУУУ! Буква-могила, могила-гора, её можно произносить с закрытым ртом. Так поют ангелы на развалинах церквей, так распевают полугласные звуки церковнославянского языка до полных гласных раздельноречивые староверы. Когда Конец Света уже произошёл, а Судный День ещё не начался. Тогда для напева («на онъ») особенно выделяют эту последнюю букву годового цикла: УУУУУУУУУУУ. Так поминает Шар Планина серафимическую Империю Востока. Униженную и оскорблённую Сербию. Убитую Маму-Византию. Эту букву носят в чреве своём балканские ветры и никому не показывают, только гудят тёмно-синюю УУУУУУУУУУУУ!

Король Звуков

Найдёшь-услышишь ангелические гласные буквы – узришь и того, Кто их произносит. Слово почти видно, его почти можно пропеть, прочесть. Того, что делает Слово Словом. Того, что рождает буквы – горы — запечатленные звуки. Слово-Бог.

Глядя из занюханной гостиницы «Улан-залата» в Лагани (калмыцком городке на берегу канала, впадающего в Каспий) в окна и двери, я опять увидел кладбище. На погосте опять не росли деревья. Только корова, похожая на индийскую буйволицу, кусала могильные злаки. И я понял, что путешествие к гласным горам подходит к концу. Я добрался до «Нулевого знака», до таинственного шпильтиша музыкального органа, выдувающего буквы Евразии.

Каспий

Путешественники ехали на катере по каналу мимо заброшенных корабликов, вдоль стены камышей. Судно торжественно сопровождали цапли и пеликаны. По дороге наш экипаж чинно раскланивался со смуглыми браконьерами и вёл длительные переговоры с пограничниками. Я сказал людям в камуфляже пароль: АӔЭѣИЁОÖУ — и мы поехали дальше. Изысканные, как ѣ, царские лебеди кланялись-извивались утончёнными шеями.

И открывались невиданные и не начертанные на картах берега и морские банки – место обитание Царя Мира и Повелителя Звуков. На дне центрового евразийского водоёма возлежит Восточный Король, Золотой Скиф, Последний Тюркютский каган Ашина.

Слышавший и узревший Короля звуков в молочных каспийских волнах навсегда сохранит страшный секрет Нулевого знака. Отныне он знает наречия зверей, птиц, гор, растений и стихий. Для него Ойкумена – словно древний византийский орган с золочёными трубами. А мануалы органа сего — волнистая клавиатура Каспийского моря. Клавиатура Царя Мира и Короля Звуков.

Звуки, горы, народы не появляются просто так. Всё, что вы слышите, от машинного гула до пения птиц, имеет предысторию. Военное «ура» и плачь ребёнка, мегафонные вопли и горное молчание на нашем континенте происходят не просто так, а откуда то.

Иначе всё было бы тихо и мертво, и над планетой царствовал вакуум, наслаждаясь звуковым бессилием.

побережье Каспийского моря

Но Король Звуков, проживающий в Срединном море Сердцевинной Земли, иногда нажимает на хрустальное тутти континентального органа, и тут включаются принципалы, флейты, аликвоты, микстуры  материковых стихий Европы и Азии. Вокруг Каспия, вокруг Солнца Хвалыни начинают раскручиваться тысячелетия. Ветры, словно сияющие насосы, вдыхают и всасывают несущийся из каспийских волн глубокий свет, вибрируют гигантскими птичьими языками, и… бесконечные трубы евразийских гор издают инфразвуки!

Именно так и существует Евразия, как единый музыкальный инструмент, главный органист коего погружён в мудрость Каспийского моря. Он играет, известные только ему ноты, и вокруг континента трясётся океанос.

Павел Зарифуллин

2007-2011: Белград – Москва — Улан-Батор – Москва — Город Шахмат

 

Читать далее...

«Великая Скуфь» и «дикие скифы»

Скифский сюжет. Часть II. Часть I

«Скифский сюжет» русской культуры – один из самых древних, истоки его можно найти уже в Повести временных лет (XI-XII вв). Причём для летописца «Скифия» — «Скуфь» является синонимичным обозначением «Русьской земли»: И бе множество их, седяху бо по Бугу и по Днепру оли до моря, и суть городы ихъ и до сего дне, да то ся зовяху от Грекъ Великая скуфь (1; 70).

Таким образом, на Руси определенная местная память об топониме «Скифь» («Скуфь») дожила до времен первых летописей, т. е. до первой четверти XII века, хотя автор этого фрагмента и оговаривается, что зовётся так земля «от Грек». При этом словосочетание «отъ Грекъ» не могло обозначать: “с греческого языка”, а значило только: “от людей греческой народности”, “от земель, обитаемых греками” и “от Греции, из Греции”»1Скуфь, Скифия – древнейшее историческое название территории юга России, поэтому нет ничего удивительного в той роли, которую впоследствии сыграет скифский сюжет в историософском тексте русской культуры.

Впрочем, упоминания «скифского» в древнерусской литературе достаточно маргинальны. По мере становления российской государственности и в связи с татаро-монгольским нашествием скифское начало как кочевое было осмыслено как чуждое и враждебное. В скифах, вслед за авторитетными толкованиями священного Писания, видели один из апокалиптических народов, угрожающих праведному царству. Таково, например, употребление слова «скифы» у Филофея Псковского в XVI столетии2.

Возвращение скифской темы происходит в начале Нового времени, когда политические и культурные связи между Россией и Западом становятся интенсивнее. В этот период в целом господствовало представление о скифе как о «варваре», «дикаре», восходящее к античной традиции, которое было усвоено европейским сознанием в Новое время – по-видимому, начиная с XVII в., и во всяком случае было уже отчётливо сформулировано в эпоху Просвещения. Полагая себя (приблизительно начиная с IX века) единственным наследником и правопреемником Греко-римской цивилизации, европейское сознание усвоило и оппозицию Востоку. Представление об этом Востоке у европейцев вплоть до XIX в. и даже позже было, как и у античных авторов, довольно расплывчатым, окутанным легендой: с одной стороны, там виделась угроза, с другой – источник всего таинственного и чудесного. Причем восточная граница Европы была очень нечёткой3, что также находило опору в античных представлениях, где к востоку и северу от известных эллинам пределов располагались легендарная Гиперборея и «скифы» как общее название для самых различных племен.

Ещё Вольтер, описывая Россию XVIII в. в своей «Истории Карла XII» (1731), оперирует античными географическими названиями и этнонимами: Танаис, Понт, Борисфен, Палус Меотис, скифы, сарматы, роксаланы и пр.4Т.е. он смотрит на Россию сквозь античную оптику как на «Скифию». Сами русские допетровского периода для него – варварский народ, описанию дикости которого он посвящает несколько страниц своей истории. Однако, весьма показательна та трансформация, которую претерпевает скифская тема именно у Вольтера, давая толчок зарождению скифского сюжета. В философской повести «Царевна Вавилонская» (1768) мы находим почти дословно повторяющееся описание дикой Скифии, в которой «не было городов, а следовательно, и никаких изящных искусств. Кругом простирались лишь обширные степи, и целые племена жили в палатках или повозках» (353)5. Однако, это уже не аллегория России. Теперь Вольтер, впечатленный просвещенной императрицей Екатериной, аллегорически представляет Россию как «Киммерию». «Империя киммерийцев», когда-то «ничем не отличавшаяся от Скифии, но с некоторых пор ставшая такой же цветущей, как государства, которые чванятся тем, что просвещают другие страны» (354) – это цивилизованная Россия во главе с просвещенными монархами. Для автора, это новый этап осмысления феномена России, суть которого высказана им в письме к Дидро 23 сентября 1762 г. «В какое время мы живем! Франция преследуют философов, а скифы ей покровительствуют».

Таким образом, «дикая», «варварская» Россия-Скифия возникает в эпоху Просвещения как результат переписанной античности – в той же мере, в какой Западная Европа усваивает себе образ Греко-римской цивилизации. Именно с этим уже сформировавшимся стереотипом о «диких» скифах – восточных кочевниках и северных варварах, — скорее всего, связаны попытки первых русских авторов, обратившихся к скифской теме, «растождествиться» с древними скифами, дабы подтвердить свою приверженность европейской идентичности.

Автор оригинального и обширного исторического труда «Скифская история» (1692) Андрей Иванович Лызлов, фактически, называет скифами предков татар и турок, с которыми борются «россиане» вместе с другими европейскими народами. Он в частности пишет: Но от пятисот лет и больши, егда скифове народ, изшедши от страны реченныя их языком Монгаль, ея же и жители назывались монгаилы или монгаили, поседоша некоторыя государства [яко о том будет ниже], измениша и имя свое, назвашася тартаре, от реки Тартар или от множества народов своих, еже и сами любезнее приемлют или слышат6.То есть, согласно Лызлову, скифы – это монголы, изменившие самоназвание на «татары». В Российскую землю (как и турки в Западную Европу) они приходят как завоеватели. Политический заказ этой книги (видимо, князем Василием Голицыным) в разгар крымско-турецких кампаний, непосредственными участниками которых были и А.И. Лызлов, и командующий русским войском кн. В.В. Голицын, в преддверие русско-турецких войн XVIII в. – более чем очевиден. Лызлов, несомненно, работает в рамках общеевропейского антитурецкого, антиисламского идеологического «тренда». Это подтверждают и современные исследователи «Скифской истории». Е.В.Чистякова пишет: «Автор… горячо призывал к единению сил европейских народов для борьбы с татаро-турецкими завоеваниями»7, а А.П. Богданов указывает на то, что «В соответствии со своими взглядами А.И. Лызлов заостряет антитурецкую и антимусульманскую направленность источников»8.

Вслед за А.И.Лызловым и Вольтером мнение о «скифах-татарах» находит поддержку у такого автора, как Антиох Кантемир. В своей «Песни IV. В похвалу наук» (1734) он говорит о «диких скифах», презиравших всякую государственность, но, тем не менее, склонившихся перед Мудростью Просвещения:

И кои всяку презрели державу,

Твоей склонили выю, усмиренны,

Дикие скифы и фраки суровы,

Дав твоей власти в себе знаки новы (201).

В примечании князь Кантемир разъясняет, что «дикие скифы» — «татаре, сиречь» (207).

М.В. Ломоносов, опровергая это заблуждение, присоединяется к другому, также весьма сомнительному утверждению немецкого придворного историка З.-Т. Байера (высказанному в работе 1728 г. De origine et priscis sedibusSkytharum), который «финцев, естландцев и лифландцев почитает остатками древних скифов»9. «Чудские поколения суть от рода подлинных древних скифов, — делает вывод Ломоносов, — ныне по большей части Российской державе покоренные или уже из давных времен в единнарод с нами совокупленные»10. Единство скифов и чуди Ломоносов выводит логически, на основании явно недостаточных историографических и языковых данных. Байер производил слово «скиф» от финского скита – стрелок, Ломоносов считает, что: «Имя скиф по старому греческому произношению со словом чудь весьма согласно»11 и что греки заимствовали у славян их название чуди. Ломоносов тем самым утверждает славяно-российскую идентичность как особый цивилизационный мир между античным миром и скифами-чудью, с которыми, правда, славяне давно в «единнарод» совокупились. То есть, русские – всё же скифы, пусть только отчасти. Этот тезис необходим Ломоносову для оспаривания «норманнской теории», согласно которой история Руси начинается лишь с момента призвания варяжских князей.

В.К. Тредиаковский считал, что само название скифов у Геродота произошло от русского слова «скитания», что, по мнению Василия Кирилловича, отражало их кочевой образ жизни. Первый русский филолог выказывает здесь изрядное чувство языка, и к его глубокому суждению мы ниже ещё вернёмся. Спор о связях скифов и славян шёл на протяжении всего XVIII столетия, и в нем принимали участие, помимо М.В. Ломоносова и В.К. Тредиаковского, немецкие придворные (т.е. в тот период – «официальные») историки упомянутый Байер и Г.Ф. Миллер.

Но пример Ломоносова и Тредиаковского здесь скорее исключение. Стремление «растождествиться» с «дикими» скифами просматривается у всех «русских европейцев» XVII-XVIII веков — вплоть до Н.М. Карамзина. И только выработанный Просвещением концепт «естественного народа» вносит свои коррективы в это стереотипное представление, а с определённого момента, когда «дикий» становится синонимом «естественного», вынуждает менять знаки буквально на противоположные.

Уже в словоупотреблении карамзинистов, которые были предромантиками, можно проследить некоторую динамику относительно «скифского». Так, известный карамзинист И.И. Дмитриев употребляет иронически по отношению к слову «скиф» эпитет «грубый» (что, в заданном контексте, является, конечно, синонимом «дикого»). В «Послании к Аркадию Ивановичу Толбугину» (1795-1799) он выражается так: Грубый скиф по бороде, / Нежный Орозман душою…(335)

Здесь появляется важный атрибут поэтического образа скифа – борода, которая затем не раз ещё будет встречаться, особенно в сочинениях европейцев о России. Если дикий скиф – это стереотип европейского Просвещения, следствие европейской рецепции античной культуры, то грубый скиф (в противоположность культу изящного и утонченного) – выражение явно сентиментальное. Но, заметим, что у Дмитриева «грубость», как и борода, может быть обманчивой личиной для нежности и чувствительности.

Таким образом, если Кантемир, судя по всему, является первым русскоязычным автором, употребившим по отношению к скифу устойчивый эпитет «дикий», то в кругу карамзинистов складывается представление о внешне «грубом», «бородатом», но нежном «в душе» скифе. И это будет существенно для последующей эволюции скифского сюжета у романтиков.

Илья Бражников

1 Данилевский И.Н., с. 132

2 БЛДР

3 Ле Гофф Жак. Рождение Европы. СПб.: Александрия, 2008. — 398 с. С. 22-24.

4 См. Вольтер Ф.-М.А. История Карла XII, короля Швеции и Петра Великого, императора России. Спб.: Лимбус-Пресс, 1999. — 304 с. С. 29, 30, 128, 168 и др.

5 Вольтер Ф.-М.А. Царевна Вавилонская. См. Вольтер Философские повести. Философские письма. Статьи из Философского словаря». М. : НФ «Пушкинская библиотека», ООО «Изд-во АСТ», 2004. – 748, [4] с. Далее цитируется по этому изданию. В скобках – номера страниц.

6 Лызлов А. Скифская история. Изд-во «Наука», М., 1990. – 520. с. С. 9.

7 Там же, с. 362.

8 Там же, с. 440.

9 Ломоносов М.В. Древняя российская история. Фрагменты (1754-1758) || МВЛ, ПСС, 689 с. том шестой. Труды по рус. истории, общ.-эконом. наукам и географии 1747-1765. Изд-во Академии наук СССР, М., Л., 1952. С. 199.

10 Там же, с. 200.

11 Там же, с. 199.

 

Читать далее...

Камилжан Каландаров: «Абсолютному большинству шиитов в Москве сегодня приходится молиться дома, либо собираться в арендованных залах»

Камилжан Каландаров, Президент фонда «Евразийский диалог», лидер мусульманского движения "Аль-Хак"

—  Камилжан-эфенди, уже не в первый раз ставится вопрос о строительстве дополнительных мечетей в Москве в связи с резким увеличением числа жителей столицы, традиционно исповедующих ислам.  Но впервые ставится вопрос о строительстве мечети шиитов — представителей одного из толков ислама. Чем это вызвано?

—  Во имя единственного Бога, Милостивого, Милосердного!  В целом в мировой умме шииты представляют собой абсолютное меньшинство, но так сложилась ситуация, что в современной России вообще, и в Москве в частности, они составляют значительную часть населения. Дело в том, что шиитский толк ислама исповедует абсолютное большинство азербайджанцев, а в Москве они представляют собой наиболее многочисленную (наряду с татарами) традиционную национальную группу, исповедующую ислам. По некоторым данным, сегодня шиитов в целом в России около 3 млн, в том числе в Москве — 1 млн, с учетом выходцев из Ирана и Пакистана.

— И что, этим людям негде удовлетворять свои религиозные потребности?

— Существует шиитский зал, встроенный в комплекс трех религий в Отрадном. Есть также мечеть в комплексе резиденции иранского посла на улице Новаторов. Однако последняя доступна лишь для граждан Ирана. Абсолютному большинству шиитов приходится молиться дома, либо организовывать некие подобия общин и собираться в арендованных залах. Подобная община, как мне приходилось слышать, существовала на Черкизовском рынке.

Кстати, во всех крупных городах немусульманского мира имеются отдельные шиитские мечети. Но шииты вполне могут пользоваться и существующими мечетями. Кстати, в свое время  имам Хомейни призывал суннитов и шиитов становиться на намаз за единым имамом. Это, я считаю, принципиально правильный подход. Другое дело, что не все так просто на практике. Сегодня мусульмане-шииты совершают свои намазы также и в Московской соборной мечети, однако в других мечетях это делать сложно, в том числе и из-за настороженного отношения верующих.

Понимаете, суннизм и шиизм — это два направления одной и той же религии — ислама. Они исповедуют одни и те же основополагающие принципы или, как их именуют, столпы веры. Однако имеются различия. И это порой может приводить к диссонансу во время совершения намаза, который по определению является проявлением поклонения и единения верующих перед Аллахом Всевышним. И верующие, как сунниты, так и шииты, часто довольно эмоционально реагируют на проявления таких различий.

Можно привести аналогию с христианством. Все христиане исповедуют одни и те же истины веры, однако православные имеют свои храмы, католики — свои, протестанты — свои молельные дома. Именно потому, что имеются пусть вторичные, но все же видимые культурные различия, а ведь именно они в глазах рядовых верующих часто и составляют суть религии. Кстати, католиков во всей России сегодня насчитывается, по разным данным, от 400 тыс. до 1, 5 млн человек. А в Москве эта конфессия имеет три храма.

— Почему Общероссийская общественная  организация «Аль-Хак»  («Справедливость») и, Вы, будучи мусульманином-суннитом, взялись за проблему шиитской мечети?

— Прежде всего потому, что шииты и сунниты —  мусульмане. Несмотря на все проблемы, имевшиеся в прошлом, сейчас шииты-имамиты (а это абсолютное большинство мусульман Ирана и Азербайджана) признаны суннитским сообществом, а их богословская школа-мазхаб джафари признана наряду с четырьмя суннитскими мазхабами. Одним из заветов благословенного Пророка было: «Держитесь за вервь Аллаха и не разделяйтесь». И этот принцип единства уммы, укрепления подлинно мусульманского братства между всем мусульманами является основополагающим для «Аль-Хак». К сожалению, в последнее время среди мусульман России, а также тех лиц, которые именуют себя мусульманским духовенством, все чаще дают о себе знать антишиитские сантименты. Причем они ни на чем, кроме предрассудков, не основаны. Негативные эмоции по отношению к шиитам часто основываются только на том, что они…  шииты. Я думаю, в этой ситуации долгом верующих является взять на себя тяжелую, но важную задачу укрепления внутримусульманского братства различными способами, в том числе и с помощью хороших дел, больших и маленьких, ибо «воистину, Аллах не изменяет положения людей, пока они не изменятся внутри себя» (Коран, 13:11).

И еще. «Аль-Хак» старается грамотно донести до федеральной власти социальные проблемы и чаяния российских мусульман,  активно сотрудничать с российским государством в созидании гражданского общества, компетентно предложить государству пути взаимодействия с исламским миром внутри России и вне ее. Наша организация призвана  стать опорой российского государства в деле созидания идеологии многополярного мира и укрепления позиций России на южном направлении геополитики. Такова программа наших действий.

— Часто вопрос о строительстве мечетей воспринимается в глазах окружающего (в Москве в большинстве своем немусульманского) населения в контексте экстремизма или т. н. «политического исламизма». Как Вы думаете, не встанет ли этот вопрос в связи с предполагаемым строительством шиитской мечети?

— Сначала позволю себе высказаться в общем плане. Сегодня, на мой взгляд, пора мусульманам своим образом жизни, поведением и отношениями внутри своей религии показать и доказать немусульманскому окружению, что никакой связи между исламом как религией и проявлениями любых негативных явлений нет.

Теперь что касается шиизма. В целом эта ветвь ислама в большей степени направлена на внутреннее совершенствование, мистическое познание Всевышнего и сотворенного им мира. Для шиитов характерна вера в цепочку имамов — потомков пророка, обладающих особым божественным знанием, близостью к Богу.  В этом смысле, почитание имамов в чем-то близко к идее богочеловечества, исповедуемой христианской Церковью. Хотя это сходство — чисто внешнее, и шиитский ислам, как и суннитский, придерживается строгого Единобожия. Однако сам факт сходства в близости, мышлении традиционных христиан и мусульман-шиитов также является сближающим фактором.Немаловажно отметить и тот факт, что иранские шииты сегодня -единственный сегмент мусульманской уммы, с которым Русская Православная Церковь ведет не социальный, как со многими другими религиозными группами, а именно богословский диалог.

Наконец, надо понимать, что шиитский ислам — это и часть национальной культуры определенного народа, в случае России — азербайджанцев. Надо сказать, что особенностью шиитской традиции является то, что она никогда не оказывала давления на светскую составляющую культуры народа. В ней сокрыты неисчерпаемые сокровища как тюрко-, так и фарсиязычной литературы, поэзии, удивительной музыки и архитектуры, любимых многими россиянами кулинарии и прикладного искусства…

Наконец, сколько в Москве точек питания разного класса, включая элитные рестораны, развивают именно эти традиции – и всем это в радость? А недавно поставленный у Посольства Азербайджана в Москве памятник поэту Низами с колоритным азербайджанским сквером – разве не украшение нашей многонациональной столицы? И кто будет уточнять, был ли гений слова шиитом или суннитом? Поэтому шаг вперед в развитии шиитской религиозной культуры в одном отдельно взятом городе — это шаг вперед к развитию и укреплению культурной самобытности одной из традиционных национальных групп России — азербайджанцев. А значит, и в развитие всей многонациональной культуры новой России.

Беседовал Валерий Емельянов, ИАЦ «Время и мир», для портала Credo.Ru.

 

Читать далее...

Роман Багдасаров: Гражданская идентичность и русскость

Гражданская нация и этническая институционализация русских

За последний год стало донельзя очевидным и выпуклым одно из главных препятствий на пути построения гражданского общества в Российской Федерации. Оно заключается в смешении двух процессов, одинаково необходимых, одинаково важных, но всё-таки разных по своей природе и алгоритму их проведения. Что это за процессы и почему сознание общества до сих пор не способно их различить?

Первый процесс можно обозначить как формирование гражданской нации, заявленной в Основном Законе РФ, многонационального народа Федерации. Понятие гражданская нация является внешним измерением того, что для каждого человека, имеющего федеральный паспорт, в идеале сводится к общегражданской идентичности. Гражданство должно стать не только внешним атрибутом, но и осознанным, добровольным выбором личности.

Второй процесс – институционализация этносов, населяющих Федерацию. Это постоянный процесс, который был свойственен Российской Империи, продолжался (уже по-другому) в СССР и имеет место в РФ, как он имеет место во всех полиэтнических государствах. Сейчас наиболее остро встал вопрос о социальной репрезентации русского этноса, поскольку прежний режим репрезентации перестал удовлетворять тех, кто к этому этносу принадлежит. Процесс этнической институционализации в современном российском обществе уже не может выстраиваться по имперскому или советскому лекалам.

Как видим, эти процессы протекают параллельно, они невозможны один без другого, но смешивать их крайне опасно для социального порядка, в пределе, – для самого существования государства.

Как происходит смешение на практике? «Русские националисты» (я беру это выражение в кавычки, поскольку не считаю его правомерным) убеждают общество в том, что лозунг «Россия для русских» не подразумевает этнической сегрегации, что они ведут речь о некой русской этнокультурной общности или, что слово «русский» является синонимом «титульной нации» или же (введённым явочным порядком?) эквивалентом гражданства России. Всё это лукаво и наивно одновременно.

Напомним, что титульной нации давно нет, это рудимент имперского сознания. Напомним, что мы живём не в России, а в Российской Федерации. Если же адресовать определение «русский» гражданам Федерации, то далеко не всякий её гражданин согласится на то, чтобы его гражданство обозначали именем другого этноса. С другой стороны, этнические русские, также проводят различие между носителем русской культуры и носителем русского антропологического типа.

Выражение «этнокультурная общность» следует употреблять строго по назначению, т.е.,  как расширенный взгляд на этническую общность, включающий не только принадлежность к этносу, но и передачу культурных влияний. В противном случае, возникает ситуация двусмысленности, которая хороша в искусстве, но губительна для социальных систем. Хотя, вероятно, идеологов «русского национализма» именно двусмысленность в этом выражении и привлекает.

Диверсификация русскости

Следует срочно избавиться от всякой двусмысленности, и происходящих из-за неё намеренных или случайных подмен, для чего произвести диверсификацию понятия «русский», в соответствии с теми смыслами, которые наполняют его в текущий момент истории.

Итак, что стоит за определением «русский» сейчас:

1) этничность, описываемая и представленная через конкретные антропометрические характеристики, региональные антропологические типы, традиционную культуру, диалекты, родовую и семейную генеалогию;

2) принадлежность к русской культуре. То, что наиболее полно может быть описано через дефиницию «русский мир», перспективное, но ещё не устоявшееся до конца понятие. Основой русского мира является русскоязычие, и, как правило, следующая за ним приобщённость к культурному наследию России, СССР и русской диаспоры за рубежом. Этническая и культурная русскости могут совпадать полностью, частично или не совпадать вовсе. Русская культура вызрела в самостоятельный феномен, давным-давно оторвавшийся от этнических характеристик её носителей;

3) рудимент имперского сознания. Русский как именование подданного Российского Империи, пользовавшегося наибольшей полнотой прав по сравнению с другими категориями подданных (иноверцами, инородцами, иноземцами). Эта характеристика была реанимирована как ментальный образ в конце 1930-х годов с целью мобилизовать представителей русского мира для строительства советской государственности и защиты её от внешнего врага. С середины 1950-х использование «русскости» в пропаганде пошло на убыль, что породило своеобразную реакцию в виде «русской партии» (русского национал-культурного движения). Современные «русские националисты» являются прямыми наследниками этого социально-политического дискурса, хотя могут и по-другому интерпретировать идеалы, которыми вдохновлялись основатели движения.

Русский культур-национализм далеко не всегда и не во всём совпадает с границами русского мира, т.к. его главным мифом служит представление о превосходстве русской культуры. Такая шовинистическая трактовка, естественно, разделяется далеко не всеми, кто принадлежит к русской культуре. Её превосходство пытаются провозглашать в разных аспектах (религиозном, гуманистическом, политическом, даже цивилизационном), но всегда воспроизводят стереотип первенства, которым были наделены русские в Российской Империи. Следует заметить, что принадлежность к русским определялась в Империи вероисповеданием и русскоязычием, а не этническим происхождением. Так же и принадлежность к «русским националистам» определяется в их среде не генеалогией или культурой, но преданностью «общему делу».

4) принадлежность к религиозной деноминации. Прежде всего, имеется в виду Русская Православная Церковь, которая в период Империи носила название Российской. Ныне же многие её прихожане, этнически нерусские и культурно (например, в языковом отношении) выходящие за рамки русского мира, религиозно идентифицируются как «русские», т.е. принадлежащие к РПЦ Московского Патриархата. Другим (разумеется, не сравнимым по количеству верующих) примером являются различные толки «русской этнической религии» (родноверчества и т.п.). Тезис о тождестве русской веры и русской культуры, который иногда отстаивается принадлежащими к русским религиозным деноминациям, не выдерживает критики.

Очистить поле

Описанное богатство смысловых оттенков русскости создаёт «мутный фильтр», который мешает членам нашего общества плодотворно участвовать в двух процессах, заявленных выше. Так, совершенно недопустимо подменять формирование общегражданской идентичности в Федерации разговорами о величии русской культуры или, того хуже, засорять информационное поле рудиментами имперского сознания. Название гражданской нации лучше, как кажется, освободить от коннотаций с понятием «русскости» и даже «российскости».

Проведя последовательную диверсификацию определения «русский», следует произвести ревизию его употреблений во всех сферах жизни Федерации. Вероятно, превалирующее значение русскости, следовало бы закрепить за культурной сферой, русским миром, как наиболее масштабным явлением, ассоциированным с этой характеристикой. Этническая русскость всегда конкретна и привязана к определённому ареалу, типу, традициям, родословной, поэтому она естественным путём уточняется с помощью дополнительных определений. Что же касается тех смыслов, которые вкладывают в понятие русскости «русские националисты», то смыслы эти возникли как код шовинистического мировоззрения. В рамках специфической субкультуры – но не более того – они тоже имеют право на существование.

Роман Багдасаров

Выступление на дискуссии «Свободная Россия для свободных людей» 12.06.2011 в День независимости России в рамках VI международного книжного фестиваля в ЦДХ. Дискуссия была проведена Президентским центром Б.Н. Ельцина и проектом «Россия для всех» при участии издательства «ОГИ–БСГ-пресс» и информационно-политического канала «Полит.ру».

 

 

Читать далее...

«Центр Гумилева» и «Дальневосточный центр при Московской духовной академии» наметили пути взаимодействия в Азии

«Дальневосточному центру при Московской духовной академии» (ДВЦ) исполнилось 10 лет. В день юбилея состоялась научная конференция, посвященная вопросам православия в регионах Китая, на Тайване. Центр был создан решением Совета Московской духовной академии, чтобы сформировать миссионерскую базу для проповеди христианства в Дальневосточной ойкумене. И воспитанники академии ежегодно совершенствуют на  Тайване свои знания китайского языка.

«По возвращении на родину ученики уже сами преподают, а также занимаются научной деятельностью, в частности переводами, чтобы китаеязычной публике, интересующейся православием, были доступны материалы о проблемах современного общества: эвтаназии, женского священства и прочие», — рассказывает председатель Отдела внешних связей Митрополичьего округа в республике Казахстан, руководитель ДВЦ отец Серафим.

К сожалению, сегодня христианство на Тайване представлено лишь католиками и протестантами – их более 1млн человек. У католиков 1500 приходов, которые курируют собственные университеты, семинарии, больницы, дома приютов и другие организации в стране. Стажеры академии рассказывают, что местные власти лояльно относятся к миссионерской деятельности любого толка. Для въезда в страну даже есть особый вид визы – «миссионерская», не ограничивающая время пребывания иностранного гражданина. Так что у Русской Православной Церкви есть все шансы открыть свои приходы на этой земле.

«Линия сотрудничества с Востоком будто бы продолжает «восточный проект» общественного деятеля Петра Бадмаева. Именно он предложил императору Александру Миротворцу переориентировать геополитическую активность России с Запада на Восток, — считает Павел Зарифуллин, руководитель «Центра Льва Гумилева», приглашенный с коллегами на юбилейную конференцию в Свято-Троицкую Сергиеву лавру. – Проповедуя православие в Азии нужно обратить внимание и на народности, комплиментарные русским: корейцев и калмыков КНР. Последние представляют особый кочевой кластер, живущий ныне в Китае. Известно, что в средние века большинство западных монголов — предков калмыков было крещено. Достижения евразийских исследований Гумилёва могут пригодиться Православной Церкви и в сегодняшней работе».

Председатель Правления «Центра Гумилева» Андрей Маруденко в свою очередь договорился о проведении уже совместных с ДВЦ семинарах, посвящённых темам евразийства, сакральной географии.

Пресс-служба «Центра Льва Гумилева»

Читать далее...

Легенды о подземном народце

Норвежские альфары, датские и шведские эльвы, англосаксонские гномы и эльфы, германские альбы… Мудрецы, чародеи, величайшие мастера по обработке металлов, изготовители магических предметов… Предания об этих загадочных существах широко распространены среди народов Северной Европы.
Во многих районах Земли существуют легенды о карликах как о первоначальных жителях этих местностей, которые с появлением людей всегда уступали им место, исчезая бесследно, уходя… под землю.

В России предания о , ушедшей под землю, были распространены по всему Северу.

Что скрывается за многочисленными легендами о карликах? И почему средоточием этих легенд является север Европейского континента, омываемый волнами Ледовитого океана?
Сама возможность существования маленьких людей не должна ни у кого вызывать удивления — это явление достаточно хорошо известно и многократно описано.

Малорослость, карликовость, называемые в биологии научным термином — феномен, пока еще недостаточно изученный. По современным представлениям, нанизм представляет собой адаптацию к различным факторам окружающей среды, в том числе низким температурам и недостатку пищи. Интересно, что в одних и тех же условиях может проявляться как нанизм, так и его антипод — гигантизм. В наше время племена — пигмеев обитают в экваториальной Африке и на Андаманских островах (Индийский океан).

В Европе сперва считали карликами лопарей и ненцев.
Ганзейские купцы привозили из Новгорода рассказы русских промышленников о том, что по ту сторону Гиперборейских (Уральских) гор живут пигмеи, . Финны называли лопарей , а в Европе в XVI в. ненцев-самоедов изображали карликами. Позже, убедившись, что это не так, стали помещать на крайнем севере. На карте норвежского мореплавателя Олая Великого, выполненной в 1567 г., к северу от Норвегии, выше Лапландии, показана Scriclinia — страна карликов-скриклингов с надписью: ().
Каких-то странных людей, и говорящих на непонятном языке, повстречали люди новгородца Гюряты Роговича, посланные им собирать пушную дань.

Фольклор — это, помимо прочего, еще и историческая память народа. Подобные свидетельства есть и у народов Севера нашей страны.
Н.М. Карамзин отмечал, что . Карамзин основывался на свидетельствах древнерусских источников о колдунах, прорицателях, чародеях из среды финно-угорских народов, обитавших на севере Руси. Можно вспомнить из поэмы А.С. Пушкина , который постиг ученье колдунов . Между тем у финских народов всегда существовало убеждение, что своим волшебным знаниям местные чародеи во многом обязаны неким подземным духам-карликам.

Предания о карликах, обитавших в пещерах или под землей, существовали у всех финских народов, из которых древнейшими обитателями Севера являются лапландцы (саамы, лопь, лопари).

По-фински подземных карликов называли , по-лопарски — .
Лапландцы – народ кочевой. Раскинув свое легкое жилище на удобном месте, они иногда могли слышать, как из-под земли до них доносились неясные голоса и звяканье железа. Это служило сигналом: немедленно переносить юрту на новое место – она закрывала вход в подземное жилище сайвок. С карликами – подземными жителями, боявшимися дневного света, но могучими волшебниками, лопари опасались ссориться.

Саамы рассказывают еще о карликах-ульдрах — жителях Лапландии. Зиму ульдры проводят в своих подземных убежищах. Лапландцы — народ кочевой. Иногда в своих жилищах из оленьих кож они слышат, как под землей забеспокоились ульдры — значит, жилище надо переносить с этого места, оно закрыло вход в подземные обиталища этих маленьких существ. Если этого не сделать, ульдры могут сильно навредить — порвать оленьи шкуры, украсть из колыбельки дитя и подложить вместо него своего уродца. В этом случае рекомендуется обращаться с маленьким ульдром нежно — тогда мамка-ульдр смилостивится и вернет ребенка на место.

Днем ульдры слепнут от света и поэтому выходят на поверхность ночью. При встрече с ульдром надо держаться с ним как можно осторожней и не делать ничего, что тому может не понравиться, ведь ульдры — могучие волшебники.

В легендах, распространенных на Севере, чудь и паны нередко оказываются совершенно тождественными друг другу и обозначают в совокупности древних аборигенов края, инородцев, обобщенный образ которых в одинаковой степени архаизируется и гиперболизируется. Несомненно, что с воспоминаниями о чуди смешались и переплелись исторические предания о польских Смутного времени. Иногда и чудь, и паны представляются просто как разбойники.

По преданиям, легендарные чудские памы- ушли под землю вместе с чудью. А у финских народов — заволочской чуди, коми-зырян, вепсов — жрецы, волхвы, мудрецы стали называться с тех пор Памами…

ЧУДЫ коми.

Легенды о маленьких подземных жителях, умеющих обрабатывать железо и обладающих сверхъестественными способностями, сохранились у всех народов, населяющих Север России. Так, коми, живущие на Печорской низменности, знают о существовании маленьких человечков, творящих чудеса и предсказывающих будущее. Они пришли с севера.

Сначала человечки не умели говорить на языке коми, потом постепенно выучились. Они же научили людей ковать железо. Маленьких человечков здесь называют чудами, . Чуды — могучие колдуны, творящие волшебство и предсказывающие будущее.
Колдовство их обладало страшной силой. По их приказанию меркли Солнце и Луна, день превращался в ночь, а ночь — в день.

СИИРТЯ ненцев.

На побережье Ледовитого океана эстафету легенд коми о карликах принимают ненцы. «Давным-давно, когда наших людей здесь не было, тут жили «сииртя» – маленького роста люди. Когда людей много стало, они насквозь в землю ушли». Так рассказывают о сииртя – странном, мифическом народе, некогда якобы населявшем пространство от Канина Носа до Енисея.

Путешествовавший в конце XVIII в. по Европейскому Северу России академик И. Лепехин писал: .

. Так рассказывают ненцы о сииртя — странном полумифическом народе, некогда населявшем пространства Севера от Канина Носа до Енисея.

Предки ненцев — народа самодийской языковой группы — начали освоение Западной Сибири еще 8 тысячелетий назад. В своем движении на север ненцы сталкивались с энцами (), тунгусами (), хантами и манси (), селькупами (), нганасанами () и странным малорослым народом сииртя (сиртя, сихиртя). Если с первыми народностями все просто — они существуют и сейчас, то над загадкой сииртя ученые ломают головы до сих пор.

С сииртя ненцы встретились на северном побережье Ямала. Если в фольклоре ненцев эпизодов борьбы с другими племенами довольно много, то сюжетов о войне ненцев с сииртя почти нет — загадочные карлики-сииртя, рассказывают ненцы, способны исчезать, становиться невидимыми. Наконец, сииртя переселились под землю, . Некоторое время они жили под землей, где владели стадами мамонтов — .

Сииртя выходили на поверхность только ночью, избегали встреч с людьми, однако некоторым из ненцев посчастливилось общаться с сииртя и перенять у них крупицы их знаний. Потом сииртя исчезли совсем.

Следы сииртя сохранились по всей тундре: в названиях многих рек ( — река сииртя), сопок, урочищ ( — ). Известно, что сииртя — богатый народ: у них в изобилии имеются серебро, медь, железо, свинец и олово. Они живут в земле и добывают их из земли. В своих подземельях сииртя греются перед небольшим синим огнем. На поверхности сииртя можно видеть только издали, а подойдешь ближе — они скроются, а куда — никто не знает. , — считают ненцы.

В легендах о сииртя легко просматриваются два пласта ~- первый, о досамодийском населении тундры (есть гипотеза, что это были юкагиры), и второй, более древний, имеющий общие корни с северными преданиями о чуди. Реальность сииртя настолько не вызывает сомнений, что некоторые исследователи даже пытаются отыскать археологические следы этого народа. Из всех народностей, с кем соприкасались в своей истории ненцы, только сииртя остаются загадкой…

Подземные жители Якутии.

Встречаются следы таинственных подземных жителей и в далекой Якутии, в бассейне реки Вилюй, в месте, носящем многозначительное название Долина смерти. Редкие исследователи, добравшиеся до этого загадочного места, рассказывают об удивительных металлических колоколах, прикрывающих проходы, уводящие в неизведанные недра.

Михаилу Корецкому из Владивостока повезло – он побывал в Долине смерти три раза. Попадал он туда не от хорошей жизни – в этом месте большинство людей могли мыть золото, не опасаясь получить пулю в затылок. «Я видел, – рассказывает Корецкий, – семь «котлов». Размер их от шести до девяти метров в диаметре. Изготовлены они из непонятного металла, который не берет даже отточенное зубило. Сверху металл покрыт слоем неизвестного материала, похожего на наждак, который нельзя ни сколоть, ни поцарапать». Якуты рассказывают, что раньше из-под куполов можно было попасть в расположенные глубоко под землей комнаты, где лежат промерзшие насквозь худые одноглазые люди в железных одеждах.
Чудь белоглазая севера Руси.

Предания о чуди распространены повсеместно на Севере.

Русские предания Беломорья, Приладожья, Урала и Сибири повествуют о том, что здесь задолго до прихода русских жила чудь белоглазая.
Она занималась в горах добычей золота и серебра, и долгое время спустя древние рудники в Сибири, где добывали золото, серебро и медь, в народе называли .

Сказания Приуралья указывают чудские крепости, городища, могилы.
Иногда чудью называют финские племена, жившие здесь до прихода русского населения, однако исследователи давно установили, что чудь — общее понятие для всех аборигенов-инородцев, обобщенное название для самых разных этнических групп.

При этом чудь чуди рознь — одни народные предания рисуют чудь как племя сильное, могучее, богатырское, другие — слабое, нерасторопное, малоподвижное, не пытающееся бороться за свое существование. В рассказах местных русских жителей о силе, могуществе и чародействе древних обитателей Севера слышны отголоски древнейших чудских (финских) верований и преданий.

Некоторые легенды о чуди более чем конкретны, в них указываются сохранившиеся до сих пор населенные пункты, урочища, а также крестьянские фамилии и рода, берущие свое начало от чудских родов. Другие предания о чуди имеют мифический характер, полностью утратив какие-либо реальные черты. Очевидно, что русские предания о чуди имеют несколько , один из которых — предания об чудском народе. Г. Куликовский в пишет о и . Вот эта последняя-то и интересна нам более всего…
Эта , как утверждают легенды, пришла откуда-то с севера. Когда же пришли русские, то .

По рассказам, это было так: выкапывали яму, ставили по углам столбики, делали над ямой крышу, сверху засыпали землей и камнями, потом сходили в ямы с имуществом и, подрубив подставки, погибали.

Трудно сказать, насколько эффективен такой способ массового самоубийства. И зачем надо было при этом брать с собой имущество? На том свете оно все Равно не понадобится. Есть многочисленные сообщения, что после гибели чуди никаких сокровищ не отыскивались. Куда же они делись? Но все встает на свои места, если предположить, что, сооружая навес над ямой, чудь тем самым просто-напросто закрывала от непогоды и любопытных глаз вход в сооружаемое подземелье. А указанным способом -подрубив столбики -очень удобно заваливать готовый вход в подземные лабиринты, куда и ушла легендарная чудь, захватив свое добро…

И потом — , чудь везде оставила после себя не ямы, а сопки, курганы. В разных местах показывали места чуди — живописные всхолмления, которые очень похожи на . Как тут не вспомнить сиды ~ волшебные холмы ирландцев, где живут карлики-лепраконы! С чудскими курганами связаны, по преданиям, многие загадочные явления. Эти курганы в ночи нередко светятся синим пламенем, из них доносятся звуки — вопли, завывания, постукивания, гул.

В некоторых сказаниях рассказывается о том, что чудь ушла в землю через подземные ходы: .

В предгорьях Урала, где исчезла чудь, находится одно место – пещера Сумган, с которой связано «ощущение ужаса», как и в случае с лазом, найденным экспедицией ОГПУ на Кольском полуострове. У русских землепроходцев, появившихся на Урале позднее, тоже есть предания и сказы о живущих в горах людях небольшого роста, красивых, с необычайно приятными голосами.

Так же, как сайвок на Кольском полуострове, они не любят бывать на дневном свету, но некоторые люди слышат исходящий из-под земли звон. И звон этот неслучаен. Спелеологи, не один раз штурмовавшие эту пещеру и доходившие до ее второго дна, вспоминают чувство непонятного, ничем не обоснованного страха, охватывающего их в одном из ходов пещеры. И по сей день узкий лаз, в который переходит этот ход, никем не пройден.

Как же выглядела та самая ? Помимо небольшого роста (упоминания о маленьком росте чуди встречаются в северных легендах редко), она была . Иногда чудь называют просто , . Что это такое?
Большие белки глаз, или глаза, состоящие из сплошных белков, или что-то еще? Во всяком случае, это очень характерная и важная деталь. Одна из поморских легенд говорит о том, что чудь . Этот народ перебрался на Новую Землю, , где живет до сих пор, скрываясь в недоступных местах или при встрече с людьми становясь невидимыми.

О том, что рыбаки видели чудь на Новой Земле еще , говорит предание, записанное на Севере в 1969 г. Этот поморский рассказ о краснокожей чуди-невидимке, живущей на Новой Земле, открывает цикл других легенд о чуди ~ загадочных маленьких человечках, живущих под землей, в пещерах гранитных скал.

Встретить их можно крайне редко — чудинцы избегают людей и могут становиться для них невидимыми, или оборачиваться в зверя (мышь, белку). Но иногда чудак может прийти на помощь человеку мудрым советом или волшебством.

Дальним отголоском этих легенд служит мудрый и добродушный русских сказок, помогающий Ивану-Царевичу с помощью волшебного клубка найти дорогу к похищенной Кащеем красавице, дарящий ему шапку-невидимку, а потом вдруг исчезающий под землей.

Читать далее...

«Центр Гумилева» провел в Элисте международную конференцию «Сакральная география Евразии»

Идеи евразийства, дружбы народов, поиски сакральных маяков культуры и истории собрали под крышей центрального Хурула Элисты деятелей науки, краеведов, этнографов, писателей из Москвы, российских регионов, Германии и США, представителей буддийского священства, православных, мусульманских и иудейских общественных организаций. 7 июня здесь состоялась научно-практическая конференция «Сакральная география Евразии», идейным вдохновителем и организатором  которой выступил московский «Центр Льва Гумилева».

Говорить о сакральной географии значительно легче в таких местах как Калмыкия. Сознание русских людей во многом предопределила степь. Когда они жили на территории центральной России – Великороссии – своеобразном «лесном царстве», было ощущение отгороженности. Но когда русский человек столкнулся с необыкновенной субстанцией степи, встретился с монголами, калмыками и другими народами, то, согласно теории Льва Гумилева, это породило новый импульс развития, благодаря которому и возникла Россия, какой мы ее знаем сейчас. Знание сакральной географии, священной карты материка – это не только умозрительная вещь, нужная для краеведов и этнографов. Это учение для наших народов, погрязших в суете. Знание священных мест географии пробуждает в людях необыкновенные смыслы и силы, люди становятся другими.

«Центр Льва Гумилева» и «Московский Евразийский Клуб» регулярно проводят экспедиции: в Аркаим, на Алтай, Байкал, Крым, Якутию — там, где зарождались очаги евразийской цивилизации. Священные столпы- церкви, хурулы, мечети, другие места поклонения постепенно формируют сознание той цивилизации, которую мы называем Россией, Евразией, — считает Павел Зарифуллин, руководитель «Центра Гумилева». — Политические, материальные, экономические ценности, которые господствуют в нашей стране, являются сиюминутными и проходящими. А вот ценности сакральной географии являются вечными, потому что они демонстрируют древние знания о самих себе. Они запечатлены в наших сердцах. Как показали последние исследования психоаналитиков, архетипы священного передаются генетически. Наши дети уже несут в себе сакральные смыслы той земли, на которой родились».

В ходе конференции вспомнили о столице Золотой орды — Сарай Берке, которая находилась совсем недалеко от Элисты. Там жили около 100 000 человек. Этот город не имел стен, потому что его правители никого не боялись. В нем мирно существовали  десятки этнических кварталов, но никогда не было межэтнических конфликтов. Ордынцы считали, что перед Богом равны все народы. Преследовать человека по религиозному, межэтническому принципу считалось делом глупым и позорным. Закон Чингисхана гласил, что межэтнический мир является основой существования государства.

По итогам конференции ее участники отправились по сакральным местам Калмыкии. В степи состоялась удивительная встреча с членами экспедиции «Дорога мира». Караван верблюдов, везущий ученых, политиков, деятелей культуры, студентов, стартовал еще в начале мая во Владикавказе. Акция, возглавляемая Ириной Умновой-Конюховой, была приурочена  к 30-летию Международного дня Мира и 70-летию начала Великой Отечественной войн и посвящена памяти жертв терроризма, а также погибшим в Великую отечественную войну, в боевых действиях на Северном Кавказе, в Афганистане. Калмыкия стала финишом первого этапа экспедиции.

«Идеи мира, нравственного и духовного развития, некогда бытующие в Сарай Берке было бы полезно возобновить и сегодня, — резюмировали в степи евразийцы, — так давайте начнем следующий  виток наших поисков с исследований священных мест, сакральной географии, а, следовательно, с изучения самих себя».

Пресс-служба «Центра Льва Гумилева»

P.S: «Центр Гумилева» благодарит за содействие в организации мероприятия руководство центрального Хурула г. Элисты, Министерства культуры и туризма республики Калмыкия, Дилерского центра SUBARU г. Волгоград, Калмыкского Государственного Университета и многих других. Особая благодарность Евгению Цуцкину, Игорю Савицкому и Артуру Соспинову.

Подробный отчет о мероприятии готовится к публикации.

Читать далее...

Боги на колёсах

Учение о колесе

Колесо – это энергия. Об энергетическом строении мира нам поведали византийские отцы-исихасты XIII века. Святые афонские старцы-исихасты путём «умной молитвы» видели Христа и бесконечные энергетические потоки. Реки энергий, водовороты Света, скрижали золотых лучей и озарений.

Символически колесо – это и два вцепившихся друг в друга дракона мира сего. Верхний – красный – дракон элиты, царей и падишахов, ведущих свои роды от драконов и нагов. Красный от крови — своей и чужой.  Знать по своей сути, и есть драконы – хватают и режут и рвут и ищут, где поживиться. В тоже время они прекрасны, хорошо одеты в драконий мундир, вежливы, как и подобает драконам. Живут бесконечно — пока не кончится родовая кровь. А она всё не кончается и не кончается…

Чёрный дракон – в коего вцепился красный – есть абсолютное ничто, тотальная смерть. Пока за него держится кровяная рептилия – смерть вечна и «кровяные живут». Это страшное знание про Колесо – про чёрных и красных, про состав и тинктуру любой энергии, основы энергетического строения любого государства,  общественной системы, любого народа на круглой как колесо планете…

От колесной ряби бегают миры, пульсирует и существует время, цветы открывают свои желания, а потом закрывают и ложатся спать. Проваливаются в забытье и в смерть и возвращаются в виде молекул назад – к крови, к дню, к ядерным взрывам новой жизни.

Жизнь им даёт не цикл, но что-то Иное, иначе они бы давно истончились и съели друг друга.

Жизнь – это лишь только тот, кто встал над колесом, кто закрутил его в нужную ему сторону. Чтобы драконы, энергии и смерть бегали как белки, проклиная и прославляя жизнь.

Всё крутится – только солнце стоит, бог солнца оседлал колесницу, взгромоздился на мировые диски, он хозяин Света, даже если кто-то об этом забыл.

Но когда люди в южнорусских степях оседлали колесо – они стали равны богам.

Боги на колёсах

На Южном Урале неподалёку от Аркаима археологи Зданович и Генинг открыли особые захоронения. В них кочевники-арии, воины — похороненные вместе с лошадьми прямо в колесницах. Древнейшая известная учёным боевая колесница классического типа обнаружена в районе с. Черноречье  на археологическом объекте синташтинской культуры — в могильнике Кривое Озеро и датируется XX—XVIII вв. до н. э.

Правда английский учёный Пиггот датирует древнейшую колесницу, найденную на территории Калмыкии 4 тысячелетием до нашей эры. По нему – Калмыкия – страна, сотканная из солнечного света, и есть – Родина людей, придумавших колесо.

Между первыми колёсными бричками, найденными под Элистой и синташтинской боевой колесницей почти два тысячелетия. Колесница не сразу стала всепобеждающей машиной войны. Но именно изобретение колеса на спицах создало из колесницы грозное и всесокрушающее оружие, встряхнувшее всю Ойкумену.

Классическая арийская колесница (на колёсах со спицами) соединила в себе две функции боя – стрелковую и транспортную. Она стала вершительницей судеб народов — арии на «громовых запряжках» ворвались в долину Инда, шаньцы в XVIII в. до н. э. захватили Китай, в Европе носители евразийской культуры терра-мар потеснили автохтонов в горы и леса. Египту так же досталось от кочевников-гиксосов. И жители окраин Великой Степи обожествили колесничих. Кочевники внутренней Евразии, приручившие колесо, вставшие над потоками мировых энергий казались для греков, египтян, древних евреев и китайцев – богами и пророками. В Египте сокологоловый Бог Ра, солнечный Гелиос Древней Греции восседали на степных упряжках. Человек, оседлавший колесо – не человек вовсе. Он – Колесничий.

Мобильность. ИИ-раз!

Это было невероятное изобретение. Колесо придало человеку запредельную скорость, сверхвозможную мобильность. На колеснице с русского Южного Урала и с нашей Нижней Волги легко ехалось до Индии, отдалённой Европы и на Дальний Восток. Мир лёг под колесо.

Потому что мобильность это победа над временем и судьбой. Время запечатлено в календарь, в ритуальный рунический круг, состоящий из медленных, постепенно возникающих графических знаков, за наблюдениями стихий и созвездий со стороны бродяги-собирателя. Архетип этого «палко-копателя» воспроизводят современные клошары и бомжи. Они, а также все иные граждане, живут в колёсном календарном циклическом мире.

Протоарии из южноуральской страны городов и кочевники прикаспийских Чёрных земель вскочили на цикл и колесо Сатурна, закольцевали линию Судьбы на своих ладонях.

Или это боги пришли к нам, спустились на крутящееся колесо Земли?!!!

Они жили на боевых колесницах и умирали (ложились на колесницах в могилы) потому что на чём же ещё ездить, как не на времени. Время состоит из жизни и смерти. Вот они и ездили на жизни, а на смерти катались.

Когда на колесе разгоняешься – в определённый момент ты вылетаешь за грань времени, где вечность и события в одном. Где время это маленький ребёнок, дитя на престоле, за которым надо ухаживать и следить. Разгоняешься – ты уже в вечности, ты уже с богами. И – рраз – и обратно!!!! К Людям, к зверям и птицам, в горячий и крепкий, пахнущий молоком, женщиной и травами мир. ИИ-раз! И опять ты в зимних рощах небожителей. Времени нет. Слава Богу. Мир стал известковым решетом, где дыры белее не дыр. Скачем дальше.

Потому что помимо колеса – нужны были кони. Огненные и солнечные — кони колесничего Солнца-Гелиоса. Парящие, искромётные, желанные и послушные. Кони и колёса людей-всевышних с Южного Урала и Чёрных Земель.

Тачанка: колесница в квадрате

1500 лет назад тюркское племя телеутов модернизировало колесницу, удвоив символ бога-солнца.

В два раза! Колесница в квадрате! Так родились телеги. Бытие на телегах сформировало мировоззрение царства Чингисхана, вагенбургов чешских таборитов, летающих островов златозубых цыган.

Но как мудро заметили французские постмодернисты Делёз и Гваттари колесница только вместе с конями, с возничим и метателем дротиков или стрел составляла одну боевую единицу. Для человека, чтобы стать богом и колесничим нужно было участие кого-то ещё. Сам по себе человек наг, одинок, полупуст и обманут. Ему нужны колеса, лошади, пулемёт марки «Максим». И стал человек богом, и время стало женой его и жил он по собственной человекобожьей воле. Как скифский царь или как Семён Будённый.

Последний раз подобного невероятного вершителя (другого слова не подберёшь) мира и времени созерцала земля наша 100 лет назад. Колесница неожиданно вернула своё значение. Красные и чёрные конники, словно петроглифы, сошедшие с потолков уральских и иберийских пещер, притащили за собой самое страшное, что можно представить для мира сего – ожившего сверхчеловека на колеснице:

И врагу поныне снится

Дождь свинцовый и густой,

Боевая колесница,

Пулеметчик молодой.

Исаак Бабель в романе «Конармия» в главе с феерическим названием «Учение о тачанке» поведал нам о том, как конные петроглифы колесниц победили старую Россию. Как взвилось, как поднялось на дыбы над землёю колесница-солнце, ослепляя любовью и яростью:

Я — обладатель тачанки и кучера в ней.  Тачанка!  Это  слово  сделалось

основой треугольника, на котором зиждется наш обычай: рубить —  тачанка  — кровь…

Поповская, заседательская ординарнейшая бричка по  капризу  гражданской

распри вошла в случай, сделалась грозным  и  подвижным  боевым  средством, создала новую стратегию и новую тактику, исказила  привычное  лицо  войны, родила героев и гениев от тачанки. Таков  Махно,  сделавший  тачанку  осью своей таинственной и лукавой стратегии, упразднивший пехоту, артиллерию  и даже конницу и взамен этих неуклюжих громад привинтивший к бричкам  триста пулеметов.  Армия из тачанок обладает неслыханной маневренной способностью.

Песня о гриве

Во вдохновенном стихе Рудермана «Тачанка», светлый образ пулемётчика слился с архетипом древнего колесничего. Состоящего изо всех людей-стихий-энергий: из дыма, из возничего, из времени, из огня драконов, из правды смерти, из бездны жизни, из ясности света, из гнева богов, из пут и колёс:

И неслась неудержимо

С гривой рыжего коня

Грива ветра, грива дыма,

Грива бури и огня.

Божественная грива есть только у львов, она символизирует огонь и царский статус. Степь озаряется незримыми кострами, для колесничего степь сплетена из рдяных и круглых как колесо маков, из окровавленных стрел охотников и уплывающих в бездну духов зверей. У степи не только свои знаки, но и звуки: они подобны жадным вибрациям огненного органа.

Говорят, что ангелы кормили небесного колесничего пророка Илию во младенчестве огненным молоком. Стоя на курганах своих предков наши пращуры-скифы вдыхали солнечный диск на восходе и на закате. И естество их полыхало, словно крепкий самосад.

Степь пылает образами днём и особенно ночью. Она горит и сплетает для колесничего гриву из скифской полыни. Степь превращает колесничего во льва, в образ солнца, в стремительного и пьяного знатока скачущих иероглифов. Нестор Махно носил гриву и как скифский лев царствовал в степи.

Энергия времени и пассионарность

В Норлаге Лев Гумилёв и астрофизик Николай Козырев спорили о природе энергии, движущей миром – о пассионарности. Гумилёв считал пассионарную энергию (способность к сверхнапряжению) особым человеческим признаком, передающемся генетически.

Козырев же пытался объяснить природу пассионарности с точки зрения «теории времени». По Козыреву — время является самостоятельной физической субстанцией, переносящей энергию. У времени, как и у всякого потока есть направленность течения и плотность. Время не только пассивно отмечает моменты событий, но и активно участвует в их развитии.

Время не движется в пространстве, а проявляется одновременно во всей Вселенной. Козырев мечтал, что через время можно будет осуществлять мгновенную связь с любым уголком Ойкумены и Космоса. Оседлав колесо времени можно пересекать космос, будучи свободным от силы тяготения.

Козырев считал, что Время переносит энергию со скоростью большей, чем у света. Он открыл взаимосвязанные звёзды, которые будучи разделены безднами пространства, чутко реагировали на поведение друг друга.

Ученик Козырева – доктор и советский экспериментатор Эдуард Ложкин был совершенно убеждён, что сверхлюди способны овладеть энергией времени. Тем самым они смогут добиться побед в совершенно безнадёжных ситуациях, обретут возможность изменять ход событий в окружающем мире. Он даже считал, что в человеческом теле есть рецептор, позволяющий чувстовать и направлять энергию времени.

Спор Гумилёва и Козырева о природе пассионарности, по Ложкину бесперспективен – правы оба гения! Способность к сверхнапряжению, способность изменять естественный ход вещей, способность использовать энергию времени у пассионарного человека внутри!

Пассионарий – это солнечная колесница с упряжкой коней и колесничий, коронованный львиной гривой огня!

Пассионарий – это взгромоздившийся на временной рунический календарь, рождающий миры — повелитель энергий.

Солнечный Русский

Это блистательная цель для мечтательных романтиков грядущего. Евразийцы как поэты и пророки салютуют грёзе неизбежного утра. Выбирая образ русского завтра, евразийцы голосуют за мобильность, активность, пассионарность, скифство, за гриву бури и кочевой образ жизни. В поющем пламени Великой Степи рождаются наши образы:

Кочующий, клубящийся как вихрь Солнечный Русский овладел энергией времени и, погоняя тачанку Судьбы – отправился к звёздам – дальше и дальше раздвигая окоём мироздания. Солнечный русский – царь-кочевник и лев на колеснице, презревший силы тяготения вознёсся в бездны пространства… Сокологлавый пироман Солнечный Русский вскачет в сказочный дом из горящих в греческом огне тетраэдров.

Потому что звёзды тоже из плазмы, они, как и сверхлюди живут и смеются в стихии огня…

Павел Зарифуллин

Калмыкия, Город Шахмат, июнь 2011

Читать далее...

«Татарика» поэта и переводчика Михаила Синельникова

В юбилейный Год Габдуллы Тукая – беседа культуролога и поэта Джанната Сергея Маркуса с известным поэтом, автором многочисленных переводов поэзии народов Востока, составителем антологий поэзии, академиком РАЕН – Михаилом Синельниковым.

Фото Джанната Сергея Маркуса.

— Исенмесис! От души поздравляю Вас с юбилеем одного из наших общих любимейших поэтов! В тукаевский год в целом хочется понять и оценить: насколько полно и качественно переведена литература татар на русский язык? Что самое выдающееся?

 

— Татарская литература (хотя мне легче говорить о поэзии) кажется переведённой сносно. Но, пожалуй, в этих переводах в целом всё же выглядит как-то неярко, что, конечно, в высшей степени несправедливо, ибо замечательные татарские поэты были ещё в Средневековье, а татарская поэзия новейшего времени и богата и разнообразна. Значит, дело всё-таки в переводчиках, а приезжавшие в Казань, как правило, не были выдающимися мастерами (в сталинские годы наилучшие ездили на Кавказ, прежде всего, в Грузию, — по воле кремлёвских властей, что, впрочем, никак не умаляет достоинств великой грузинской поэзии).

Из переводов стихов самого Тукая можно выделить отдельные удачи Анны Ахматовой и Семёна Липкина. Превосходно переводил Михаил Исаковский Ахмеда Ерикеева, и здесь нашли друг друга два поэта, в чём-то важном похожие, оба подлинно народные. Помню, как представители казанского издательства приехали к Арсению Александровичу Тарковскому вербовать его для перевода книги Тукая (собственно говоря, эту работу Тарковский начал ещё в ранние свои годы, но она прервалась). Любопытно, что в контракт было внесено соблазнительное обязательство выдать по завершении трудов Тарковскому и его супруге две дефицитные тогда дублёнки казанского производства. Но, увы, великолепный поэт и гениальный переводчик, дружбу с которым подарила мне судьба, был уже стар, решительно охладел к делу перевода (если когда-либо им очаровывался) и остаток сил решился отдать собственным поздним стихам. Так был упущен исторический шанс — всё хорошо вовремя…

В общем, если дело перевода продолжится и русская его школа не отомрёт, возникнет надобность и в новых попытках русского перевоплощения Тукая и в переводах запретных в советское время произведений татарской религиозной классики.

— Какие у Вас лично воспоминания и переживания связаны с Татарстаном, с Казанью?

— Мне стыдно сознаться, но я не был в Татарстане и в Казани, где давно надлежало побывать хотя бы из любви к Державину, посвятившему родному городу великое стихотворение «Арфа». И из благоговения перед Тукаем, о поэтике которого (смеси пронзительного лиризма с бесподобным юмором) и о горестной судьбе которого я нередко думал.

Интерес мой к татарской жизни — ранний: когда я учился в четвёртом классе ленинградской 175-й школы, то был за примерные успехи в учёбе награждён татарской книгой, которая называлась «Дети колхоза «Ватан»» и принадлежала перу одного прозаика, чья репутация в нынешнем Татарстане стала неважной в силу тогдашних его антирелигиозных сочинений. Но в отрочестве (разумеется, на какое-то время) эта книжка о судьбах татарских детей стала моей любимой…

Роль татар в судьбе России оказалась провиденциальной, я не хочу повторять общеизвестных исторических сведений, ограничусь простым фактом: в словаре русских фамилий тюркского (главным образом, конечно, татарского) происхождения Баскакова содержатся три сотни примечательных фамилий, и среди них — самые святые имена русской культуры. Выдающийся русский мыслитель Константин Леонтьев как-то обмолвился: «наши старые русские лица, конечно, татарские…» Вместе с приливом татарской крови в русский генофонд, видимо, вошли некоторые свойства: властное упорство, выносливость в труде и в бою, стремление, претерпевая боль и жилясь, пересилить противника…

Мой покойный друг, знаменитый русский поэт военного поколения Александр Петрович Межиров (между прочим, называвший самое слово «татары» благородным и из любви к Тукаю посвящавший в своём семинаре на Высших литературных курсах целое занятие его творчеству) говорил, что на фронте командиры рот мечтали, чтобы свежее пополнение было из Татарстана. О том же писал и Лев Гумилёв (я вовсе не являюсь поклонником его фантасмагорической историософской беллетристики, но чту подвиг его жизни): «Только русские и татары могли спать на голой земле…» Мне кажется, русские и татары так вот и стали навсегда неразделимы, благодаря всему совместно пережитому в столетиях и особенно в миновавшем веке…

Памятник Габдулле Тукаю в Москве

В своё время я перевёл одиннадцать стихотворений Габдуллы Тукая, из этих переводов более удавшимся мне кажется переложение стихотворения «Казань и Закабанье». Пожалуй, выскажу здесь некоторую обиду: всё же издательство, переиздавшее мои переводы к нынешнему юбилею, могло бы обратиться ко мне за разрешением, пусть это была бы простая, ничего не стоящая вежливость. Могли бы и пригласить меня на открытие московского памятника Тукаю. Но, Бог с ним, как говорится, проехали… Несколько лет назад мне вместе с известным московским поэтом Игорем Шкляревским пришлось взяться за составление книги «Сказаний золотая дань — тысячелетию Казани», которая к юбилею татарской столицы была издана с предисловием В.В. Путина. В этот антологический сборник вошли русские стихи о Татарстане и татарах, избранные переводы из татарской поэзии. Я решился включить в книгу и одно собственное стихотворение, которое называется «Татары». Говорится в нём и об участи Тукая…

— Тукай не раз заявлял о своём ученичестве у Пушкина, Лермонтова, Кольцова. Потом он это своё увлечение передал многим поэтам языков группы тюрки. Как Вам кажется, что именно зажгло Тукая, и что передаётся при переходе поэтического сочинения из языка в язык, из одной культуры в совершенно иную? А быть может, это иллюзия, что нечто можно передать?

 

— Любовь Тукая к русской поэзии и русской культуре известна. Всё это имело большое значение не только в его личной судьбе, но и потому, что в Татарстане, как и вообще на исламском Востоке, поэт является не просто сочинителем, но и наставником родного народа, авторитетнейшим из учителей…

Что касается проблемы перевода, то в неё почему-то не хочется сейчас глубоко погружаться. И могу предложить только собственную формулу: Поэзия непереводима, но если поэта переводит не профессор филологии, а поэт (пусть даже меньший) — может пройти чудо… и на руинах подлинника возникнет Поэзия, близкородственная этому подлиннику, позволяющая составить о нём близкое к истине представление.
ТАТАРЫ

В заревой степи сиреневой,
В буйной зелени полей
Предки дальние Тургенева
Мне становятся милей.

Ведь слились с былинной удалью,
Затопив мордву и весь,
Эта сила крепкогрудая
И выносливость и спесь.

И явились с гордым норовом,
В чванном блеске и красе,
Чаадаевы, Суворовы
И Рахманиновы все.

С ними точно одинаковы
И естественно в свойстве
Хомяковы и Аксаковы
В белокаменной Москве.

Было так, но тем не менее
Позабыто, сметено…
И туманное видение
Мне мерещится одно:

Два чахоточных татарина,
Номера торговых бань,
В мыле розовом проварена
Золотистая Казань.

Непутёвому товарищу,
Допивающему чай,
Молодой и умирающий
Улыбается Тукай.

Габдулла Тукай
(перевод Михаила Синельникова)
КАЗАНЬ И ЗАКАБАНЬЕ
1

Коль заводят о Казани на любом наречье речь,
Не забудут о Кабане — им никак не пренебречь!

Вместе озеро и город воспевает наш язык,
Оттого ль, что чтить с любовью славу прежнюю привык?

Этот город — просто город и совсем не золотой,
Да и озеро — простое, не с кавсарскою водой.

А вглядишься — в этих водах есть поэзия своя,
И фантазией народа их расцвечена струя.

Я однажды «Кисекбаша» растянул тугую нить
И сумел на дно спуститься, оглядеться, оценить.

Но ещё не забредал я в заозёрные края —
Может быть, ленив?.. Чего-то, может быть, стесняюсь я?..

Но клянутся те, что были в той далёкой стороне,
Что не счесть диковин чудных в заозёрье и на дне.

2
Говорят, в том заозёрье правит старая яга,
Велико её именье и мошна у ней туга.

Если к озеру девица, запозднившись, забредёт,
То на терем заглядится так, что глаз не отведёт.

Весь сияет терем дивный — тянет, манит, силы нет!
Он в огнях стоит красивых — синий, красный, белый цвет!

Если девушки заходят, заблудившись, в этот дом,
Не выходят, пропадают, исчезают талым льдом.

Ублажают девы ведьму вечерами напролёт,
То одна ей пятки чешет, то другая спину трёт.

Чтобы космы расчесать ей, грабли девушкам нужны.
Проведут коня с повозкой — это ей массаж спины.

Нежится яга, а рядом гармонисты целый день
Всё играют, разливаясь, — тюбетейки набекрень.

Дядюшка Гайфи! Ты помнишь, как хвалил ты эту прыть?
Мол, у них так быстры пальцы — глаз не может уследить!

3

Только волосы расчешут, и уж вся тут недолга:
Дев несчастных в подпол прячет распроклятая яга.

Как соловушек иль куриц, сунув девушек в подклеть,
Знай, кидает им орехи, чтобы начали жиреть.

А как только разжиреют — час придёт огонь разжечь,
В полночь трудится старуха, жарче ада топит печь.

Тянет девушку за косы, для себя готовит пир,
А в руках яги лопата — велика она, как мир.

Говорит: «Садись-ка, дочка, на лопату, да не вой».
Не поморщившись, кидает прямо в пламя головой.

Говорят, в чулане дома всё девичьи тушки сплошь,
Все, конечно, мусульманки, а Катюшки не найдёшь.

На крюках повисли тушки Рабиги, Гайши, Марьям,
И копчёные свинушки — что за ужас! — тоже там.

Тут же курица кудахчет, трутся свиньи — вот куда
Для стыда и униженья брошена любви звезда!

Сноски-пояснения к первой части стихотворения:
К а б а н — озеро в окрестностях древней Казани.
К а в с а р — сладостный источник в Раю, согласно Корану.
«С е н н о й б а з а р, и л и Н о в ы й К и с е к б а ш» — поэма Тукая

Источник: http://www.islamnews.ru

 

Читать далее...