В Латвии «разрешили» русский язык, чтобы на нем агитировать

Перед парламентскими выборами, которые состоятся в балтийской республике осенью, «национально ориентированные» политики пытаются туже закрутить гайки.
А правительственная коалиция понимает, что призывать русскоязычных голосовать за себя на латышском — бесполезно.© Фото из архива А.Мамыкина

Парламентская комиссия Сейма Латвии отклонила законопроект о допустимости предвыборной агитации только на латышском языке, предложенный национальным объединением «Все для Латвии» — «Тевземей ун Бривибай»/ДННЛ (ВЛ-ТБ/ДННЛ). То есть агитировать на русском можно, а вот учиться на нем, как известно, скоро будет нельзя. Какое-то противоречие получается.

«Нет тут никакого противоречия, — комментирует этот парадокс „Росбалту“ депутат Сейма Латвии от партии „Согласие“ Игорь Пименов. — Есть осознание опасности большинством руководителей партий правительственной коалиции. Им на латышском призывать голосовать за себя русскоговорящего избирателя — значит его потерять. Национальному объединению это не грозит, оно с русским избирателем никогда не церемонилось и теперь на него не может рассчитывать. Другое дело Союз зеленых и крестьян, „Новое единство“. Им каждый голос важен».

Однако это не единственное предложение, внесенное националистической коалицией в условиях начавшейся предвыборной лихорадки — выборы в Сейм состоятся 6 октября. В поправках к Закону об электронных СМИ предлагается, чтобы не менее 20% транслируемых радиостанциями песен и музыки были «от отечественного производителя». По мнению Пименова, они вряд ли пройдут. Ведь даже если очень постараться и заполнить пятую часть эфира «своим», то это наверняка снизит интерес к этой станции, и это хорошо понимают политики, часто появляющиеся на радио и ТВ.

Также комиссия Сейма по правам человека начала рассматривать поправки, которые призваны ограничить ретрансляцию российских каналов. По выражению политика, у них, скорее всего, также будут «короткие ноги». Едва ли, по его мнению, власти Латвии хотят прослыть в Европе «гонителями свободы слова». Хотя с этим тезисом можно и поспорить: разве в ЕС не рассматривают различные проекты по борьбе с «российской пропагандой»?

Или если взять в качестве примера нашумевшую реформу образования, подразумевающую переход школ национальных меньшинств на латышский язык обучения.  Европа против них как-то не особенно громко протестует. Правда, докладчики ООН обратились к Латвии, выражая озабоченность по поводу того, что поправки в закон были внесены без предварительных консультаций с меньшинствами.

«Государство нарушило свои международные обязательства, которые взяло на себя, ратифицировав в 2005 году Рамочную конвенцию Совета Европы о защите национальных меньшинств, — отмечает Пименов. — Конвенция указывает, что в случае достаточного „спроса“ в регионах со значительным или традиционным присутствием лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, государство должно стремиться обеспечить, чтобы они имели надлежащие возможности изучать родной язык или получать на нем образование».

В «остальной» Европе именно так и происходит. Венгры составляют всего 5,6% населения Румынии, но в регионах компактного проживания их дети учатся в школах от первого до последнего класса на родном языке — за счет госбюджета. Немцы Южного Тироля в Италии, в провинции Больцано-Боцен, учатся в школах на немецком языке, итальянский изучается как отдельный предмет. Шведы Аландской автономии Финляндии получают образование на шведском. Датчане южного Шлезвиг-Гольштейна в Германии учатся в датских школах на своем языке, немцы Северного Шлезвиг-Гольштейна в Дании, соответственно, — на немецком. В провинции Льеж в Бельгии немцы также обучаются в государственных школах на немецком языке. Может, Латвия — не совсем Европа в осуществлении языковой политики?

А ведь согласно переписи населения 2011 года, 37,9% жителей Латвии говорят дома не на латышском (почти все — на русском). Учились на языках национальных меньшинств в этом учебном году 28,3% школьников. Таким образом «спрос» выражен более, чем очевидно, но… «Государство не только отмахивается от выполнения своих обязательств, когда отказывается учитывать спрос на обучение на языке семьи в бюджетных школах, но и указывает на каком языке учить в частной школе, что есть прямое нарушение Рамочной конвенции, — отмечает Пименов. — Перевод школ на латышский — политический проект, призванный укрепить власть вполне конкретных политиков. В Латвии к русскоязычному меньшинству относятся, как к препятствию, которое следует устранить. Мне возразят: но ведь от других меньшинств не слышно жалоб! Отвечу: другие находятся „под зонтиком“ своих посольств.  Все, кроме русских. Только с Россией наше правительство отказывается подписать соглашение в области образования».

Но власти Латвии говорят, что при переходе к образованию исключительно на латышском языке произойдет «интеграция русскоязычного населения». Конечно, добиваться «интеграции» после почти 30 лет независимости, довольно странно, но, может, лучше поздно, чем никогда? Да и министр иностранных дел Латвии Эдгар Ринкевич неоднократно обещал, что при проведении реформ меньшинствам гарантируется сохранение и развитие их языка, этнической и культурной идентичности в соответствии с конституцией страны.

«Говорить-то можно, и кого-то это убедит, но поддержку остальных государство может потерять, — утверждает депутат. — Почитайте Основы государственной политики национальной идентичности и интеграции, принятые семь лет назад. Суть политики интеграции в том, что, живя в Латвии, этническую идентичность „инородец“ еще сохранит, но быть „частью страны“ можно, только став латышом. Повсеместное использование русского языка предполагается едва ни главным препятствием для интеграции общества. Перевод школ на латышский — это последовательное проведение политики интеграции. Оно разрушает доверие к государству, о каком сплочении общества тут можно говорить?»

Также разработанные Министерством образования и науки республики поправки к Закону о высшем образовании предусматривают, что запрет обучения на не официальных языках ЕС, в том числе на русском, будет введен уже с начала 2019 года даже для частных вузов и колледжей. То есть получается, на «востребованном» румынском или венгерском — преподавать можно (кстати, совет иностранных инвесторов даже высказал мнение, что для преподавателей частных вузов знать латышский язык необязательно). А ведь треть всех студентов частных вузов Латвии учатся сегодня на русском. К чему может привести осуществление данных планов Минообразования? Очевидно к тому, что русскоязычные студенты-иностранцы переедут в Литву и Эстонию.

В общем, все это выглядит так, как будто вопрос с реформой образования в Латвии закрыт окончательно. Однако протесты продолжаются.  Очередной митинг в защиту русских школ собрал 4,5 тысячи участников. Подано заявление в Конституционный суд с требованием признать новые законы об образовании не соответствующими основному закону и международным обязательствам Латвии. «К осени будет опубликовано заключение ОБСЕ о выполнении Латвией Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств, которое передано в правительство для рассмотрения. Предвижу в нем много неожиданностей для нашего „бомонда“. Ничего не закончилось. В политике не бывает окончательных решений», — резюмирует Пименов.

Петр Жук, Рига, Латвия

Источник: Росбалт

Лекториум он-лайн

Этнологическая экспедиция на Памир



Вам также может понравиться

Добавить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать данные HTML теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>