Рецензия на книгу: Орехов Б.В. Башкирский стих ХХ века

Башкирское стихосложение в ХХ веке: опыт корпусного исследования.

Читать далее...

Вставай, проклятьем заклейменный или пускай человек поспит

Рабочая борьба от режиссера-народника («Завод»)

Представляю, как лет 30 назад однокурсники позвали бы меня на фильм «о рабочем классе, борющемся за свои права». Ответ мой был бы примерно такой: «Вы что, издеваетесь?». Теперь вот никто не звал, сам пошел. И не пожалел.

Фильм Юрия Быкова открывается унылым и безотрадным индустриальным пейзажем. Ранняя весна или поздняя осень, большая равнина, а по ней идет человек… лихой человек. Вдали – очертания столь же унылого города.

Одинокие огни в предутренних сумерках. Ночной дождь. Как там у Даниила Андреева? «Дождь вечной тоски». И пейзажи совсем в андреевском духе: первый круг ада, Скривнус, Ладреф, Мород, однообразный труд на фоне убогой природы и унылой цивилизации. Даже заброшенное и ограбленное Поморье в «Левиафане» выглядит не столь безотрадно. Здесь, в интерьерах завода ЖБИ развернется драма с привычным для России сюжетом: предприятие обречено, хозяин, олигарх регионального разлива, собирается закрывать нерентабельный завод: в области давным-давно ничего не строится, кроме разве что особняков местной элиты, продукция не востребована. Вообще из крупных предприятий работают только ТЭЦ и нефтеперегонный завод. Добавим к ним кабаки да супермаркеты – и вот портрет современной России. Все прочее усопло.

Читать далее...

Колесница бога Ваты

Танком – по миру антитрадиции

По экранам России с триумфом прокатился фильм «Т-34» режиссера Алексея Сидорова. Создатель телесериала «Бригада» ныне решил обратиться к событиям Великой Отечественной. История о том, как группа узников концлагеря на танке «Т-34» вырвалась с полигона и задала жару нацистам, уже была экранизирована в шестидесятые годы – памятный многим фильм «Жаворонок». Спустя более полувека лихие красноармейцы вновь мчатся с ветерком по автобанам Германии, истребляя живую силу и технику врага и вызывая шок у немецких обывателей. На этот раз все четверо остались живы (герои «Жаворонка» погибли) и после войны возвращаются в родные места.

Фильм вызвал шквал откликов: от самых восторженных до критических, ставящих в укор авторам ура-патриотизм, подражание голливудским блокбастерам или исторические ляпы. Не будем заниматься ловлей «блох» (без которых обходится редкий, хоть трижды оскароносный, фильм) и обратим внимание читателей на то, чего не заметили поклонники и критики картины.

Четыре танкиста – боевой офицер, белорус-хлебороб, охотник и будущий священник. Неслучайно возникает ассоциация с четырьмя изначальными варнами (сословиями) древности, причем достаточно глубокой древности, индоевропейской или ностратической, когда еще не было шудр (наемных или подневольных слуг), и четвертой варной, скорее всего, являлись охотники-добытчики. Воин, жрец, пахарь, охотник. Четырехчастный социум истинных (т.е. подлинных, а не сочиненных в алхимических лабораториях профанного европейского оккультизма) арийцев древности.

Читать далее...

«Где мой народ?!»

Колонка Александра Матюшина

Однажды вечером, во время своего летнего путешествия по приазовской степи, которая, которая является частью Великой степи, я, воспользовавшись тем что, в месте моего ночлега оказался бесплатный Wi-Fi решил пересмотреть фильмы одного из своих любимых русских актеров и музыкантов – Петра Мамонова. Его юродство на экране, как бы сводит на нет всю искусственность актерской профессии, и если бы не он, то, я думаю «Такси блюз», не получило бы своего приза, а «Остров» и вовсе никто бы смотреть нельзя.
Но, без сомнения, сильнейшим фильмом стал фильм «Царь», и это лучшая роль блаженного Петра. Подобно, песнопениям в храме, сам дух этого фильма – это не столько голос певчего, сколько атмосфера, со всеми иконами, лампадами и стенами с росписями, создающие невообразимую атмосферу богослужения в атмосферу которых ты погружаешься каждой фиброй своей души. Также и с гениальнейшим «Царем». Резонанс, который вызывают темные палаты Ивана Васильевича, темная комнатка где он молиться, темная пытошная главного опричника эпохи Малюты и вокруг белый снег, белый и чистый, как душа только появившегося на свет младенца. Антагонизм в фильме просматривается в каждой сюжетной линии. Бесовство Грозного царя и святость Филиппа, война и маленькая девочка с иконой, покровительствующей ей Богородицы. Но все приходит к печальному окончанию, митрополита сжигают заживо опричники, девочку несмотря на покровительство Божьей матери разрывает медведь, а белый снег окрашивается цвети крови, которой его и заливают. И вопиющий, одинокий, грозный царь Иван Васильевич кричит посреди воцарившейся моральной и физической тьмы: «Где мой народ?!».

Читать далее...

В гостях у пресвитера Иоанна

Колонка Анатолия Беднова

Чтоб сказку сделать былью и легенду – явью

По градам и весям России проходят презентации последней по времени написания книги Павла Зарифуллина «Белая Индия». Ошибется тот, кто заподозрит в новой работе идеолога неоевразийства и скифства обычный мистический опус, коих сегодня издается великое множество. Ведь «Белая Индия» – не вульгарный коктейль из тайных доктрин всех цветов и мастей, а описание духовного путешествия из нашего привычного, обыденного мирка в загадочное царство Пресвитера Иоанна. Читатель, интересующийся современным российским евразийством и скифством, наверняка обратит внимание на то, что многое из вошедшего в новую книгу прежде публиковалось в виде статей на интернет-ресурсах. Все эти публикации объединены теперь стройным замыслом, как это было и в предыдущих книгах Павла Зарифуллина.

«В Индию духа купить билет» мечтал Николай Гумилев в своем, наверное, самом таинственном «Заблудившемся трамвае». В другом его стихотворении «Северный раджа» некий восточный правитель отправляется в Россию искать изначальную, утерянную Индию. С Индией, Тибетом, Монголией и даже Абиссинией ассоциировалось у средневековых искателей Грааля и других тайн царство Пресвитера Иоанна. Примерно в тех же широтах староверы искали свое Беловодье, эзотерики различных школ – Агарту и Шамбалу. Иные же мечтали создать земную проекцию лежащего по ту сторону царства. По словам Рене Генона, именно туда после 1648 года ушли последние розенкрейцеры – и с тех пор Европа, ставшая центром мирового прогрессорства, стала превращаться в духовную периферию Евразии. По сей день пульс мира бьется на Востоке.

Читать далее...

Все мы – потомки красных

Основным событием прошедшей недели стал долгожданный всероссийский прокат 28 панфиловцев. О фильме говорили много еще до официальной премьеры, ожидания были очень высоки и они однозначно оправдались. 28 панфиловцев немного перекликается с культовым советским фильмом Горячий снег 1972 года. Зрителю показана максимально приближенная к реальности боевая работа в условиях битвы под Москвой осени 1941 года. Война, как она есть, враг как он есть и наши как они есть. Никаких вымышленных любовных историй и прочей попсы, 28 панфиловцев это искреннее и абсолютно не коммерческое кино.

Напомнить о войне никогда не бывает лишним, а то в российских мегаполисах иногда появляется молодежь, которая искренне думает, что войну выиграли бриты и американцы. Да и многие фильмы о войне снятые в буржуазной пост коммунистической России часто напоминают смесь западного боевика и перестроечной антисталинской пропаганды.

Москву отстояли обычные суровые мужики, русские и тюрки.

Со времен Ледового побоища, Бату-хана и Александра Невского мало что изменилось, а правильней сказать, не изменилось ничего. Советского Союза нет уже 25 лет, новый Евразийский Союз только нарождается, и будет очень не лишним напомнить о нашем единстве, о едином евразийском супер этносе. Его больше всего ненавидят нацисты, русские нацисты в России, казахские в Казахстане и.т.д. Нацизм — это последняя карта, на которую делает ставку Запад. Стратегическая цель Запада сделать так чтобы потомки Бату-хана и Александра Невского начали резать друг друга на потеху монархиям Ближнего Востока и правителям заокеанской сверх державы. 

Читать далее...

Благославлённые полетом или ведомые мечтой

«Повеяло юностью» пел на заре 90-х король гранжа Курт Кобейн. Ему же приписывают хлесткое — никто не умрет девственником, жизнь поимеет нас всех. Но в двадцать все кажется иным. Пубертатные страдания в прошлом, все дороги перед тобой открыты, за спиной счастливые крылья и ты отрываешься от земли без помощи дури. Безудержно веришь в любовь, живешь мечтой, твоя избранница – лучшая, вы несомненно встретите последний восход вместе. Жизнь, что солнце и за тем поворотом все будет хорошо. Твоя внутренняя свобода жаждет открытий, ты открыт всему миру и мир обнимает тебя. А философия гранжа, что и четверть века назад предполагает главенство духовного над материальным, но теперь без чада тяжелой наркоты, в протест ставя чистое творчество, оставляя за собой свободу стиля и жизни.
Май, весна и юность почти тождественны. Студенты Арктического института искусств представили спектакль-перфоманс «Птица по имени АГИКИ» по мотивам притчи Ричарда Баха «Чайка по имени Джонатан Ливингстон». От самой притчи, библии всех художников — перфекционистов, стремящихся за совершенством, недостижимым подобно горизонту, осталась лишь ее притчевость. «Птица по имени АГИКИ» по любви и о любви. Результат творчества многих кафедр института родил спектакль, которому поистине суждено стать визитной карточкой, передаваясь вновь и вновь новым поколениям студентов. Северная птица Агугук, указавшая спасительный путь мальчику из легендарного «Желанного берега» — символ института, показывает дорогу служению искусству, ведя за собой.

Читать далее...

Светлая книга (Сергей Носов о новой книге Зарифуллина)

Субъективные заметки Сергея Носова о новой книге Павла Зарифуллина

Если бы книга Павла Зарифуллина «Звериный стиль Ивана-царевича» была человеком, мы бы могли говорить о его (человека) харизме. Можно было бы и о характере говорить, и о темпераменте. Но почему же «можно»? Так и скажем: книга-харизматик. Именно книга, сам текст.

Книга для того и написанная, чтобы увлечь — деятельно увлечь за собой. Заворожив, обольстив, убедив, обнадежив. Здесь действительно много и от ворожбы, и от камланий, и от поэзии. Поэтому, может быть, эта книга не для тех, кто ждет от автора (профессионального, отметим, историка и этнографа) строгой логики. Логика есть, и последовательная, но это логика, скорее, мифологического мышления, которому сам Зарифуллин смело подчиняет свою манеру вещать и убеждать — это логика деятельного мифотворчества. Есть ли истина в мифе? Истина в обычном понимании слова мифу не нужна, миф — сам себе истина. Его истина — его красота.

Согласно Зарифуллину, миф об Иване-царевиче с его молодильными яблоками — продуктивный, живой. И это не просто главный миф на наших просторах, это еще и спасительный миф. Давно я не встречал книги, дышащей таким оптимизмом.

Вадим Левенталь, которому случилось быть редактором этой во многом поэтической книги, однажды, представляя ее в почтенном собрании, сказал, что читать «Звериный стиль Ивана-царевича» лучше всего вслух и в темном помещении, отрешившись от всего постороннего, вот тогда будет самое то.

Может быть, потому, что читал при свете, я внутренне многому сопротивлялся: не про то, мне кажется, роман «Бесы», и Андрея Белого ценю отнюдь не за симпатии к эсерам, и на пятое измерение у меня виды другие, но так читать, в самом деле, неправильно, — несогласия-возражения это мои проблемы, а лучший способ получить наслаждение от «Звериного стиля» — усыпить в себе скептика, погрузить в сон внутреннего мозгоклюя, зануду, отключить свое рацио и подчиниться образам книги.

Кстати, о снах и о темном помещении.

Читать далее...

Многоликий Иван: Царь, царевич, дурак, узник

Перед вами – выпущенная издательством «Лимбус Пресс» работа одного из ведущих теоретиков современного евразийства, провозвестника «новых скифов» Павла Зарифуллина. Читателя ждут продуваемые ледяными ветрами тундры Якутии, степи Внутренней Азии, вершины Памира – итоги авторских странствий по просторам суперконтинента и размышлений в кабинетной тиши.

Не так ли работали Григорий Потанин, Лев Гумилев и другие исследователи географических просторов и исторических глубин евразийского мира? Павел Зарифуллин открывает перед нами новые грани завораживающего, пугающего и вселяющего надежды волшебного кристалла скифо-тюрко-монголо-русосферы.

В этих многочисленных гранях преломлен один из ключевых архетипов русской национальной психологии – Иван-царевич. Автор проводит смелые параллели между персонажем русской сказки и царем-пресвитером Иоанном, ради встречи с которым европейские искатели, путешественники, странники отправлялись то в пустыни Центральной Азии, то в поднебесные горы, то в Абиссинию… Наш многоликий и многогранный русский Иван всякий раз оборачивался к миру своей новой и неожиданной ипостасью: то грозным государем, то несчастным холмогорско-шлиссельбургским узником, то, наконец, посрамляющим и своих «умных» братьев, и самого царя Иванушкой-дурачком, главным русским трикстером, восславленным первым сибирским областником Петром Ершовым.

Читать далее...

«Белая индия» бесконечна

30 июля в 19 часов в рамках проекта «Белая Индия» состоится публичная лекция «Тайна русской зимы».
Публикуем рецензию Виталия Трофимова-Трофимова на старт нового образовательного проекта.

10 июня в Городской Библиотеке Маяковского в Санкт-Петербурге прошла специальная презентация нового образовательного проекта – Центра этнопсихологии «Белая индия». Задачей центра является изучение и обнародование тех скрытых сил, что управляют людьми как представителями различных народов, влияют на их решения и определяют движение в сторону вечного свечения жизни.

Мост в Белую Индию

Согласно Маршаллу Маклюэну, любая технология накладывает отпечаток на восприятие, ощущение пространства и времени, представления о жизни и смерти, но народы Евразии, создавшие великие технологические артефакты – печь, баню, пирамиду, колесо – не могут не нести отпечатки этих технологий. Рожденные их гением, они как символы освещают духовный путь народа, разворачивающего в истории свой проект. Коллективное бессознательное, сформированное новой технологией, каждый раз воспроизводит с новой и новой силой эти первообъекты, воплощающиеся, подобно платоновским прообразам, в новых и новых технологических чудесах.

Читать далее...