В Латвии латыши и русские голосуют по этническому признаку

Латвийский публицист Александр Гильман опубликовал в рижской газете «Сегодня» свои размышления о состоявшихся в стране 6 октября выборах в Сейм. По словам Гильмана, эти выборы еще раз ярко подчеркнули факт существования в государстве двух резко обособившихся друг от друга национальных общин — и русские и латыши голосовали за «своих».

Гильман рассказывает, что, например, в предвыборных списках латышской партии «Развитию/За!» (в дальнейшем «РазЗа») он насчитал семь человек с русскими именами-фамилиями. «Я про большинство из этих людей знаю мало, примерно столько же, сколько избиратель. Но это не мешает избирателю действовать весьма решительно. В Риге последние три места при огромном количестве вычеркиваний заняли Сергей Акулич, Сергей Погорелов и Александр Буслаев, в Латгалии — Мила Орлова, в Земгале предпоследняя Дарья Смирнова, на одно место выше — Артур Лунев. От последнего места этих людей спасла лидер списка Илзе Винькеле, которую по каким-то другим причинам возненавидел тамошний электорат. Другая партия с аналогичной риторикой кота Леопольда — „Прогрессивные“ — в парламент не прошла, но избиратели этого знать не могли и охотно ставили плюсы и вычеркивания. Последних в Риге больше всего у двух единственных в списке выраженных русских кандидатов — Антонины Ненашевой и Дмитрия Маркова. Разумеется, те же процессы происходят и в тех латышских партиях, которые не обременяют себя излишней политкорректностью. Записался в „Новую консервативную партию“ в Курземе некий Игорь Степанов — и уверенно съехал на последнее место», — отмечает публицист.

Он добавляет, что и по рижскому списку партии «Кому принадлежит государство» (KPV LV) можно судить о разных степенях дискриминации людей с «неправильными» именами и фамилиями. «Юдите Волкова — русская фамилия, латышское имя — пятая с конца. Елена Пармале — наоборот, и она третья сзади. Константин Ульбик и Максим Бартушевич, судя по именам, точно не латыши, но, скорее всего, и не русские, поэтому один из них предпоследний, а второй — четвертый с конца. А вот с Галиной Максимовой все ясно — она последняя. Нечего и говорить, что первые 33 места заняли несомненные латыши. Еще один интересный пример этнически—расового подхода. В списке „РазЗа“ есть перебравшийся в Латвию афроамериканец Джордж Ронни Стил. Он занял второе место по вычеркиваниям — очевидно, расистам не понравилось наличие иностранца. Зато и плюсиков у него много: США ведь наши союзники, плохой человек оттуда не приедет. В результате 27—е место по рейтингу из 38 друзей—соперников», — иронически пишет Александр Гильман.

Он приводит и явное исключение из этого правила. «Мария Голубева от „РазЗа“ избрана депутатом. И чтобы это объяснить, надо понять, кто в Латвии является латышом, а кто нет. Совершенно очевидно, что подход по анализу фамилии ущербный: много смешанных браков, их потомки давно выбрали, к какой части общества относятся, но фамилию предка сохранили. Социологи обычно спрашивают о языке семьи. Но избиратель такой вопрос задать не может, да и он не все определяет: в смешанных семьях нередко используются оба языка. Поэтому я предлагаю ввести такой термин: „политический латыш“. И соответственно „политический русский“. Вот Голубева и есть такая политическая латышка. Она уже лет двадцать работает в структурах Фонда Сороса, много публикуется — обычно по-латышски, иногда по-английски и практически никогда по-русски. Избиратель ее знает, считает своей, охотно ставит плюсики и относительно редко вычеркивает. А вот об Акуличе, Погорелове и Буслаеве ему ничего неизвестно, и их от греха подальше подвергают остракизму. Подобная логика провела в Сейм Андрея Юдина при жесточайшей конкуренции в рядах потерявшего избирателя „Единства“. Уж он-то точно это заслужил своими одиозными законопроектами — одна пресловутая „тривиализация“ (будучи депутатом Сейма, Юдин предложил закон, карающий за „тривиализацию“ понятия советской „оккупации“ — EADaily) чего стоит. Другой многолетний депутат неправильного происхождения Алексей Лоскутов старался меньше и остался далеко за чертой. Хотя и он несомненный „политический латыш“. Интересен казус Анастасии Ненашевой из „Прогрессивных“. Да, ее вычеркивали больше, чем остальных. Но все равно по общему балансу она стала второй, получив много плюсиков. Дело в том, что она возглавляла список по Риге. Очевидно, избиратели из уважения к рангу авансом назначили ее „политической латышкой“», — предполагает Гильман.

Практически аналогичную картину, по его словам, можно увидеть и в оппозиционной партии «Согласие», но с противоположным знаком. «Партия, опирающаяся на русского избирателя, перед выборами насытила свой список людьми с латышскими фамилиями. Но в сейм из них прошли главным образом „политические русские“. Это люди, говорящие по-русски охотно и почти без акцента, нередко известные своей советской биографией. Янис Урбанович, Янис Адамсонс и Артур Рубикс — однозначно русские политики. Постепенно таким становится и Иварс Зариньш: помните, как он защищал договор партии о сотрудничестве с „Единой Россией“ буквально за несколько дней до того, как „Согласие“ от этого договора отказалось? А вот остальным пришлось трудно. Партия выдвинула кандидатов в министры и затратила огромные средства на их рекламу. Не стоит говорить о тех, кто был известен благодаря предыдущему политическому опыту — их и так избрали бы. Из новичков прошла Любовь Швецова — с именем и фамилией все в порядке, да еще и почти полная тезка героини „Молодой гвардии“, это всегда хорошо. А вот Раймонд Рубловскис стал по Риге 25-м, Улдис Ликопс — вообще 33-м. Стоило ли на портреты на троллейбусах тратиться? То есть, в столице этническое голосование непреодолимо. В провинции не столь жестко. Эвия Папуле, лидер списка в Видземе, с первого места сползла на третье, но все же стала депутатом. Гунтис Гринвалдс был вторым, остался седьмым — это безнадежно далеко. Анрийс Матисс возглавлял список Курземе, много проиграл известному политику из Лиепаи Валерию Агешину, но вторым остался и не прошел», — констатирует Гильман.

Он, впрочем, оговаривается, что Латгалия не вписывается в эту логику. «Там избрали шестерых депутатов. Понятно с теми, кто в нынешнем Сейме: Иван Рыбаков, Владимир Никонов и Янис Тутинс — бывший мэр Резекне, типичный „политический русский“ с латышским именем. Об остальных я раньше не слышал. Можно предположить, что Янису Кришансу поверили, как лидеру списка, Инге Голдберге — как кандидату в министры. Что помогло Эдгарсу Куцину подняться с десятого места на третье, я не знаю. Зато еще один кандидат в министры Иварс Залитис показал результат, как будто дело происходило в Риге: был третьим, стал одиннадцатым. Пора делать выводы. Голосование в Латвии было и остается этническим. Исключение составляют очень известные люди, которых избиратель хорошо знает и считает своими. Но те, кого большинство не знает, обречены на провал. Тем более обидный, что он совершенно не заслужен: люди хотели как лучше, тратили на кампанию время и деньги, а оказались очень далеко за чертой. Для латышских партий это правило работает абсолютно. Для русских (точнее для „Согласия“, в „Русском союзе Латвии“ малоизвестных латышей практически нет — в Риге железобетонно, в других округах — со значительной вероятностью, в Латгалии вопрос требует отдельного изучения», — заключает Гильман.

Добавим, что упомянутая Гильманом депутат 13-го Сейма Мария Голубева, представляющая список «Для развития/За!», призналась в интервью порталу Jauns.lv, что уже многие годы живет с подругой Дианой, с которой они недавно отпраздновали 25-летний юбилей совместной жизни. Она пояснила, что свою личную жизнь не скрывает, но и особо не афиширует. Голубева добавила, что в этом году они с сожительницей принимали участие в этом году в рижском «Балтийском прайде». Депутат уверена, что в Латвии необходимо принять закон о совместной жизни, который бы включал в себя и права однополых пар.
Источник: EADaily

Лекториум он-лайн

Анастасия Гачева: Октябрьская революция как предчувствие космоса



Вам также может понравиться

Добавить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать данные HTML теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>