Евразийство, в качестве социально-философской и геополитической доктрины, которая характеризует Россию как самобытную евро-азиатскую, славяно-туранскую цивилизацию, одновременно отличающуюся и от Запада, и от Востока, остается в общественной повестке и не теряет своей актуальности [1, с. 7]. Исторически ее возникновение пришлось на начало ХХ века, став ответной реакцией на социально-политические потрясения, которые в тот момент происходили в России, а также попытки либерально-демократических сил встроится в западноевропейский цивилизационный проект. На фоне этих драматических событий, идеологи раннего евразийства неоднократно предупреждали, что ни ее приспособление к общечеловеческим ценностям либерализма, ни изменение политического строя русского государства не снимут напряжения и противостояния с Западом.
Особую актуальность идеи евразийства приобретают сегодня, когда в результате закулисных игр мировых элит, на территории постсоветского пространства, Евразии, был фактически искусственно спровоцирован военный конфликт между Россией и Украиной, а скрытая деятельность иностранных спецслужб по созданию вокруг Российской Федерации «пояса нестабильности» лишь набирает обороты, угрожая основам ее существования.
В этой связи крайне показательна траектория постсоветского развития самой Украины.
Национальная политика Украины
После распада советской империи Россия, Белоруссия и Украина, несмотря на общие славянские корни и социокультурную схожесть, пошли по принципиально разным путям политического устройства. Так, в обновленной Российской Федерации, после небольшого периода правления олигархов и радикальных либералов, возник правящий режим во главе с Президентом В. Путиным основанный на блоке административно-бюрократической и военной (силовики) элиты. Как отмечает проживающий в США исследователь П. Турчин: «Победа административно-военной элиты ознаменовала возвращение к исторической модели, которая характеризовала систему власти в России по крайней мере с пятнадцатого века, поскольку политическая культура имеет склонность к устойчивости и обыкновенно восстанавливается даже после серьезных потрясений» [2, с. 229].
В Белоруссии благодаря жесткой, но оправдавшей себя в итоге, политике А. Лукашенко олигархические группы вообще не пришли к власти. В плане официально декларируемой идеологии в сфере национальной политики в Белоруссии, как и в России, в целом была реанимирована советская концепция «дружбы народов», а также евразийской интеграции государств постсоветского пространства, что в результате дало положительный эффект, особенно на фоне общей нестабильности, вызванной распадом СССР.