Игорь Горбунов

Наследие скифских пророков от Осевого времени до 21 века: перспективность и актуальность

В московском Центре Льва Гумилёва евразийцы и новые скифы собрались на большую встречу, которую сами участники именовали важнейшей конференцией о скифских пророках и попыткой собрать цельное, непротиворечивое скифское мировоззрение.
Открытие началось по-домашнему живо: писатель и Директор Центра Гумилёва Павел Зарифуллин обозначил тему дня и сразу вывел на первый план гостя с Дона, Максима Ильинова, которого представили и как музыканта, и как художника, и как философа, и как “скифа с Дону”, приехавшего с благой вестью об апостоле Андрее и с привезённой картиной. Тут же прозвучало, что вечером намечен двухчасовой концерт, а вместо долгих вступлений зал “завели” коротким приветствием в стихах: это был плотный, ритмичный текст про новый век, про внутреннюю честность, про личную дорогу, про общую беседу без словесной грязи, и с прямым сигналом: начинаем.
После аплодисментов Павел Зарифуллин перевёл разговор в “программный” режим и объяснил, почему эта встреча вообще стала возможной: в центре помогали выходу русского перевода книги американского историка и лингвиста Кристофера Беквита «Скифская империя» и презентовали её в Москве примерно годом раньше, причём сам автор подключался к мероприятию онлайн.
Он подчеркнул, что работа Центра Гумилёва со скифской темой шла годами в экспедиционном, “полевом” формате: курганы, музеи, поездки, прямой контакт с артефактами, в том числе недавний визит в Азовский музей с впечатляющими золотыми изделиями. Павел Вячеславович отдельно поблагодарил исследователя Святослава Галанова, которого назвал главным “скифским библиотекарем”, и связал этот пласт собранных материалов с ещё одной линией: помимо археологии и “ощупывания” мест, требовались язык и лингвистика, и именно здесь, по его словам, Беквит закрыл важные лакуны. Дальше прозвучала уже рамка дня: говорить о наследии “скифских пророков”, о том, как их идеи откликнулись в русской мысли, и почему в XXI веке ни одна “рыночная” идеология в чистом виде не удовлетворяет, а значит поиск опоры продолжится.
Ключевой доклад Павла Зарифуллина был построен как длинная “ось” от древней истории к сегодняшним конфликтам смысла. Он рисовал картину бронзового века как эпохи большой связности и торговли, с мощной технологической и культурной системой, которая затем по неизвестной причине рухнула. Этот разрыв он описывал не только как смену эпох, но и как смену способа мышления: упоминал идеи о расколе человеческого сознания, о переходе от “пра-логического” к “логическому”, о межполушарном напряжении, которое породило новую философию и новый тип рефлексии. На этом фоне появление скифов было подано как рождение народа на разломе бронзового и железного мира, народа-посредника, который одной ногой ещё в мистическом старом устройстве (с образом богини Табити), а другой уже в новом сознательном мире, где нужно учиться жить после катастрофы.
Дальше в центре выступления возникла опорная “техника” мышления, которую Павел Зарифуллин называл антилогиями: формула, где две противоположные идеи существуют рядом и заставляют сознание зависнуть, как в вопросе «быть или не быть». Он связывал такие антилогии с «осевым временем» и с тем, как человечество пыталось ответить на вызов распада старой картины мира. В этой логике он вывел “четырёх пророков” и четыре ответа. Первый, Анахарсис, был представлен как фигура, принесшая в греческий мир силу вопроса и сомнения, фактически привычку ставить знак вопроса и тем самым мыслить и формировать философию. Второй, Заратустра, был показан как тот, кто жёстко разрезает мир на свет и тьму и фиксирует идею зла. Третий, Будда, вычленяет страдание и предлагает выход через уход в нирвану и практику. Четвёртый, Лао-цзы, даёт диалектический ответ через пару Инь и Ян, через динамику и “поток”, который рождает движение и, в изложении ведущего, связывается с темой любви как основы мировоззрения.

«Да, скифы — мы! Образ, что строит Союз»

Выступление публициста Игоря Горбунова на форуме «Да, скифы — мы!» (Москва, 7 сентября)

Скифская идея как цивилизационный образ

Да, скифы – мы! Эта дерзкая строка Александра Блока разбудила мифологический образ, в котором Россия и народы Евразии узнают самих себя. Скифская идея – не просто историческая справка о древнем кочевом народе, а целостная культурно-цивилизационная модель, наполненная философскими, сакральными и политическими смыслами. Взглянем в глубины этого образа.
Во-первых, философия жизни и борьбы: скифский миф раскрывает идею вечного круговорота жизни, диалектики борьбы. В знаменитом «зверином стиле» скифского искусства — где переплетаются хищники и травоядные, крылатые и безкрылые существа — отражено мировоззрение о непрерывном потоке жизни, освящённом золотым солнечным светом. Идея Жизни – борьбы и возрождения – для скифов была фундаментальной ценностью. Недаром золотой цвет, солнечный пассионарный металл, доминировал в их искусстве как символ этой жизненной силы. В этом можно увидеть прообраз концепции Льва Гумилёва о пассионарности, внутреннем энергетическом импульсе народа к творению истории. Скифы, взрываясь «энергетическим всплеском» в эпоху появления первых колесниц и курганов, стали одним из тех пассионарных этносов, на котором «стоит наша цивилизация»
Во-вторых, сакральные смыслы: у скифов была особая духовность, столь мощная, что, по выражению исследователей, она повлияла на зарождение многих религий мира. Через скифское мировидение в мир пришли идеи, заметные в буддизме (Будда Шакьямуни – «Сакья», то есть Сак, Скиф), в даосизме (идея Великого Пути как отражение бескрайней степной дороги), в зороастризме (эсхатологический выбор между добром и злом) – без него немыслимо и христианство. Даже после ухода с исторической арены скифы остались сакральным фактором мировой цивилизации. Влияние их духовных идей было столь глубоко, что великий филолог В. Н. Топоров называл это наследие «иранским религиозным гением». Для нас это значит: скифский образ несёт метафизическое измерение, сакральную географию Евразии. Сакральные места Скифии – от Причерноморья до Алтая – до сих пор ощущаются как Места Силы. Не случайно энтузиасты вроде Павла Зарифуллина создают «карты сакральной географии» – отмечают горы, курганы, святилища скифов, пытаясь вернуть им внимание и уважение потомков. Такие места, как Неаполь Скифский в Крыму, Каменная Могила под Мелитополем, Алтайские курганы, воспринимаются сегодня как священное наследие; символично, что многие из них ныне находятся в границах России. Будто сама история подсказывает: именно России выпало хранить скифскую святыню.

Скифство как основа русской идентичности

В своём новом московском центре евразийцы и скифы заслушали доклад профессора Бражникова и заявили о скифской культурной гегемонии

23 ноября московский воздух был холодный, но прозрачный, уже почти зимний, с той самой сухой свежестью, которая заставляет город звучать чуть гулче. На Серпуховской, в старом кирпичном здании, вдоль которого проходят тени прошлого — церковные службы, купеческая благодать, коммунальный гвалт советских лет и шаги рабочих фабрики Михельсона, — начиналось первое крупное мероприятие Скифского центра после долгого ремонта. И само это помещение будто просилось стать частью разговора о русской идентичности. Тут когда-то была пристройка к модной купеческой церкви Николая Чудотворца, тут принимали странников, жили пожилые купцы, здесь же, через дорогу, Сергей Есенин находил свой храм. Здесь когда-то репетировали футболисты команды Серпуховская, а позже в соседнем крыле разместились коммуналки. Потом помещение отдали под Дом культуры Михельсоновского завода — и в ста шагах от дома, по словам Павла Зарифуллина, стреляла Каплан в Ленина. Даже Андрей Тарковский здесь бывал, читал лекции рабочим. Короче, место, в котором будто бы уже веками шёл разговор о судьбах России, теперь принимало конференцию о скифстве как основе русской культуры.
Павел начал именно с этого — с рассказа о кочевой судьбе центра Гумилева, который то там, то здесь, как настоящий странник: Берсеневская набережная, Курская, Арбат, и вот теперь Серпуховская. Он шутил, что Новые скифы оплетают мир своими сетями, но делал это с той интонацией, в которой было больше факта, чем шутки. Он перечислял всех, кто пришел: историки, философы, филологи, поэты, политологи, эколог Шукрулла Рахмани, экономист Александр Разуваев, москвичи, уральцы, белорусы. И, конечно, главный докладчик — доктор филологических наук Илья Бражников, который умеет говорить о литературе так, будто она раскрывается прямо сейчас, на глазах. Павел презентовал и дорогой подарок от белорусских скифов: гобелен, который пять месяцев ткала дочь партизана Наталья Суховерхова. Женщина эта была моделью для статуи Родины-матери в Минске. Символично, что именно её руки принесли дар в Скифский центр, словно связывая советский подвиг, партизанскую волю и степное наследие в одну нить.

Национализм как болезнь духа: западное изобретение и антиевразийский вирус

Выступление публициста Игоря Горбунова на 15-летии Евразийского Центра им. Л. Гумилёва

Вступление

Дорогие коллеги, мы живём в эпоху глубокого кризиса духа. Внешне наш век блистает достижениями, но внутренне человек теряет ориентиры. Повсюду тревога и разделение – словно духовный иммунитет человечества ослаб. В самом сердце этой болезни современности бьётся лихорадочный пульс национализма. Нам говорят о «пробуждении народов», но всё чаще это пробуждение напоминает горячечный бред. Национализм – не исцеление, а лихорадка души, души, оторванной от своих корней и мечущейся в поисках утраченного смысла. Это лихорадочное возбуждение, которое многие по ошибке принимают за возрождение духа, тогда как на деле – это симптом его недуга. Сегодня я хочу обратиться к нашим мыслящим сердцам и показать, почему национализм скорее болезнь духа, западный эксперимент над душой, антиевразийский вирус, отравляющий наше единство.

Западные истоки национализма

Чтобы понять природу этого духовного недуга, заглянем в историю его возникновения. Национализм как идея родился на Западе – в эпоху Просвещения, когда разум был возведён на пьедестал. Европа XVIII века страстно верила, что всё подчиняется рациональным законам. Народ – некогда живой организм с неповторимой культурой – был переразложен на винтики абстрактного механизма под названием нация. Французские революционеры даже провозгласили культ богини Разума, а вместе с тем создали первую модерную нацию, где вместо органичной общины возникла безликая масса граждан, скроенная по лекалам рационализма. Живое дерево народа превратили в деревянного манекена. В попытке «просветить» общество западные мыслители расчленили древнее единство народа и духа, пытаясь собрать его заново как механические часы – по логике, а не по любви.

Интернационализм — это конкретный труд дружбы!

Я посмотрел Интервидение — и впервые за долгое время поймал ощущение нормального будущего. Цельного и с единой судьбой человечества. Москва, Live Arena, прямой эфир, миллионы зрителей по всему миру. В эпоху, когда мир тонет в ненависти и санкциях, нам в России удалось собрать на одной сцене артистов с разных континентов и доказать: музыка все ещё говорит на языке, который понимают все. И это язык дружбы народов, интернационализма который формирует Евразия. Это заявка на свой культурный центр, на право формировать повестку, исходя из наших смыслов, а не чужих.

Картинка выглядела мощно и современно: дополненная реальность, панорамы Москвы, цифровые фольклорные герои, летающие заставки. Это очень продуманная визуальная драматургия. Там, где нужен масштаб — он был. Там, где требовалась интимность — работал голос и взгляд. Редкий случай, когда техника и искусство не спорят, а поддерживают друг друга.

Россия открыла вечер — Шаман спел «Прямо по сердцу». Песня о любви, мощный звук и… Ярослав Дронов видимо не случайно выбрал тематику киберпанка, чтобы отойти от традиционного образа. И важный жест: Россию не оценивали. Мы пригласили гостей не ради баллов, а ради дружбы. Это правильно: хозяин должен угощать, а не мериться с гостями. И Ярослав кстати сам об этом сказал.

Вьетнам. Мой фаворит и в итоге победитель вечера. Дык Фук спел Phù Đổng Thiên Vương, то есть историю Святого Зёнга, одного из Четырех Бессмертных Вьетнама. Это миф о мальчишке, который сел на железного коня и защитил страну, а потом взмыл на небо. На сцене все было собрано вокруг идеи народного героя, но переложено на современный поп и хип-хоп дыхание. Номер про достоинство и созидательную силу, без карикатурного фольклора. Итог известен. Кубок, 30 миллионов рублей, аплодисменты стоя и ощущение, что Восток сказал свое слово красиво и уверенно.

Русская сакральная география

Мистерия света и звука в Брюсов холле

В последний месяц зимы, когда земля, закутанная в ледяное безмолвие, будто затаила дыхание перед весенним пробуждением, в самом сердце Москвы, в загадочном «Брюсов-холле», произошло событие, ставшее порталом между мирами — лекция-мистерия Павла Зарифуллина. Это был не просто вечер, а алхимический сплав философии, музыки и танца, где каждая минута пульсировала энергией древних ритуалов, а воздух был напоён ароматом мистических откровений. Событие, начавшееся в сумерках зимнего дня, когда первые звёзды лишь начинали мерцать над заснеженными крышами, превратилось в путешествие сквозь время и пространство — от скифских курганов до звёздных туманностей, от замерзших полей Подмосковья до сакральных символов таинственной страны Белой Индии.

Гости, ступавшие по мраморным ступеням холла, уже на порогу ощущали, как стены, пропитанные духом Якова Брюса — колдуна петровской эпохи, мага, чьё имя стало синонимом тайны, — шептали им о предстоящем чуде. Игорь Лебедев, директор этого мистического пространства, встречал зрителей с улыбкой, в которой читалось знание о том, что сегодняшний вечер станет для многих инициацией в новое измерение. «Это место, — говорил он, — где линии московских улиц пересекаются с картой созвездий, а дух Брюса до сих пор бродит среди нас, одобряя тех, кто осмеливается искать». Его слова, как ключ, открывали дверь в мир, где рациональное растворялось в медитативных звуках оркестра Яна Бедермана, а танец Анастасии Фатеевой и её импровизаторов становился языком, на котором говорили духи земли и неба.

https://www.youtube.com/watch?v=MMsdf7vUxhI&t=8s

ВИДЕО МИСТЕРИИ «РУССКАЯ САКРАЛЬНАЯ ГЕОГРАФИЯ» ВКОНТАКТЕ

Алхимия скифской любви

Вечер 22 декабря стал настоящим праздником для тех, кто пришёл в этот волшебный зал — на мероприятие, которое открыло двери в новую эпоху. Эпоху любви. Место собрания не случайно было выбрано в Брюсов-холле — старинном уголке, где и витает дух великого скифа Якова Вильямовича Брюса. Этот вечер был уже четвертым в цикле «Скифская алхимия», и, как всегда, он принес особую атмосферу, пропитанную глубокими размышлениями и чувственностью.

Поиски истины через духовность

Открытие вечера ознаменовалось выступлением Игоря Лебедева, директора Брюсов-холла, который не только поприветствовал участников, но и дал философскую основу для всего происходящего. Лебедев подчеркнул, что каждый новый проект или встреча, организованные этим коллективом, всегда начинается с поиска и получения благословения у духа Якова Вильямовича Брюса — великого скифа, имя которого носит это место. Брюс, как основатель, всегда являлся духовным ориентиром для участников, проверяя правильность их направления. Игорь поделился, что дух Брюса на протяжении всей истории их проектов всегда давал положительный отклик, подсказывая, куда следует направить свое внимание и усилия для будущих встреч и раскрытий.
Особое внимание Лебедев уделил теме любви, которую ему “посоветовал” сам Брюс в этот раз. Слово «любовь» стало основой мероприятия, с тем, чтобы раскрыть многогранность этого понятия, его влияние на человеческую жизнь и на духовный путь каждого. Игорь отметил, что любовь — это не просто эмоция или чувство, а энергия, пронизывающая мир и связывающая все сущее. Он рассказал, что проект «Скифская алхимия», начавшийся с алхимической тематики, продолжает идти по пути раскрытия внутренних трансформаций, и теперь любовь стала ключевым элементом, связывающим все аспекты жизни.

Философия любви в контексте времени и пространства

После вступления Игоря Лебедева слово взял философ и путешественник Павел Зарифуллин, чье выступление погрузило слушателей в глубокие размышления о значении любви, особенно в контексте зимнего солнцестояния. В этот особый момент времени, когда день достигает минимальной длины, а ночь кажется бесконечно длинной, можно почувствовать себя на пороге перемен, когда скрытые процессы, таящиеся в глубинах Вселенной, выходят на поверхность.
Зарифуллин сравнил зимнее солнцестояние с тем моментом, когда человек встречает свет после долгой ночи, и именно в этот момент можно задуматься о самых сокровенных желаниях, о смысле жизни, о своем месте в мире. Он использовал образы полярного сияния и павлиньих перьев как символы священного света, который появляется в темные времена и освещает путь к новым эпохам. Солнце, по его словам, в этот день начинает новый цикл, напоминая, что эпоха любви уже наступила, и она будет отражаться в каждом аспекте нашей жизни.
Зарифуллин отметил, что любовь как энергия была признана алхимиками и древними философами как одна из самых мощных сил Вселенной. Любовь, по его словам, — это не просто человеческое чувство, но сила, способная объединять разрозненные элементы мира, соединять противоположности и создавать гармонию. В своем выступлении он опирался на концепцию алхимии, рассказывая о том, как металл, соединяясь с другими элементами, может образовывать нечто новое — бронзу, которая сильнее и красивее, чем ее составляющие. Также Зарифуллин привел примеры из истории скифов, которые, по его мнению, знали секреты метафизических соединений, включая любовь как основную силу, соединяющую не только людей, но и весь мир.

https://www.youtube.com/watch?v=8xSIbxxsWWk&list=PLB7XNxYd0gMipvgH5V09fqLrEhZF6yIrt&index=8

Солнцеворот скифской империи

В самый короткий день года, 22 декабря 2024 года, когда солнце поворачивает на весну, в Бизнес-зале отеля «Арткорт Москва» состоялась уникальная встреча Московского скифского клуба. Событие было приурочено не только к дню зимнего солнцестояния, но и к выходу в России книги известного историка Кристофера Беквита «Скифская империя». Смысл этой встречи состоял в том, чтобы заново осознать роль скифов в мировой истории и культуры и подчеркнуть их значение для современной России и всей Евразии. Атмосфера была торжественной и одновременно насыщенной — в зале сидели историки, политологи, экономисты, депутаты, представители дипломатических кругов и студенчества, у которых было одно общее стремление: понять, как скифское наследие может стать опорой в поиске новой идентичности, отвечающей вызовам XXI века.

Первым взял слово Павел Зарифуллин, историк, директор Центра Льва Гумилёва и лидер движения «Новые скифы». Он представил основных спикеров заседания: депутата и философа Олега Анатольевича Матвейчева, белорусского политолога и философа-евразийца Алексея Валерьевича Дзерманта, политолога-германиста Александра Камкина, экономиста Алексея Разуваева, а также аспиранта МГПУ и преподавателя истории Игоря Горбунова. Зарифуллин подчеркнул, что скифская идея способна стать связующей нитью, объединяющей Россию и соседние страны не только геополитически, но и культурно. Он напомнил, что историческое развитие России в действительности насчитывает тысячелетия, а скифы оставили глубочайший след в культурах Древней Греции, Ирана, Индии и Китая. По его мнению, возрождение скифского мировоззрения, основанного на космизме и динамике, даст России столь необходимое сегодня чувство исторической непрерывности, а также укрепит связи между народами Евразии. Главный тезис Зарифуллина — Россия стоит на переломном этапе своей истории и нуждается в новой идее, которая бы черпала силу в её глубинных корнях: «Мы не можем далее смотреть только на Запад. У нас есть могучая скифская традиция, и именно она способна стать нашими новыми крыльями».
Инициативу Зарифуллина подхватил Олег Матвейчев, депутат Государственной Думы и зампред комитета Государственной Думы по информационной политике, информационным технологиям и связи, писатель и философ, который развил тему о цивилизационном величии скифов. Он отметил, что в отечественной науке тема скифства не получила ещё должного развития. Попытки пересмотреть привычные исторические схемы сталкиваются с ярлыками «лженауки» или «фоменковщины». В то время как на Западе наравне с традиционной историей активно исследуются альтернативные взгляды, отечественные учёные порой скованы официальными стандартами. Матвейчев сделал акцент на нескольких ключевых пунктах: скифский язык имел родство с древним санскритом и авестийским, а великие философы античности (например, Анахарсис) могли быть прямыми «проводниками» идей скифов в греческую традицию. Не менее смелой была идея о том, что скифское влияние ощущалось и в философии Лао-цзы и Гераклита. По мнению Матвейчева, факт генетического и культурного разнообразия скифов — лучшее доказательство того, что они были не просто «кочевниками-варварами», а «интернациональным народом», заложившим основы нескольких цивилизаций.
Внимание всех присутствующих к теме скифства усилилось, когда к дискуссии онлайн подключился сам Кристофер Беквит, автор книги «Скифская империя» и заслуженный профессор исследований Центральной Евразии в Университете Индианы. По видеосвязи он подтвердил идеи о том, что скифские философские корни прослеживаются в Древней Греции, Иране, Индии и Китае; что именно у скифов могли быть истоки монотеизма и что великие духовные лидеры — от Заратустры до Будды и Лао-цзы — могли заимствовать или развивать начатые скифами идеи. Особенно интересно звучало утверждение Беквита, будто скифское влияние передавалось не кусочно, а как цельная концепция, вплетённая в религии и философские учения разных народов. Он выразил надежду, что российские учёные-скифологи продолжат углубленные исследования и внесут существенный вклад в мировую науку, вернув скифов на их законное место в историческом пантеоне великих цивилизаций.

Search the site