Соловки: воздадим память праотцам!

История Соловков – Соловецкого архипелага, расположенного в Белом море, полна загадок, неразрешимых, неисследованных до сих пор. И загадки эти настолько ошеломляющи, что лично меня потрясает и глубина их, и то, почему при столь открытой, вызывающей доступности к самому существованию этих тайн, никто до сих пор не разгадал и не раскрыл их. А ведь даже незначительное реальное проникновение в сущность этих загадок может принести колоссальные, мировые научные открытия, поменять давно установившиеся концептуальные подходы к истории целых народов.
Был в моей жизни маленький период в середине 80-х годов, когда уважаемый мною тогдашний руководитель Ленинградской студии документальных фильмов Виталий Познин, с учётом моего беломорского происхождения, обратился ко мне с просьбой написать сценарий о современных Соловках. Я с большой охотой взялся за хорошее и нужное дело, залез в справочники, уже опубликованные архивные и исторические данные, и написал его. Он был одобрен и принят к производству редколлегией киностудии.
Уже тогда, прорабатывая накопленный в процессе работы над сценарием материал, я осознал: он бесконечен, мои попытки закончить то простенькое, необходимое для маленького фильма исследование о первоистоках Соловков, о их возникновении и развитии не приводят к логичному завершению. Всё время всплывало что-то новое, и это новое уходило вглубь… И то, что скрыто в глубине, представляло тайну из тайн…

Читать далее...

Друзья из Эфира

Новая гиперборейская теория

Антропогенез — часть биологической эволюции, которая привела к появлению человека разумного — Homo sapiens sapiens. Изучением антропогенеза занимается множество наук, в частности антропология, генетика, лингвистика.

О философии рождения Человечества, о миссии антропогенеза мы сегодня расскажем вам…

Начало

Давайте вспомним, как все начиналось, как в любви Вечного синего неба и мамы-Африки родился первый наш пращур.

Мама-Африка и сынок (Opuwo, Namibia)

Мы воспаряем в эмпиреи грядущего, стучимся в будущее цивилизации, но без знания момента старта, точки начала — вряд ли мы будем на это способны. Чтобы двигаться вверх — надо отчего-то со всей силой оттолкнуться.

В нашем случае старт антропогенеза и момент рождения человека, который по мнению очень многих антропологических школ не изменился с тех пор (с момента рождения Хомо сапиенс где-то несколько миллионов лет назад) ни на йоту!

Читать далее...

Петрозаводская «Гиперборея» из года в год пользуется все большей популярностью

В субботу в Петрозаводске прошли основные мероприятия международного зимнего фестиваля «Гиперборея — 2013», которые, по данным полиции, посетили более 4,5 тысяч человек. Об этом сообщает Onego.Ru

Читать далее...

Скифский квадрат

Загадочный «скифский квадрат», о котором нам поведал «отец истории» Геродот, не может не волновать хоть сколько-нибудь склонный к романтизму ум. Для того же, кто видит в подобном «геометризме» не древнюю фантазию, но сакральный символизм, подобное волнение более чем чувствительно.
Мы можем с полным основанием утверждать, что Скифия представляла собой сакральную империю — многонациональное государство, возглавляемое непосредственными предками восточных славян — русов, «племенами», которые занимали восточную часть праславянского мира (многие историки считают нужным говорить о наличии внутри него двух культурно-диалектных ареалов). Здесь имеется ввиду древнейшее население Приднепровья, всегда отличавшегося высоким уровнем развития материальной культуры (пашенного земледелия и ремесел), который и позволил ему стать основным центром восточного славянства во времена Киевской Руси. В 1 тыс. до н.э. Приднепровье входило в состав т.н. «Геродотовой Скифии», описанной Геродотом (5 в. до н.э.) как «квадрат», ограниченный с юга — Черным морем, с запада — Днестром, с севера — реками Конская и Донец, с востока — Доном.По нашему мнению, Приднепровье тогда представляло собой ядро могущественного скифского государства, включавшего в свой состав (в основном) славян-земледельцев (доминирующий этнос) и северных иранцев-кочевников, а также — кельтские, фракийские и балтские племена.
Наличие славянского элемента внутри Скифии отмечалось еще в 19 в. такими историками, как П.И. Шафарик и И.Е. Забелин, однако наиболее полная и систематизированная аргументация в его пользу была приведена академиком Б.А. Рыбаковым. Последний осуществил подробнейший социокультурный анализ легенды о происхождении скифов, которая дошла до нас в пересказе Геродота (записавшего ее со слов ираноязычного рассказчика). Легенда рассказывает о трех сыновьях прародителя скифов Таргитая — Липоксае (Гора-Царь), Арпоксае (Царь водных глубин) и Колаксае (Солнце-Царь). В ней фигурирует, в качестве священного предмета, плуг с ярмом, что сразу исключает ее принадлежность к собственно скифам — ираноязычным кочевникам. К ее носителям можно отнести только «скифов-земледельцев» (иначе — «скифов-пахарей») — разделение скифов на две части — кочевую и земледельческую — составляет один из важнейших элементов геродотовой системы описания скифов. Скифы-земледельцы помещаются «отцом истории» в район Среднего Приднепровья (античный историк называет их «борисфенитами», т.е. «днепрянами»), входившего в состав т.н. «чернолесской» археологической культуры (10-8 вв. до н.э.), которая удивительнейшим образом (по весьма сложной конфигурации) совпадает с зоной древнейших славянских гидронимов, т. е. может с полным основанием считаться праславянской. Последующие культуры Среднего Приднепровья, в том числе и т.н. «скифская» (7-4 вв. до н.э.), сохраняют преемственность от чернолесской. Получается, что скифско-земледельческая культура времен Геродота является славянской, следовательно, славянами являются и носители легенды.
Показательно, что скифы в указанной легенде называются еще и сколотами, а этот этноним великолепно этимологизируется на славянской основе. Очевидно, он произошел от реконструированного праславянского слова *kolo («колесо», «плуг»), восходящего к общеиндоевропейскому *kuolo, производному от глагольной основы *kuel — («двигаться», «вращаться»). В пользу славянства сколотов говорит и название самого мощного их «племени» (правильнее говорить — диалектно-бытовой группы) — паралатов. Учитывая крайнюю легкость перехода «р» в «л» и «а» в «о» его можно считать иранизированной формой этнонима «поляне», естественно, звучащего в 1 тыс. до н.э. несколько иначе, очевидно — палы (некие палы — спалы — спалеи локализуются в Северном Причерноморье Диодором Сицилийским в 1 в. до н.э., Плинием Младшим в 1 в. н.э. и Иорданом в 5 в.)
Методология Рыбакова позволяет значительно приблизиться к истине, однако она имеет существеннейший изъян. Уважаемый академик слишком много внимания уделяет различиям между славяно-скифами и скифо-иранцами, делая это в ущерб их сходству. А между тем, сам Геродот считал нужным именовать сколотами (признавая этот синоним самоназванием) всех скифов и приписывать всем им (как земледельцам, так и кочевникам) одну этногенетическую легенду. Конечно же, такой подход во многом неправомерен, т.к. он, в свою очередь, игнорирует факты этнического различия, существовавшего внутри Скифии. (Сам этноним «скифы» — греческого происхождения. Так называли эллины всех жителей Скифии вообще, и кочевников-иранцев в частности. Очевидно, оно получило столь широкое распространение, что его стали использовать как славяне, так и северные иранцы, чье исконное самоназвание — «саки»). Вместе с тем нельзя не допустить наличие какой-то причины, заставившей Геродота пойти на подобное объединение.
Такая причина, безусловно, была. Скифское единство и в самом деле следует считать исторической действительностью, только не этнической, а социальной, точнее — социально-политической. Очень часто историки упускают из виду то, что определенный термин может иметь одновременно и этническое, и социальное значение. Здесь наблюдается наличие двух значений одного того же слова: исследователь имеет дело и со сколотами как народом (славянским), и со сколотами, выступающими в качестве поданных единого многонационального государства имперского типа.
Именно таким государством была Геродотова Скифия. Это утверждение многим покажется неправдоподобным, однако, при внимательном рассмотрении проблемы любой непредвзятый наблюдатель придет к выводу, что только оно и является единственно правильным. Во-первых, сам Геродот описывает Скифию как нечто единое. Вряд ли здесь достаточно наличие лишь культурного единства, слишком уж четко отграничен от других регионов знаменитый «квадрат», называемый «отцом истории» «великой страной». Кроме того, культура не могла бы стать главным фактором, объединяющим славян и скифо-иранцев. Геродот сообщает, что для борьбы с Дарием скифы выставили 400-тысячное войско. Для создания такой армии необходимо политическое единство и весьма многочисленное население. Во-вторых, только признав существование единого скифского (сколотского) государства, можно объяснить почему Геродот приписывает легенду славян-земледельцев всем обитателям «квадрата». Совершенно очевидно, что он просто исходил из наличия их гражданского единства. Зная о том, что: 1) сколоты — самоназвание славян, доминирующих в военно-политическом отношении; 2) сколоты — название всех граждан Скифии; он объединил эти два значения в одно, и не стал особо вдаваться в этнические тонкости, приписав этому «одному» конкретную славянскую легенду. Подобным образом, поступают, скажем, современные французы или немцы, считая татарина или чукчу русскими — они имеют ввиду принадлежность к Российскому государству, не утруждая себя разделением на конкретные этносы.
Государство, конечно же, могло быть только славянским, т.е. славяне-сколоты доминировали в военно-политическом и экономическом отношении. Лишь славянское Приднепровье с его богатейшей земледельческой и ремесленной культурой, с мощными городищами и укрепленными крепостями имеет право претендовать на роль этнического «ядра», цементирующего всею имперскую многонациональную систему, известную как Скифия.
Примерную дату его возникновения определить достаточно легко. Геродот дает вполне конкретный ориентир — согласно «отцу истории» три брата прародителя жили за тысячу лет до прихода на скифские земли войск персидского царя Дария, т.е. где-то в 16 в. до н.э. (Кстати, именно этим временем археологи датируют появление славян в районе Приднепровья.) Тогда и было создано мощное славянское государство — царство сколотов.
Мы предлагаем обратить особое внимание на слово «царство», которое нужно понимать именно в плане наличия у сколотов монархической государственности. Скифские цари, о которых столько много пишут античные авторы, не были племенными вождями, как то утверждается многими представителями «официальной» науки, давно уже обуянной идеей фикс — принизить любую древность. Достаточно взять для примера скифского царя Атея, объединившего, по данным Страбона, земли от Дона до Дуная. Атей вел себя как равный на переговорах с царем Филиппом II Македонским и чеканил собственную монету.
Вряд ли столь обширная скифская территория, заселенная разными народами (по данным письменных источников и археологии в интересующем нас регионе проживали еще фракийцы и кельты), управлялась посредством варварской системы т.н. «военной демократии», предусматривающей власть народного собрания (веча, тинга и т.д.). Еще менее вероятно, что варварская «демократия» была способной к организации столь длительной и победоносной военной экспансии, которая характерна для скифов. Известно, что скифы 28 лет господствовали в Передней Азии, собирая дань с тамошних народов. Прекратить их господство смог только мидийский царь Киаксар, заманивший сколотских вождей на пир и вероломно их убивший. Но даже отступавшее, лишенное предводителей войско сколотов сумело разгромить государство Урарту. Сколоты участвовали в разгромных походах на Ассирию, дошли до границ Египта, чей правитель поспешил умилостивить их богатыми дарами и «мольбами убедил далее не продвигаться» (Геродот).
В 5 в. до н.э. персидский царь Дарий I двинул на Скифию 700 тысячное войско, однако, так и не смог покорить сколотов, отступив с позором. Характерно, что скифы сумели выставить против него 400 тысяч бойцов. Через сто лет попытку завоевать Скифию предпринял Филипп II — отец знаменитогоАлександра Македонского. В исторической литературе почему-то бытует мнение, что он разгромил Скифское царство, но римский автор Помпоний Мела сообщает: «Некогда два царя, осмелившиеся не покорить Скифию, а только войти в нее, именно — Дарий и Филипп — с трудом нашли путь оттуда».
Получается, Филипп был сам разбит скифами. При этом Помпоний в другом месте своего сочинения сообщает уже о том, как скифы «были побеждены хитростью Филиппа». Тут имеет место быть либо произвольная правка текста кем-то из переписчиков, либо изложение двух, отличных друг от друга событий. Вероятнее всего второе — Филипп не одерживал победы над сколотами, ее одержал его сын Александр Македонский, ходивший на них походом в правление своего отца (об этом сообщает Геродот). Просто было осуществлено два похода — один, неудачный, возглавлял Филипп, другой, удачный (приписываемый Филиппу) — его гениальный сын.
Кстати, уже в правление Александра Македонского, скифы нанесли поражение его полководцуЗопириону. Римлянин Помпей Трог рассказывает: «…Зопирион, оставленный Александром Великим в качестве наместника Понта, полагая, что его признают ленивым, если он не совершит никакого предприятия, собрал 30 тысяч войска и пошел войной на скифов, но был уничтожен со всей армией…»
Сколоты устраивали походы и на запад. Они доходили до Центральной Европы. Наконечники скифских стрел в большом количестве находят на месте современного Берлина. В 1 тыс. до н.э. здесь проживали племена т.н. «лужицкой археологической культуры», которую многие археологи считают праславянской. Скорее всего войны скифов с лужичанами преследовали цель объединения восточного и западного ареалов древнейшего славянства под скипетром сколотских царей.
Перед взором исследователя предстает не типичная варварская экспансия (подобная экспансии кельтов и германцев), но широкомасштабное геостратегическое распространение имперского этноса, управляемого царями, которые, к слову сказать, опирались на сформировавшуюся прослойку военной знати — археологические раскопки в древнем Приднепровье (1 тыс. до н.э.) позволяют говорить о наличии в крае богатейшей и влиятельной прослойки знатных людей (Помпей Трог пишет о неких скифских вельможах).
Скифское царство пало под натиском сарматских кочевых орд в 3 в. до н.э., однако, приднепровская государственно-политическая традиция не прекратилась. Не позднее 4 в. н.э. поляне (паралаты-палы-спалы-спалеи) устанавливают новую империю, подчеркивая ее преемственность от Скифии. Во «Велесовой книге» об этом сказано следующее: «…Русь поднялась своей силою и отразила гуннов, сотворив Край Антов и Скуфь Киевскую». (дощ. II 7 в.) Скуфь Киевская (Великая Скуфь, о которой писали византийцы) — это известное всем со школьной скамьи государство Киевская Русь. Оно возникло вовсе не в 8 — 9 вв., как уверяет академическая наука, но гораздо раньше.
Скифское царство, описывается Геродотом как геометрически правильный квадрат. Это всегда вызывало недоумение у историков, воспитанных в духе рационализма и склонных обвинять «отца истории» в фантазировании или использовании фантастических сведений. На самом же деле Геродот имел ввиду не военно-политические, а сакральные границы Скифии — первые, безусловно, могли не совпадать со вторыми — действительно, крайне сложно расселяться в пределах точно очерченной геометрической фигуры. Зато сравнительно легко очертить сакральные пределы государства, указывая тем самым на его основу, существующую в виде некоей территории, символизирующей определенные небесные, потусторонние реалии.
Что же символизировал сколотский тетрагон? Для ответа на поставленный вопрос нужно вспомнить о древнейшей, сакральной «геометрии», использующей четкость фигур в целях характеристики символического значения основных территориальных единиц — страны и города. Вообще, страна в системе традиционного мировоззрения всегда воспринималась как продолжение главного, столичного города — в принципе, их считали чем то тождественным. От этого отождествления и произошло русское «гражданин» (ср. со словом «град») и английское «citizen» (ср. со словом «сity» — «город»). И страна, и город представлялись чем-то строго очерченным, ограниченным, отгороженным. И здесь уже прослеживается связь слов «город» и «сад» («огород»), сам город представлялся как образ небесного, райского сада. Город и страна символизировали рай, а их геометрическая форма (если таковая имела место быть) конкретизировала данный символизм, «графически» выражая отгороженность небесной обители от инфернального хаоса. Для этого обычно использовались — либо круг, либо квадрат. Именно в виде последнего римляне представляли себе город Ромула, называя его «квадратным Римом». Для нас, как для граждан Третьего Рима это совпадение римской и скифской геометрий особенно важно. Квадратным представляют и Новый Иерусалим. Теперь к указанному символизму можно смело причислить и скифский тетрагон, который обладал для сколотов огромным сакральным значением.

Читать далее...